Хотели принца? Нате - получите, распишитесь! /книга 1/

10

Утро началось, как всегда, с прогулки.

Вот сейчас нагуляю аппетит и снова провалюсь в сон, думала я, идя по дорожке к знакомой лавочке. И не успела на нее сесть, как появился наставник.

— Оставь нас. Я сам ее провожу обратно, — махнул он сопровождавшему меня.

И тот — испарился.

— Наставник! — Я подскочила с лавки.
— Тише! Я зажала рот ладошкой. На лице наставника промелькнуло что-то наподобие улыбки.
— Пойдем.

И мы пошли. Мимо высоченных фиолетово-переливчатых, похожих на одуванчики растений. Темно-фиолетовый стебель которых был утыкан шипами. Я с интересом их разглядывала. И проходили мы уже знакомые мне розовые бутоны, которые уже давно раскрылись, явив миру золотистого окраса огромные розы. И аромат миндаля такой сильный, что рот тут же наполняется слюной. Да, от моих любимых орехов только вот запах и остался.
«А вот интересно, а есть у них тут орехи?»

— А у вас растут орехи? — тут же озвучила я свою мысль.
— Что? — остановился наставник.
— Орехи-и... — смущенно говорю я. — Твердые такие, маленькие...
— У нас растут твердые ягоды, которые надо вынимать из оболочки.
— А у нас их орехами зовут! — тут же нахожусь я.
— Нам сюда, — говорит наставник и отодвигает заросли каких-то голубых стеблей, напоминающих побеги гороха.

Там находится арка, вся увитая этими побегами. Приходим под ней и оказываемся на небольшой полянке, заросшей мягким мхом цвета спелой вишни. Странная у них всё ж зелень! Вернее, зелени-то как раз почти и нет, всё яркое, цветное. Но меня привлекает не растительность кругом, а человек, стоящий на этой полянке.

— Принц! — восклицаю я.

Он поворачивается. Слегка улыбается.

— Присаживайся, — указывает на низкую, мягкую скамейку.

Вот скамейка-то как раз и была ярко-зеленого цвета. И мягкая сидушка тоже того же цвета. Я осторожно сажусь. Наставник подходит, встает рядом с ним. И они оба молчат.

— И? — не выдерживаю я.
— Что и? — спрашивает принц.
— И что?! Что вы хотели мне сказать? Вы ведь для этого меня сюда пригласили!

Принц вздыхает.

— Что опять не так? — спрашиваю.
— Всё! И твоя манера поведения в том числе.

Я уже было открыла рот, чтобы возразить, как услышала: «Я, наверное, никогда не привыкну, что при мне можно так себя вести».

— Да, — соглашается наставник, — у нее своеобразное представление вообще о мире.

У меня отвисает челюсть.

«Чего меня сюда за этим звали»?!

И я встаю.

— Сядь! — прозвучало грозно.

И я плюхнулась от неожиданности обратно на скамеечку.

— Так позволительно вести себя только королеве! Да и то не в присутствии короля! — продолжает далее принц.
— Ты не король! — вновь подскакиваю я.
— Да и ты не королева! — отвечает он мне, чеканя каждое слово. — И даже не невеста принца.
— А могла бы ей быть, — это уже наставник говорит.
— Э-э... Кем? — удивляюсь я.
— Пока невестой, — прозвучало в ответ.
— А потом? — глупо спрашиваю я.
— Ты сначала невестой стань! — был ответ.
— Э-а... А можно подумать? — робко спрашиваю.
— Что? — хором вскрикивают мужчины.
— Да ты... Да она... Невиданная наглость! — принц аж в лице изменился.
— Что? — уже восклицаю я. — Наглость? Да вы, вы... Вы мне даже предложения не сделали! — возмущаюсь.
— И не сделаю! Такая наглость! Да за это головы можно лишиться!
— Что?
— То!
— Погодите, — наставник встает между нами. — Давайте обсудим всё...
— Да нечего тут обсуждать! — я обрываю его. — Я не собираюсь быть его невестой!
— То есть? — опешил принц.
— То есть я отказываю вам, ваше сиятельство! — выпалила я.
— Что? Да как ты смеешь?
— Я? О, я смею! — и я разворачиваюсь и выбегаю за арку.

Ноги почему-то вдруг стали ватными и отказываются меня держать. И я прижимаюсь спиной к арке. И вдруг голубые стебли за моей спиной расходятся, и я падаю на спину в эти самые голубые заросли. Пытаюсь выбраться. Но, так как упала спиной вперед, то стараюсь перевернуться сначала вниз животом. Получилось, что стою на четвереньках в этих зарослях. И только собралась встать, как услышала шаги. Я замерла.

— Наставник, — слышу голос принца, — это же...
— Что? — спрашивает наставник.
— Да не знаю что! — отвечает принц. — Но такую невесту... Да как ее в обществе смогут принять?!
— А ты? — снова спрашивает наставник.
— Я?!
— Да ты? Ты смог бы ее такую принять?
— Э-э... Она, конечно, необычно красива, но манеры... Она ж мне отвечает! Как равная!
— Так, может, пророчество и имеет в этом смысл?! Что все будут равны! И мужчины, и женщины.
— Женщины? — удивляется принц. — Человечки?
— Да...

И они уходят, и я уже не слышу, о чем они говорят. Подождав еще с минутку, я выбираюсь наконец из зарослей.

«Не, ну нормально, а? Из-за пророчества какого-то они меня на нем женить собрались! Вернее, его на мне. А меня, значит, и спрашивать не надо»?

А у самой сердце как-то быстро ритм отбивает.

«С чего бы? А он меня всё ж красивой назвал! Ой, Эля, Эля, как сказала бы мама, да ты не как влюбилась! Не... Не-не-не. Быть такого не может. Чтоб я в него влюбилась? В этого напыщенного самодура! До он же... Он же... красивый! Волосы как смоль, и глаза... Глаза у него красивые! Темно-темно-синие, почти черные. Как ночное небо зимой. И с вкраплением звезд. Да... Ибо в этих иссиня-черных глазах вспыхивают иногда светлые искорки. И от такого взгляда»...

— Краснеешь, как помидор, — закончила я мысль.
— Эвелина!
— Ой! — я подскочила. — Ну...
— Нельзя же так людей пугать, — закончил наставник.
— Да! Надо же, вы запомнили, — улыбнулась я.
— Так почему ты краснеешь, как помидор? И что за помидор? — спросил он, тоже улыбаясь.
— Я что, это вслух сказала? — удивляюсь.
— А как бы я узнал?
— Ну... Помидор — это овощ такой: красный, красный и вкусный.
— Пойдем. А этот овощ очень маленький?
— Ну, по сравнению с вашими гигантскими цветами — маленький. Очень. А что?
— Это тот, который ты назвала орехом?
— Да нет. Орех — это орех. Помидор — это помидор.