Хорошо драться по субботам

32-36 главы

XXXII

Настороженные, полусонные, запуганные побоями и унижениями люди недоверчиво наблюдали за происходящим в бараке. Но, увидев решительно настроенную троицу, многие присоединились к нам. Скрученными в жгуты тряпками мы с Червонцем связали обезоруженных охранников и оттащили их в угол помещения. Затем, осторожно выйдя из барака, направились к строению, где находились Казбек и его подручные. Не дойдя до него метров пятьдесят, Эдик поднял руку, призывая нас остановиться. Нащупав на земле несколько камешков, он бросил их в сторону этого помещения. Стоявшие у входа  двое охранников  повернули на шум головы. Эдик повторил манипуляцию. Бандиты взвели на ружьях курки, и один из них медленно направился в нашу сторону.

         – Серега, обойди строение справа и … Ну, и сам понимаешь, что надо сделать, – Эдик указал рукой на стоящего у входа охранника и характерным жестом ударил кулаком по своей ладони. – А этого любопытного, – он кивнул на приближающегося бандита, –  мы возьмем на себя. Только давайте обойдемся без ружей и не допустим также выстрелов с их стороны, иначе всё испортим.

Кивнув, Червонец растворился в темноте.

         – Василий, дай-ка мне ружье, – шепнул Эдик.

Вжавшись спинами в кирпичную стенку, мы ждали приближающегося охранника. Казалось, время остановилось, и звенящая тишина наполнила пространство. Нет ни запаха, ни дуновения ветерка, ни шороха – всё утрировано, зашифровано; и не знаешь, как себя вести. Я – инородное тело в этом приюте пленников, по сути, на чужой земле. Я слышал гулкие удары своего сердца и вдруг ощутил до боли знакомое состояние. С таким же волнением и трепетом ты ожидаешь очередной боксерский поединок. Какой соперник тебе достался? Готов ли ты противостоять ему? Какой финал ждет впереди: ликование победителя или горечь проигравшего? Наконец охранник вышел из-за угла и Эдик прикладом двустволки ударил его по голове. Бандит рухнул на землю. Несколько секунд спустя послышался негромкий свист.  В свете фонаря было видно, что Червонец призывно машет нам рукой. На всякий случай пригнувшись, мы подбежали к нему. В нескольких метрах от входа неподвижно лежал обезвреженный им бандит.

         – Слушай, Серега, как у тебя лихо получается! – воскликнул Эдик – Ты – боксер?

         – Не, – улыбнулся Червонец. – Это Василь боксер. А я просто уличный боец.

Эдик вспрыгнул на ступеньки перед входом и оглядел собравшихся пленников.

         – Мужики! Давайте обойдемся без самосуда, хотя, уверен, что каждый из нас хочет поквитаться со своими обидчиками. Сами понимаете, если мы убьем кого-либо из милиционеров, то ситуация может обратиться против нас, – Эдик посмотрел на Червонца. – Серега, зайди с торца здания и выбей прикладом окно комнаты, где сидит эта свора. Возьми с собой Василия. – Он взвел курки на двустволке. – Когда мы услышим звон стекла, то ворвемся в комнату через дверь. – Было заметно, что Эдик волновался; перекладывая ружье из руки в руку, он шарил по карманам в поисках окурка.  – Мужики, может, среди вас есть юрист?

Вперед вышел худощавый мужчина средних лет.

         – Я адвокат, – сказал он, – подойдет?

         – Нам бы сейчас больше прокурор пригодился,  – усмехнулся Червонец.

         – Подойдет, – ответил Эдик и обратился к остальным: – Мы сейчас задержим бандитов, а затем их надо будет отправить  в республиканскую прокуратуру.

         – Ты сначала задержи, а потом уже отправлять будешь, – выкрикнул кто-то из толпы, – у них ведь тоже оружие имеется!

         – А ты бы, братан, в барак возвращался, коли страшно стало, – рявкнул на него Эдик. – Давайте, ребята, с Богом, – он кивнул нам с Червонцем.

Мы с Сергеем обошли здание и приблизились к единственному светящемуся окну.

За столом, уставленным бутылками и всевозможными закусками, сидели шесть человек: Казбек с двумя подручными, описанный Эдиком майор и еще два офицера в милицейской форме. Было видно, что все они пьяны или обкурены. Казбек, лениво помахивая руками, что-то говорил своим сообщникам.

         – Ну всё, абрек, откомандовался, – буркнул Червонец и, размахнувшись, изо всех сил ударил прикладом двустволки в окно. Ночную тишину разорвал грохот падающей рамы и звон  бьющихся стекол. В ту же секунду распахнулась дверь и в комнату, с ружьями наперевес, ворвались несколько узников во главе с Эдиком. Мы с Червонцем, через образовавшийся проем в окне, тоже впрыгнули в помещение и направили свои двустволки на бандитов. Они настолько опешили от внезапного нападения, что даже не успели достать пистолеты.

         – Подняли все руки! – выкрикнул Эдик.

         – Тебя, шакал, это не касается? – один из узников стволом ружья ткнул Казбека в плечо. – Ты знаешь, что мне сейчас больше всего хочется сделать? – он свирепо смотрел на главаря.

         – Не надо, мужик, – сказал Эдик и рукой отвел ствол от лица Казбека. – Медленно, по очереди, все достали оружие и –  на стол перед собой.