Хождение за три царства

Глава 4

Истинное чувство выражается скорее

делом, чем словами.

У. Шекспир

Ягина позвала меня в дом помочь ей с каким-то неотложным делом. В горнице она посадила меня за стол, а сама ушла за занавеску и стала греметь там своим чародейским инвентарем.

Я уныло смотрела в окно. В настоящий момент моя жизнь казалась мне такой же перекошенной, как вид двора в хрустальных пластинках оконных переплетов. Будущее было лишено той греющей сердце определенности, которую я так любила в сказочных сюжетах. Вот там действие развивалось по намеченному плану, каждый герой четко знал свое место, и конец был вполне предсказуем. Меня же носило по Иномирью вне какой-либо логики, сказочной или житейской. А что будет дальше? На смерть Кощея, оказывается, не стоит рассчитывать, вместо Бабы Яги, советчицы и помощницы, я встречаю ее «и.о.», и четкую, расписанную по пунктам инструкцию мне заменяют туманными намеками и явной недоговоренностью.

А с этим наймом богатырей вообще черти что получается! Я никогда ничем подобным не занималась и даже не знаю, как это делается. У них в Тулынском царстве, что, ярмарка героев? Разыгравшееся воображение услужливо представило большой зал и богатырей в полном облачении, развешанных на крючках по стенам. Каждый снабжен биркой и ценником, я расхаживаю вдоль торгового ряда туда-сюда и презрительно морщу нос, а рядом семенит продавец-консультант, расхваливающий товар пушкинским слогом: «Все красавцы молодые, великаны удалые, все равны, как на подбор»… Полный бред. Я даже местных денег еще в руках не держала, в нашем трехдневном походе за все расплачивался Иван, как мужчина, царевич и вожак стаи. Честно говоря, я совершенно не умею торговаться. Будь у меня экономическое образование, это значительно облегчило бы дело, но я – преподаватель. И даже не математики, а ИЗО!

С другой стороны, попробовала я себя утешить, надо когда-то начинать. Анька все время говорит, что мне не хватает жизненных впечатлений, и теперь благодаря ей я их получила и еще получу столько, что хватит до конца жизни. Как говорится, труден только первый шаг, главное – начать, а там втянешься. И с богатырями разберемся! И вообще, Марина Алексеевна, вспомни, как ты проводила первый урок в родной школе. Урок по истории города у 6 «Б» класса, на котором пришлось замещать учительницу, неожиданно ушедшую в декрет. И ведь провела! Без всякой подготовки, без чьей-либо помощи, отделавшись только сорванным голосом, сломанным каблуком (слишком сильно топала ногами) и небольшим растяжением запястья (растаскивала Петрову и Вольского)…

Ягина наконец вышла из своего угла, держа под мышкой треногу, а в вытянутых руках – серый с металлическим блеском каменный котелок. В котелке что-то булькало и плескалось.

- Помоги, Маринушка, - попросила женщина (язык уже не поворачивался назвать ее бабкой), и я поспешно перехватила треногу, водрузив ее на стол. Сверху поставили котелок, ворожея щелкнула пальцами, и под ним сами по себе вспыхнули язычки голубоватого пламени. Не будь оно так похоже на пламя обычной газовой горелки, я бы, наверное, удивилась, а так, бросив на огонь равнодушный взгляд, с любопытством заглянула в котел. По волнующейся поверхности плавали странные на вид ингредиенты, про которые даже не хотелось думать, чем или кем они были раньше. Ягина принюхалась, удовлетворенно кивнула и бросила в котелок горсть сушеных цветков календулы. В ответ зелье выдало облако рыжеватого пара и серию крохотных молний. Запахло сеном и озоном, содержимое котелка, помешиваемое каменной ложкой строго по часовой стрелке, перестало кипеть, поверхность его разгладилась, на ней замелькали какие-то пестрые тени. Ягина, склонившись над котлом, низким певучим голосом читала заклятье. Странные слова, вроде бы вполне знакомые на слух, не поддавались осмыслению и упорно ускользали от восприятия. Действие их ощущалось физически – на поверхности зелья они вызывали расходящиеся круги, а меня потянули вниз так, что пришлось изо всех сил упереться руками в стол.

Пропев последнюю фразу, ведунья пристально вгляделась в котел и раздраженно цыкнула.

- Застит взор Темное царство… Дай-ка, Маринушка, руку!

- Зачем? – Просьба Ягины показалась мне подозрительной.

- Кровь змеиная нужна, капля, а лучше две.

- Я еще не змея!

- Да не важно! Руку дай, говорю!

- Я боюсь уколов!

- Больно не будет, - тоном профессиональной медсестры заверила ворожея, с силой перехватывая мое запястье и протыкая палец длинной серебряной иглой.

Уй! Нет, не зря эти слова никогда не вызывали у меня доверия!

Две положенные капли упали в котел, и я получила обратно травмированную конечность. Слизнув кровишку, с удивлением заметила, что ранка сразу исчезла.

- А теперь смотри… - таинственным голосом сообщила Ягина, пригибая мою голову к самому котлу.

Чародейское варево потемнело, на его поверхности медленно, как в старом ламповом телевизоре, проступило нечеткое, дрожащее изображение.

- Видно плохо! – досадливо пробормотала я. Ягина буркнула что-то неразборчивое, и картинка прояснилась, словно кто-то подкрутил ручку настройки. Я увидела Аньку, ожесточенно спорящую с Топтыгой, потом Савву в окружении малорослых человечков. Мелькнуло изображение какого-то строения, то ли терема, то ли крепости…

- Почему нет звука?

- Смотри, не отвлекайся!

Картинка медленно растаяла. Некоторое время экран… тьфу ты, поверхность зелья оставалась темной, затем в темноте наметилось едва уловимое движение. На секунду из темноты выплыла пещера с высоким сводом, причудливые сталагмиты, лоснящаяся поверхность стен, исписанных значками, похожими на вавилонскую клинопись, и черный силуэт в отдалении. Миг – и все исчезло, а варево, булькнув на прощание, стало быстро испаряться.

- Ну, видела подружек? – щелчком погасив огонь под котлом, Ягина требовательно уставилась на меня.