Хозяйка Блэквуда

Глава 2

Когда я пришла в себя и снова увидела маленькую затхлую каморку, мне захотелось взвыть. Этот кошмар никак не хотел меня отпускать. Ясно же, что я в коме, и как только у меня получится вырваться из этих неприятных видений, я очнусь в больнице, ну, или не очнусь, если все будет совсем плохо. Боже, а меня ведь даже похоронить будет некому.

Надо срочно приходить в себя, иначе Алька будет жить с чувством вины за то, что потащила меня в цирк.

Я с трудом приподнялась на подушках. Ощущения были такие, будто меня всю ночь колотили палками. Какой-то слишком реалистичный сон. И застрять в нем мне совершенно не хочется.

Я похлопала себя по щекам:

- Проснись! Проснись! Проснись!

Ничего не происходило.

Постепенно мой голос сорвался на крик, а удары ладоней стали хлесткими и болезненными.

Скрипнула входная дверь. Вчерашняя девушка, увидев, чем я занимаюсь, выронила из рук плетеную корзину и кинулась ко мне.

- Госпожа, госпожа, прошу вас, прекратите! – срывающимся голосом упрашивала она, в то время как ее руки пытались схватить мои запястья. – Хватит, пожалуйста.

Ей удалось отвести мои руки от лица, но я вырвалась и схватила девчонку за плечи, затрясла, что было силы:

- Девушка, разбудите меня. Мне нужно вернуться домой!

- Но, госпожа, вы и так дома, - едва ли не плакала девчонка.

- Нет, - я замотала головой, - вы и это место мне снится. На самом деле я в больнице. Мне очень плохо. Но я очнусь и обязательно поправлюсь.

- Не говорите так, госпожа, - все же не удержалась от рыданий моя собеседница. – Мне становится страшно. И не зовите меня девушкой, будто не знаете, как меня зовут. Я Рози, ваша служанка.

- А я Елена… Николаевна, - зачем-то добавила я свое отчество.- Очень приятно. Скоро я очнусь, и, наверное, даже не вспомню о вас.

- Ну зачем вы так? – она прикрыла рот ладошкой и попятилась от кровати.

От рыданий служанки, проснулся ребенок и заревел. Тяжелые, набухшие от молока груди заныли. Я прикоснулась к упругой груди рукой, и тут же на сорочке появилось влажное пятно.

- Вы кормили ребенка? – спросила у Рози.

- Да, я дала ей пожеванный мякиш хлеба в тряпице. Вы ничего не говорили насчет кормилицы, потому я не знала, что делать.

- Дай сюда ее, - ошеломленная варварским способом кормления новорожденной я перешла на «ты».

Даже во сне сердце разрывалось от детского крика.

- А вы не причините ей вреда?

- Больше вреда ей будет от жеваного мякиша.

Поколебавшись, Рози скрылась за ширмой и вышла оттуда, держа на руках орущую малышку.

Осторожно она передала ее на руки мне.

- Хорошенькая, - улыбнулась я, вглядываясь в покрасневшее от натуги личико. – Может, Господь сжалился надо мной и позволил стать матерью хотя бы во сне.

- Вы опять за свое, - заскулила Рози.

Малышка тем временем, почуяв запах молока, запыхтела и ухватила сосок маленьким ротиком.

Я улыбнулась, проведя пальцем по нежной щечке:

- Какое же это счастье.

Дверь скрипнула, впуская в комнату вчерашнего мужчину.

- Что за крики у вас? - нахмурился он. В этот раз я видела его в полный рост и отметила не только странную прическу, но и наряд, больше подходящий для театральной постановки о позднем средневековье.

Я поспешно прикрыла обнаженную грудь одеялом.

- Второй раз вы вламываетесь без стука, - окинув его изучающим взглядом, сказала я.

Он на миг растерялся, а потом буркнул:

- Это мой дом. Я в своем праве.

- Вправе забыть о манерах и вести себя как быдло? Или вы везде такой, вне зависимости от того, где находитесь?

- Да как ты смеешь? – вскричал он и двинулся ко мне.

- Мой сон, как хочу, так и смею. И тебя в моем сне не место. Сгинь! Развейся! Исчезни!

Для убедительности помахала в воздухе свободной рукой.

Лицо мужчины побагровело от гнева. На скулах заходили желваки.

Рози бросилась ему наперерез и повисла у него на руке.

- Господин Фейрфакс, господин Фэйрфакс, госпожа Мариэлла не в себе. Роды были слишком тяжелыми. Мне даже в один миг показалось, что она умерла. Она перестала двигаться и дышать. А потом очнулась. Но стала вести себя очень странно. Господин Фэйрфакс, не наказывайте ее. Умоляю!