Хозяйка Бюро Магического Пиара

Глава 8. Пончиковая экспансия

Маша

Теперь, чем бы я ни занималась, перед глазами постоянно витал образ  герцога Арлегонского. Я вспоминала каждый миг нашей прогулки по улице Пресвятой Матильды и то, как жарко Норман прижимал меня к себе, когда спас от гадких подвыпивших мужланов.

Интересно, есть ли у Нормана подруга? Если да – наши объятия засчитываются как измена!

А герцог и раньше не избегал физического контакта: Норман меня и на руках носил, и на плечо закидывал, и из-под копыт коня выдёргивал, как морковку из грядки…

Разведка донесла, что невесты у герцога пока нет. Какое счастье!

Но только пока. Потому что экспедиция, в которую отправился Норман, как раз для того и была затеяна, чтобы доставить в Эвалет его суженую.

- «Итак, наш премудрый правитель отправился в местность под названием Цветной Мир, где проживает дева, предназначенная богиней Анзарией ему в невесты», - зачитала нам Лирра информацию из городского листка. Вечером на кухне мы приходили в себя после напряжённого трудового дня.

У меня от тоски сжалось сердце. А я-то опрометчиво пожелала Норману вернуться из поездки с победой! Кто же знал, что речь идёт о его невесте!

Эта блатная девица ещё и Святую Анзарию умудрилась перетянуть на свою сторону! Почему богиня защищает её интересы?

- А где находится Цветной Мир? – спросила у Боженки. – Здесь, в Эвалете, все здания серые или чёрные. А там, наверное, очень красиво.

- Может, это в районе Сиреневого Кряжа? – предположила Лирра.

- Или где Голубое озеро, - сказала Жаклин.

- В любом случае, герцог обязательно привезёт сюда свою невесту, и потом будет свадьба. Ах! - восторженно воскликнула Лирра и заломила руки на груди.

- Вам только свадьбу подавай, - мрачно пробубнила я.

С головой погрузилась в работу, и это помогало отвлечься от мыслей о Нормане и его невесте, а то я уже основательно зациклилась на этом вопросе.

На неделе мы провели ребрендинг таверны – Вик с помощью магии переделал наш фирменный логотип. Теперь на вывеске и на салфетках красовался туффон, сжимающий в лапках пончик.

Да, мы стартовали с нашим новым проектом. Для усиления эффекта мы провели несколько акций.

Во-первых, в таверне состоялась презентация, на которую я пригласила местную прессу. Это были владельцы листков, где печатались городские новости.

Во-вторых, мы организовали рекламную рассылку – отправили наборы пончиков в самые известные семейства Эвалета. В красивых коробках, перевязанных атласными лентами, лежало по четыре пончика с разным посыпками и помадками – малиновой, шоколадной, ванильной и ежевичной. Само собой, на каждой коробке красовался логотип нашей таверны.

В-третьих, мы провели закрытую дегустацию пончиков, куда пригласили избранную публику. Потом нам сказали, что приглашения, которые мы раздавали бесплатно, спекулянты перепродавали по баснословной цене. Вот такой ажиотаж мы устроили.

И не зря – уже первая неделя продаж показала, что пончики – выгодное направление.

У Боженки разбушевалась фантазия, она придумывала, какие ещё начинки и помадки можно использовать.

- Попробуем добавить стружку грассова корня.

- Что это за зверь такой?

- Особый ингредиент, увеличивающий потенцию.

- Ого!

- Стружку будем закупать в Эралиане. У нас в лесах тоже растёт грассов корень, но его не заготавливают, уж слишком трудоёмкий процесс.

Очень быстро слава о наших пончиках распространилась по всему Эвалету. К нам даже прислали гонца из мэрии с просьбой провести демонстрацию новинки.

Мы с Боженкой решили прихватить на приём Пончика – в качестве живого талисмана.

Для визита в мэрию я облачилась в новое платье, очень эффектное: из синего шёлка, с белыми кружевными вставками. Да, я уже могла себе позволить шёлковое платье, так как Боженка платила мне щедрый гонорар за мои пиар-услуги.

А вот подруга даже и не подумала принарядиться. Она как обычно надела свою унылую вдовью хламиду тёмного цвета и даже не согласилась перехватить голубой лентой волосы.

Утром во вторник мы наняли фиакр с откидным верхом и отправились в мэрию, где провели успешную презентацию. Наши пончики вызывали удивлённые взгляды сотрудников мэрии, а когда началась дегустация, мы услышали массу комплиментов.

Чтобы уж совсем добить публику, я придумала трюк. Наш туффон должен был на задних лапках подбежать к мэру и вручить ему маленькую коробочку с одним пончиком. Мы порепетировали в таверне.

Когда настал нужный момент, Пончик бодро засеменил к главе города, удерживая в передних лапках коробку, но в последнее мгновение вцепился в бант зубами, заложил крутой вираж и ломанулся прочь из зала, оставив мэра стоять с пустыми руками и разинутым ртом.

«Ща, разбежался! Держи карман шире! А рожа-то не треснет?» – прозвучал в моей голове голос Пончика.

Да что же это за туффон мне такой достался - наглый и невоспитанный?! 

Но мэр с пониманием отнёсся к проделке Пончика. Глава города – невысокий упитанный мужчина в возрасте слегка за сорок - только рассмеялся, а вслед за ним захохотала вся его свита.

- Ох уж эти туффоны, - сказал мэр. – Они известные проказники. Ваш толстяк – тот ещё фрукт.

«Сам ты жирный!» - донеслось из-за двери зала. Но этот вопль услышала, конечно, только я.

Когда мы нашли пушистого пройдоху в коридоре, он самозабвенно чавкал пончиком мэра. Он не смог развязать бант на коробке, поэтому просто растерзал картонку. Вся мордаха у туффона была в крошках и кусочках глазури.

«Нет, ну а что? Мне с голоду умереть? Я недоедаю!»

- Да, конечно. Мы тебя не кормим, ты у нас голодаешь, - покачала я головой. – Знаешь, люди говорят: наглость – второе счастье. Это про тебя, Пончик.

Когда мы вышли из мэрии, Боженка прижала ладони к пылающим от волнения щекам. Она не могла поверить, что очутилась на приёме у мэра и выступала перед городской знатью, да ещё и кормила всех своей выпечкой.