Хотели принца? Нате - получите, распишитесь! /книга 1/

21

— Эля, Эля!
— Ты чего? — просыпаюсь оттого, что меня мама трясет за плечо.
— Мама?!

Слышится хихиканье Светки. Подскакиваю на кровати.

— Уф. Я уж думала, вы мне приснились! — вскрикиваю.
— Да, походу, тебе кто-то другой приснился. И ты плакала, — мама гладит меня по голове. — Всё хорошо?
— Да, наверное.
— Почему «наверное», не помнишь, что приснилось уже? — удивляется Светка.
— А ведь и правда не помню, — соглашаюсь я. — А где мелкие?

Я растерянно оглядываю комнату в поисках Малыша и Лимиуса.

— Мы проснулись, их уже не было, — пожала плечами Светка.
— А ты его мысленно-то позови, — подсказала мама.
​​​​​​​— И точно.

«Лимиус, малыш, ты где»? — мысленно обращаюсь я к нему.
«На дворе, мам. Выходи к нам», — пришел ответ.

​​​​​​​— Ну? — в нетерпении Светка схватила меня за руку.
​​​​​​​— Он во дворе. Нас зовет, — отвечаю.
​​​​​​​— Так побежали быстрее! — Светка вскочила.
— Погоди! — осадила ее я. — Тебя одеть надо, а то ты тут в своей мини-юбке всех распугаешь. И футболку тоже надо на более закрытую кофту сменить.
— Ну начинается! — возмутилась та.
— Правильно. И мне, наверное, брюки тоже надо на юбку поменять, — одобрила меня мама.

Поискав, я выудила из своего скромного гардероба маме длинную темную юбку, которая отлично смотрелась с ее светло-серой водолазкой.

— Отлично, — говорю, убирая брюки. — А эти пусть до лучших времен полежат.

Ну а Светке подошло одно из моих платьев, разве что кроссовки совсем скрыло подолом по причине моего чуть большего роста. Но это даже к лучшему, учитывая, что она в кроссовках, которые здесь в глаза не видывали. Это мои балетки и мамины туфли без каблука вписывались здесь нормально, но не белые кроссовки. Так же, как и мои кеды, пылившиеся в сундуке.

Переодевшись, мы вышли в комнату, где за столом уже все ели.

— О, присаживайтесь! — все к нам обернулись.
— Сейчас, мы только на минуточку во двор. И придем, — отвечаю я.
— Мне с вами... — Арыся замолчала под взглядом отца.
— Да пусть идет, если хочет, — улыбнулась я.

И мы вчетвером вышли во двор. Сначала я ничего не поняла. По нежно-бирюзовой травке катались клубком Лимиус и Малыш. Или не Малыш? Кто-то явно больше, чем Малыш.

— Что это? — выдала Арыся.

Катающийся клубок замер у наших ног. Мы все с удивлением смотрели на то, как клубок распался на довольного Лимиуса и... Малыша. Правда, Малыш не такой уж и малыш. Он как-то подрос. За ночь прям так внушительно. И прям какой-то уж очень живой стал. Прям хвостом от радости виляет и крылышками хлопает и на Лимиуса косится. И вроде б и к нам броситься хочет, и к Лимиусу тоже, и такое чувство, что команды ждет. И точно.

— Можешшшш, — сказал Лимиус, кивнув.

А тот, подпрыгнув, бросился на руки ко мне. Арыся завизжала. Светка хмыкнула. А мама стояла и улыбалась. Мне же ничего другого не оставалось, как подхватывать на руки Малыша.

— Ну ты и тяжелый стал, Малыш.

А тот принялся меня нализывать своим шершавым языком.

— Нет, только не это!!!

Слышен дружный хохот.

— Да чего вы ржете?! Он мне сейчас всю кожу живьем снимет! — возмущаюсь я.— Лимиус, ну скажи ты ему!
— Мур.

И Малыш перестал меня облизывать и сполз на землю. Светка зажимала живот от смеха: «Видела б ты себя со стороны!»

— Ага, тебя б наждачной по лицу! Я б посмотрела на тебя! — возмущаюсь.
— А он разве не языком вас облизывал? — удивляется Арыся.
— То-то и оно! Язык у него как наждачка! Короче, Арыся, у него очень шершавый язык! Прям очень-очень. И кожу больно тоже очень.

Лимиус обнял Малыша. А тот сразу ткнулся ему мордой в грудь. И сидят — один мурлыкает, другой урчит.

— А че это с Малышом-то нашим? — всплеснула руками Арыся. — Че это он какой большой стал?
— Это он еще маленький, — успокоила мама. — Он еще вырастет, боюсь, и шибко.
— Да... Дела... — и Арыся в дом убежала.
— Ну и что теперь? — спрашиваю.
— А что, прикольно, — улыбается Светка. — Домашний, ручной дракон!
— Кто? — на двор высыпали все обитатели нашего дома.
— Дракон — это теперь не птица, — отвечаю.
— Кто? — снова тот же вопрос.
— Очень огромный и сильный зверь, — отвечает им мама.
— Кто?
— Кто, кто, — фыркает, смеясь, Светка. — Увидите скоро сами. Он такими темпами через месяц во дворе уже не поместится.
— Как это? — Жива растерянно оглядывает двор. — Он же большой.
— Ага, а наш Малыш еще больше будет, — отвечаю.
— А Малышом ты его называешь — это имя или просто он маленький был? — спрашивает вдруг мама.
— Имя! — я смеюсь.
— Фига себе Малыш будет! — фыркает снова от смеха Светка.

«Дракон от птеродактиля недалеко ушел», — думаю я про себя.
​​​​​​​«Если птеродактиля так звать можно, почему дракона нельзя»?!