Хозяйка болотной пустоши

Глава 4

Светлица сидела на столом и чистила лук. Она обернулась на голос Лили, и ее лицо осветила счастливая улыбка.

— Пришла в себя, болезная?

— Да, немного, но все равно в голове туман.

Стоя у стены, Лиля теребила сухие стебельки мха и мучительно пыталась сообразить, что скрывается за диалогом родных. Получается, Лия выбрала жениха по своей воле, но они недовольны ее решением.

Почему? Если Верест — справный хозяин, они должны радоваться, как хорошо пристроили племяшку.

У сиротки Лии, кажется, есть свои тайны, правда, Лилии Викторовне они недоступны.

Она решила больше не сопротивляться судьбе. Ссылаясь на потерю памяти, выведать все об этих людях и мире, а потом уже решать, что делать дальше. Радовало то, что хозяйка относилась к ней хорошо.

— Подь сюды, Лийка! — позвал ее басом крупный мужчина, сидевший во главе стола.

Лиля настороженно присмотрелась к нему. Средних лет, смуглый, с густыми усами, он производил впечатление крепкого хозяина, но о-о-о-чень сурового. Она даже оробела немного под пронзительным взглядом, хотя давно уже в силу возраста и профессии никого не боялась. На прием иногда приходили такие зловредные мужики, вечно все знавшие лучше всех, не желавшие лечиться. Они качали права, грозили судами, но Лиля ловко обламывала раздутое эго и делала их ласковыми котятами.

Вот и сейчас она нахмурилась и спокойно сказала:

— Меня Лия зовут, дядя. Не надо грубить, я же не притворяюсь.

— Да ты! — дядька вскочил и замахнулся. — Да я тебя… Пользуешься тем, что…

— Бейте своего сына, а я уже взрослая для тумаков, вон, замуж выхожу.

Они стояли и сверлили друг друга взглядами, тетушка вклинилась между ними.

— Ты спятил, Гвен! Чего ерепенишься? — она толкнула мужа в плечо и наградила его странным взглядом.

Гвен мгновенно сдулся, словно выпустили воздух из резинового шарика. Лиле это не понравилось, она заподозрила неладное. Тревога, родившаяся в душе, разрасталась как снежный ком.

— А что она, — буркнул Гвен, не глядя на Лилю, и попятился к двери.

— Потом, все потом! — Светла выпроводила мужчину и повернулась к Лиле. — Ты не серчай на Гвена. Он, как отец, переживает за тебя.

— Я понимаю, — Лиля взяла в руки луковицу, надрезала кожуру. — Что мы готовить будем?

— Мясную похлебку. Закуски я уже сделала, в леднике стоят. Надо еще картошку почистить и овощи из огорода принести.

— Это я могу.

— А ты помнишь, где у нас огородец?

Лиля отрицательно покачала головой, лук так и замелькал в ее руках. Она сноровкой не уступала Светле, та одобрительно поглядывала на нее.

— И когда ты так справно научилась луч чистить? — удивилась тетка.

«Да всю жизнь готовкой занимаюсь, — чуть не вырвалось у Лилии Викторовны, но она ответила просто:

— Хороший учитель был, матушка.

— Ха-ха-ха…

— А огород далеко? Мы успеем принести овощей?

— Не очень, за источником. Должны успеть, если только духи…

Светла замолчала, не договорив. Лиля настаивать не стала, но спросила:

— А почему свинарник так далеко и огород не рядом с домом? Это неудобно.

Лиля поставила перед собой задачу: разузнать как можно больше о мире и месте, куда ее забросила судьба.

— Погоди, — тетушка вскочила, собрала начищенный лук, смахнула в тазик. — Я сейчас чайку наведу, и мы побалакаем.

Светла выбежала из комнаты, которую можно было назвать кухней, но с большой натяжкой. Она была разделена на две зоны плотной занавеской. Сейчас Лиля сидела на широкой скамье за большим столом. У противоположной стены была горка, наподобие шкафа с полками, на которых Лиля увидела посуду. У дверей она заметила толстый обрубок ствола, где блестели каплями воды две деревянных кадушки. Над одной курился дымок. За ее край зацепился крючком ручки ковш.

Она зачерпнула ковшом воду, хотела напиться и застыла: на нее пахнуло настоящим жаром. Тогда девушка опустила в ковш палец и вскрикнула: вода была очень горячей.

Зато во втором ведре вода была ледяной. Ни печки, ни плиты для готовки еды в доме Лиля не увидела.

Она удивленно покачала головой и заглянула за занавеску. Здесь стояла большая кровать, покрытая домотканым одеялом, в углу красовалась гора подушек. А напротив примостился топчан поменьше.

«Убранство бедной семьи, — с грустью констатировала она. — Живут в деревне только летом, а зиму спят. Интересно, а животные тоже впадают в спячку?»

Дверь отворилась. Светла внесла поднос с глиняными кружками и тарелкой с лепешками. Ароматный парок поднимался к потолку и дразнил рецепторы.

Лиля вдруг поняла, что смертельно голодна.

— Ой, как вкусно пахнет! — восхитилась она.

— А то ж! — Светла придвинула тарелку с лепешками и с сыром к Лиле. — Все домашнее, свеженькое. Ешь, поговорить надо без лишних ушей.