Хорошую вещь "браком" не назовут. Но это не точно

Глава 18. Угрозы, как аргумент

Прячу лицо в ладонях, громко выдыхая. Даже сейчас родственнички умудряются портить мне жизнь. И чего бабули не сидится на попе ровно – ее «гениальный» план провалился по всем фронтам, возобновлять общение в ближайшее время я не намерена. И что в итоге? Вместо того, чтобы осознать свою неправоту, попросить прощения, в конце концов, она снова делает финт, который заставляет сомневаться в ее разумности.

Желание выдать меня замуж появилось у Фаины Геннадьевны, когда мне было около шестнадцати-семнадцати. Сначала ненавязчивые вопросы  по поводу того, есть ли у меня молодой человек, потом прямые запросы, что ей хочется погулять на моей свадьбе. И если поначалу я старалась не воспринимать все эти заявления всерьез, отшучиваясь и петляя в разговорах с пожилой родственницей, то в последние пару лет уже огрызалась, понимая, что любые доводы бесполезны. «Когда я понянчу внуков?» - не готова я становиться матерью, да и некогда мне заниматься ребенком с этим бешеным расписанием. «Ты совершенно не думаешь обо мне!» - да, я эгоистка, но считаю, что муж – не собака, чтобы завести его по щелчку пальцев. Да и что в этом замужестве такого особенного? У меня третий глаз откроется или способности стать лучшей на свете внучкой?

- Извини, - просить прощения у человека, который был не против связаться с моими родственниками ради авантюры, было непросто, но я понимала, что в нынешней ситуации он не виноват. Романов понимающе хмыкнул, пряча усмешку за чашкой чая. – Какова вероятность, что подобное повториться?

- Мой отдел по связи с общественностью будет пресекать подобные инциденты, но если не прекратятся сообщения в СМИ, то никто не помешает прессе строить свои песочные замки. Понимаешь?

Понимаю, конечно. Как и то, что я понятие не имею, что может предпринять эта женщина. Деменция на всех так действует или бабушка особенная? Если это поголовное явление, то пристрелите меня в пятьдесят девять, пожалуйста. Позвонить ей и попытаться вбить в голову мысль, что ее стратегия не удалась? Тогда она с еще большим энтузиазмом начнет сводить меня с Климентием или еще каким-нибудь внуком ее подруги. Притвориться, что ее план удался? Ага, и тогда она почувствует себя всесильной, и черт знает, что еще натворит.

- Съезжу к ней на выходных и попытаюсь убедить, что план «Жени Вику» потерпел фиаско и замуж я вообще не выйду. Интересно, существует фобия на тему брака?

Прекрасно пытаться шутить, когда у тебя в душе бардак. Надо набраться смелости посмотреть предателям в лицо и разорвать остаток связей. Быть зависимой от людей, что готовы продать меня ради собственной прихоти – не мой вариант. Остается, конечно, призрачная надежда, что у родителей есть аргумент, почему они так поступили. Но поступки бабушки развеивают мифические возможности, оставляя лишь горькое послевкусие.

- Значит нам по пути, - пожал плечами мужчина и попросил у официанта счет. Достаю телефон, заходя в мобильный банк – обедать за чужие деньги в мои планы не входит. Даже если этот человек богат. Прищуренный взгляд игнорирую, пытаясь взять расчетчицу из рук парня, но Романов оказывается быстрее. Ничего, я не гордая. Примерно высчитываю итог, и делю его пополам – если получится меньше – сам виноват.

- Ты опять начинаешь играть в сильную и независимую? – посмотрев пришедшее уведомление в телефоне, спросил Клим. Пожимаю плечами. Не в моей привычке существовать за чей-то счет. И изменять ей только из-за сурового взгляда и голоса довольно глупо. Не нравится – не общайся, в чем проблема? – Я отвезу тебя.

Собираюсь возмутиться, но смотрю на наручные часы – до конца обеда остается девять минут. Опоздаю я при любом раскладе, но проявлять гордость и ждать в час пик такси по двойному тарифу или толкаться в автобусе не собиралась. Да и десять-пятнадцать минут лучше получаса.

Пальто не застегиваю, хлопнув по карманам, чтобы убедиться, что все вещи на месте. Осознание того, что мне вернули паспорт приятно греет изнутри. Наконец окончательно закончилась эта история.

На улице удивительно тепло. Еще несколько недель и можно переходить на более легкую верхнюю одежду. Молча садимся в машину – брюнет придерживает мне дверь и помогает устроиться на сидении. Когда активируется блокировка замков, вздрагиваю. От закрытой машины наедине с Романовым у меня не самые приятные впечатления и воспоминания.

- По поводу нашего свидания, - поворачивая на трассу, заводит разговор Климентий, не отвлекаясь от дороги. Недоуменно хмурюсь, пытаясь вспомнить, когда согласилась на подобную авантюру. – Даже не думай. Считай это компенсацией морального ущерба за журналистов.

- Вот и приглашай мою бабулю и требуй с нее свое потраченное время и нервные клетки, - огрызаюсь, не видя причин соблюдать приличия. Хватит с меня общения с этим человеком. А то в конечном итоге, я сяду за убийство с особой жестокостью.

- Меня не привлекают женщины, годящиеся мне в матери, - уголки губ Романова дрогнули, выдавая его хорошее настроение. Хорошо хоть кому-то из нас весело.

- А меня мужчина, что заключил брак со мной за моей спиной, - парирую, демонстративно доставая телефон. Пишу в общий чат студентов, задействованных в аккредитации, что задержусь на несколько минут. Стараюсь игнорировать мужчину, чья грудная клетка содрогается от смеха.

- Ты мне это всю жизнь припоминать будешь? – закатываю глаза в ответ на провокационный вопрос. Не собираюсь я с ним в дальнейшем встречаться, чтобы припоминать что-либо. Мой намек понимают правильно – пальцы сжимают руль сильнее – слышится скрип кожи. – Вика, у тебя два варианта – либо ты завтра едешь со мной добровольно, предварительно собравшись, либо ты поедешь как есть, и мне будет все равно на твои крики и угрозы.

Я уже говорила, как быстро меняется этот человек? Только играл роль доброжелательного парня, а сейчас говорит со мной таким тоном, что дрожь пробивает тело. Сглатываю вязкую слюну, пытаясь взять себя в руки. Играть в чужие игры не собираюсь, хватит с меня.