Хотел художником я стать...

Про баталию.

Месяц прошёл,

Затем другой.

Берёт меня уже измор,

Но вдруг, откуда ни возьмись,

Разрезав тяжкой жизни высь,

Приходит мне письмо.

Пришло сие не чрез айвон,

Не через комп иль домофон –

Пришло по почте мне оно,

Желтея старой белизной.

Пришёл, забрал, ушёл,

Сестре отдал,

Да та не поняла,

Забрал, прочёл,

Понял не всё,

Перечитал,

Собрался и погнал.

В граде Петровом реконстрант,

Желает вдруг войну увидеть,

Что б в мэрию, как адъютант, –

Картину привести, да не обидеть.

Я должен в парк прийти с гуашью,

Да нарисовать,

То что считалося банальным,

Военны тягости предать.

Я загорелся, удивился,

Да приглашенью поразился,

Вооружился крандашом,

Да загуашистым пером.

Пришёл, а мне кричат:

«Иди сюда, те говорят!»

Я подошёл, по мне стреляют –

Мои глаза не понимают!

Мне громко говорят:

«Дак ты ж у нас солдат!

Бери винтовку,

Шпага вон.

Хатит мне бить вот тут челом!

Ни слова боле, говорю!

Собрался, в бой пошёл, бегом!»

Не смел ослушаться приказа,

Пошёл я в бой чрез дым и газы.

Прошёл уж час, затем иной…

Кушать хочу, товарищ мой!

Увидел лес неподалёку –

Засады нет…

Нет там и роты.

Я побежал,

Нырнул в кусты,

Велик пригнал,

Пока не видят.

Я разложился

На мостки,

Достал пенал,

Да холст придвинул.

Смотрю сквозь ветви.

Тишина ласкает уши…

А в далеке идёт война,

Где всякий вновь не всемогущий.

Мазок один, мазок другой,

И небо вскоре появилось –

Прекрасное, что той весной

Над настоящим войском злилось.

«А как людей нарисовать?

Баталии – сложное дело…

Может, фигуры подогнать,

Что б не было никак пробелов?»

Решил в итоге дыма сбахать,

Что б он кружился тут и там,

И что бы мне на долгу память

В глаза он чудом не попал.

Вдруг слышу:

«Бах! Ба-Бах!» ­–

Шутит парнишка. –

«Убью ж! Чего не на ногах?»

Вдруг неожиданная вспышка

И командир уж наш упал.

А парень тот вовсе не наш:

За пазухой уж не калаш,

Стоит весь в чёрном:

Пиджаке топорном,

Немного смехотворном…

И говорит повторно:

«Враг – я! Хэй, ты, солдат!

Чего по мне ты не стреляешь?

Иль дезертир? Какой наряд?

Ты почему не отвечаешь?»

«Художник я, а не солдат!

Видишь же мой агригат?»

«Вижу, вижу! Но не ври!

Правду сщас же расскажи.

Помню я сценарий весь –

Не сочти сейчас за спесь –

Но уверен я совсем,

Ни на одной из тех схем

Не было художников!»

«Что за улица сапожников!?» –

Громко вскрикнул было я,

Только вот потом поняв,

Посмеялся вместе с ним.

Ну, и вот, потом лежим…

Час, другой

Позирует мне друг новой…

Закончилася вдруг война,

А солнце вышло, как ушла.

Я завершил работу сю

И отдал в дерект за деньгу.

А в доме моём сейчас висит

Войны ужасной добрый лик.

Где дым, где пламя, где война,

Где страха чуждого полна,

Чаша весов наклонена…

А в мэрии, да, в доме том,

Висит солдатский дружный хром,

Где два солдата средь травы

Лежат, да ждут конца войны

Сей глупой схватки, как игры.