Хороший мальчик. Строптивая девочка.

Глава 16.

Глава 16.

Отсыпалась до обеда. Снилось что-то доброе и светлое, впервые за очень много-много месяцев. А когда проснулась, поняла, что до ужаса хочу есть. Ольки в комнате не было, поэтому моё запоздалое утро проходило в собственных размышлениях и буйстве дел. Ела, убиралась, готовила, потом опять ела. Собственно Кроль и объявилась передо мной, когда я уничтожала свой второй завтрак.

-Стойте, стойте, - почти закричала она. – Я должна это сфоткать!

Попыталась отбиться от неё, показав средний палец, но соседку это ничуть не смутило.

-Верка, знаешь, как это называется?

-Если ты про себя, то должно быть, занудство.

-Ответ неправильный. Это называется аппетит, познакомься с ним. И не обижай малявку. Кажется, он только сегодня зародился.

-Да иди ты… - щёлкнула я зубами, демонстративно отодвигая в сторону тарелку с остатками бутерброда. А потом сама же не удержалась, и запихала хлеб с сыром туда, где им положено было быть, то есть себе в рот. – Отф…штань..

Кроле только и остаётся, что крутить пальцем у виска и со знанием дела ставить мне диагноз:

-Это всё гормоны.

Поскольку рот у меня занят, приходится общаться жестами. Показываю ей один указательный палец, мол, подожди, сейчас дожую, и ты у меня получишь.

Но Оля находит свою интерпретацию увиденному:

-Я надеюсь, что это не про размер.

Тут я почти давлюсь бутербродом, тянусь к хохочущей подруге, чтобы постучать ей по лбу, но она ловко уворачивается.

-Ладно, ладно, поняла. Гормон. Один и единственный.

И мне тоже смешно, а ещё как-то по-особенному легко и хорошо.

Перед вечерней сменой я совершаю свой личный подвиг и пишу Стасу сообщение: «Сегодня работаю. Заберёшь меня?»

Ответ приходит почти сразу: «Кто ты и что ты сделала с Верой?». Какая глупость, но я ничего не могу с собой поделать и бесконтрольно улыбаюсь экрану телефона, из-за чего в какой-то момент мне в голову прилетает подушка от Кроли.

На моё немое «ЗА ЧТО?!», поясняет:

-Слишком приторно. Бесишь, - и ржёт. 

Смена проходила весело. С всеобщими шутками и подколками. Сегодня вообще все были какие-то… душевные. Ну, или горячо мною обожаемые. И Лику убивать у меня желания нет. И с Юлькой дурачиться хочется. Устроили представление, соревнуясь, кто эффектней бутылками крутит. Обычно мы не сильно флейрингом увлекались, но сегодня как-то хотелось. К тому же народу по сравнению с вчерашним днём было не так много, так что обстановка располагала.

Севка, чуть ли не с родительским умилением косящийся в нашу сторону, сегодня тоже был какой-то благостный.

Стас приехал уже после полуночи. Я точно знала, что он приедет, хоть он напрямую и не обещал. Но это не мешало мне с трепетом и волнением ожидать того момента, когда входная дверь в очередной раз откроется, запуская в бар струю морозного воздуха, и появится он. Как всегда слегка лохматый, возможно даже уставший, с лёгким прищуром в глазах и дневной щетиной на щеках и подбородке.

Он был не один. Дамир с интересом оглядывался по сторонам, улыбаясь своей спокойной и размеренной улыбкой. Парни уверенной походкой двинулись в направлении нас, а я вдруг запаниковала, не представляя, что же мне делать. Нелепо крутила в руках полотенце со стаканом, пытаясь хоть так унять свою предательскую дрожь в пальцах. Стас как всегда лыбится во все свои тридцать два зуба, а я робею и радуюсь в ответ. Он останавливается в метре от стойки, и чего-то выжидает, пряча руки в карманы и немного раскачиваясь на носках.

Зато Дамир обгоняет его и первый здоровается со мной:

-Привет, синевласка!  

-Почему синевласка? - вклинивается вездесущая Юлька. – Она же фиолетовая.

-А мы слово подходящее подобрать не смогли. Всю дорогу пытались придумать что-нибудь этакое. Но у цветов фиолетовый и сиреневый оказались значительные проблемы со словообразованием.

И пока Дам знакомится с местной публикой, мы со Стасом продолжаем стоять в паре метров друг от друга, разделённые стойкой, шумом и людьми, но при этом, чувствуя такое полное единение, что у меня по всему телу мурашки разбегаются. Разум шепчет, чтобы я сопли свои подобрала и вообще этот ванильный кисель, именуемый по ошибке моими мозгами, в кучу собрала. И я честно пытаюсь включить и прагматизм свой, и упрямство, и хоть какой-то рационализм, но ведь не работает. Стою и смотрю на него, забывая даже стакан протирать.

-Ну? – шепчет он одними губами, подталкивая меня к каким-то действиям. А зачарованная я могу лишь головой кивать, заранее соглашаясь на всё.

Шаг навстречу друг другу мы делаем одновременно.  В этот момент моё сознание будто раздваивается. Одна часть плавится и рвётся к нему, а вторая – бьётся в истерике, проклиная меня и всех моих пресловутых бабочек в животе. Это вообще выглядит до ужаса банально и сопливо. Слащаво. Но я не могу ничего с этим поделать, это сильнее меня.

Между нами только барная стойка, но разве это преграда? Чернов как большой магнит, к которому меня не просто тянет. Подобно герою из типичного американского мультика, меня несёт на  бешенных скоростях, чтобы потом разбиться в лепёшку об стену по имени «Станислав Чернов». Я честно пыталась бежать, прятаться, уползать, цепляться руками и ногами за всё что угодно. Но у меня ни-че-го не вышло.