Хорошая моя

7. Догонялки

Маша Прохорова

Курьер с Фединым подарком подъехал к общежитию в обеденный перерыв. Маша не стала откладывать вручение. В полдень была единственная возможность пересечься. По вечерам парни работали, утром отсыпались, а Маша убегала в институт. Субботы ждать не хотела, и так припозднилась. Собственно, она вряд ли будет проводить следующие выходные в общаге, слишком много планов.

Поднялась на четвёртый этаж, прошмыгнула мимо кухни, стараясь не привлечь внимание столпившихся около плит людей, тихонько постучала в комнату с номером четыреста семнадцать. Пришлось немного подождать. Дверь открыл хмурый Кирюха. Глянул равнодушно, через секунду вопросительно поднял брови.

— Я к Феде, — Маша продемонстрировала коробочку, — подарок принесла.

— А-а-а… заходи, — парень попятился, распахивая дверь. — Он сейчас. Пошёл постельное бельё менять.

— Может быть, ты передашь? — протянула подарок, но Кирилл отрицательно покачал головой:

— Лучше сама.

Комната на сей раз была светлой. Плотные шторы разъехались по углам, в окно заглядывало яркое солнце. Видно, что парни наводили порядок. Маша не успела пройти к стулу, как услышала быстрые шаги. Федя ввалился со стопкой постельных принадлежностей в руках. Вместе с ним влетел запах простого мыла.

— О! Привет! — воскликнул парень, озаряя всё вокруг широкой улыбкой. Он бросил стопку соседу и сказал. — Застилаешь ты! Я ходил.

Кирилл занялся постелью, а Федя, позабыв о нём, обернулся к гостье, радушно приглашая сесть. Маша покачала головой:

— Я на минутку. Поздравляю тебя, извини, что с опозданием. Курьер только сейчас привёз.

Чуть-чуть слукавила, кого это волнует?

Федя, не скрывая изумления, взял коробочку, поспешно раскрыл и охнул:

— Машка! Ты гений! Я мечтал об этом тюнере всю жизнь.

Она засмеялась. Давненько её Машкой не называли.

— Рада, что угодила. Я пойду.

— Нетушки! Не отпущу, пока не испытаю устройство! — Федя, восторженно сияя, повернулся к другу. — Киря! Глянь, что она подарила.

Он легонько подтолкнул Машу, заставляя сесть, и схватился за кофр. Пришлось ждать, кода гитара появится на свет, потом наблюдать, как музыкант прилаживает прибор к струнам и буквально в мгновение ока настраивает каждую на нужную частоту. При этом Федино лицо излучало такую искреннюю радость, что невозможно было не проникнуться ею. В ответ на восторженный и вопросительный взгляд Маша кивнула:

— Супер!

— А? Вещь! Какую группу уважаешь?

— Ну… «Мельницу», например.

Федя кивнул и запел, угадав Машину любимую «Лента в волосах».

Кирилл старательно вдевал вытертое от бесконечного использования шерстяное одеяло в застиранный, зато накрахмаленный и отглаженный пододеяльник, при этом подпевал другу: гудел с таким ответственным видом, что Маша невольно стала улыбаться. Она бы тоже начала подтягивать, но дверь без предварительного стука распахнулась и громко ударилась о боковую панель стенного шкафа, и через порог перешагнул Ярослав. Он осмотрелся, увидел Машу и нахмурился:

— Поднимаюсь и слышу — поют! Дай, думаю, гляну, что за тусовка.

— Привет! — сказала Маша, вставая.

Ярослав кинул на неё сердитый взгляд и обратился к Феде:

— Что же это ты, Федос, взялся чужих девушек охмурять? Друг, называется!

Что началось! Кирилл, согнувшись, повалился на кровать и захохотал как заведённый. Федя запел громче, почти закричал, прибавив мощи аккордам. Вид принял насмешливый, даже издевательский. Ярослав, сжимая кулаки, медленно надвигался на гитариста. Вся эта иррациональная обстановка напугала Машу, она обошла разъярённого блондина и стала продвигаться к выходу, но была поймана за локоть:

— Погоди-ка, у меня к тебе есть вопросы.

— А у меня нет ответов! — крикнула девушка, резко рванулась и выбежала из комнаты.

Пусть между собой разбираются! Она не желает участвовать.

Вихрем пронеслась к выходу на лестницу. Пробежала пару пролётов, когда сверху послышались быстрые шаги. Погоня! Судя по звуку, Ярослав прыгал через ступеньку. Устраивать ипподром в длинном коридоре совершенно не хотелось, Достигнув своего этажа, Маша резко свернула направо и заскочила на кухню. Все занимавшиеся готовкой девушки синхронно повернулись. Надя застыла, подцепив блинчик, удивлённо наморщила лоб:

— Маша?

— Меня здесь не было! — громко прошептала та и нырнула в угол с мусорным баком, спрятавшись за выступом стены.

Надя успела перевернуть блин и потрясти сковороду, выравнивая его, как в дверном проёме появился следующий персонаж. Зрительницы перевели взгляды на него, едва сдерживая ехидные улыбки.

— Ясик? — с той же интонацией произнесла Надя.

— Где Маша?

Девушка фыркнула:

— Я за ней не присматриваю. А что?

Другая девушка — яркая и шумная Зоя — сняла с плиты большую кастрюлю и двинулась на мнущегося у порога парня:

— Посторонись! Ошпарю.

— Куда она делась? — растерянно бормотал Ярослав. — Не могла так быстро по коридору пробежать. Может, в туалете прячется?

— Так по третьему, наверное, — с издёвкой ответила Зоя, — по той лестнице спустилась, да и делов. Тут никто не мелькал.

— Точняк! — голос Ярослава удалялся.

Надя поспешно сняла последний блин, бросила его на горку готовых, схватила тарелку и побежала догонять:

— Ясик! Глянь, сколько я блинников напекла! Зайдёшь чаю попить?

Маша, продолжая прижиматься спиной к холодному кафелю, облегчённо вздохнула, улыбнулась оставшимся девушкам:

— Спасибо!

— Слышь? — Зоя успела отнести кастрюлю и вернуться. — Идём ко мне.

— А? — Маша выбралась из-за мусорного бака.

— Он у твоей двери торчит, — пояснила Зоя.

Осторожно выглянув. Маша увидела стоявшего спиной к ним Ярослава и застрявшую на своём пороге Надю, пока не успевшую заманить парня в гости. Пришлось Маше воспользоваться Зойкиным приглашением и шмыгнуть за ней в комнату напротив кухни.