Хозяйка Чернолесья

Глаза 28. Павшие

Кладбище беспокойно гудело голосами сотен приглашённых на похороны гостей. Здесь собрались лишь родственники павших героев и самые близкие их соратники.

Бурифилд — холмистое место с вечнозелеными деревьями и острыми пиками надгробий. Взгляд терялся в непрерывном море могил, каждая из которых стала последним приютом воинов, павших в борьбе за свободу и справедливость. Здесь испокон веков хоронили лишь тех, кто пал в битве за жизнь короля, королевы или наследников. Поговаривали, что поднять умертвий на этом кладбище совершенно невозможно. Потому что останки защитников монаршей династии охраняют сами боги.

— Если станет дурно, обязательно скажи, — в сотый раз шепнул мне на ухо Эдвин.

Я кивнула, как кивала раньше, чтобы его успокоить. Не объяснять же, что беременность не изменила моего прошлого, никуда не подевалось моё личное кладбище. Дерольд словно предпочитал не помнить, что я не просто его жена и мать его будущего ребёнка. Пока это не создавало проблем, но меня беспокоило, что “забывчивость” мужа может обернуться недопониманием в будущем. Впрочем, прямо сейчас имело значение только общее горе.

Речь Аргена прошла мимо меня, но вдовы героев плакали, а их родители казались растроганными, поэтому я могла сказать, что она была хороша. Я часто повторяла принцам, что монаршее слово обладает особой силой. Мы тренировались говорить коротко и по существу, но торжественно и со смыслом. Чтобы слушающие их люди проникались каждым словом. Что ж? Теперь я могла гордиться по крайней мере старшим из своих учеников. Конечно, большую часть работы сделали приглашенные учителя. Они ставили речь, обучали верному произношению. Но чувствовать настроение толпы, подбирать нужную прямо сейчас интонацию и учитывать ещё много разных факторов — мои уроки.

Крышки гробов не открывали, потому что погибшие наверняка выглядели жутко. Иначе их успели бы спасти. Уверена, внутри некоторых лежало только оружие, ибо от тел ничего не осталось. Наступил момент награждения, и мне действительно стало дурно.

— Ордена имени Миранды Росси вручаются семьям всех погибших воинов и магов, — медленно проговорил Сильвер, удерживая в руках стопку квадратных футляров с королевским гербом.

— За отвагу и доблесть, проявленные в бою, — заговорил Арген, удерживая мой взгляд. — За верность короне и своим клятвам. За то, что каждый из них встал плечом к плечу с нами в момент, когда их страна нуждалась в мужестве своих защитников больше всего. Мы будем помнить их подвиг, как помним о вкладе Королевской ведьмы, за которой навечно будет закреплён титул Архиведьмы.

— Медали имени Эдвина Дерольда будут вручены выжившим героям после коронации, — добавил младший принц. — После малого траура по погибшим воинам и после казни предателей.

Да. Мы хоронили героев Короткой войны, пока в камерах дожидались своего часа приговоренные к сожжению. Меня нервировало, что они до сих пор живы, потому что сбежать из казематов сложно, но всё-таки возможно. Кто знает, сколько последователей они смогут найти по всему королевству, если сбегут и попытаются вернуть дворец снова?

“И снова получат отпор”, — мысленно успокоила себя я, украдкой вытирая слёзы.

Жест принцев по увековечиванию наших с Эдвином имён действительно растрогал меня. Мы оставались верными им и короне не ради орденов и медалей, не ради денег, а потому что клялись быть верными. Однако назвать государственные награды в нашу честь… Словно так Арген и Сильвер признавали, что мы сделали всё от нас зависящее в Короткой войне. Хотя сами мы корили себя за то, что не спасли королевскую чету.

Копии орденов вставляли в специальные выемки на крышках гробов, и только потом деревянные саркофаги погружали в землю. Первую горсть земли бросал в яму Арген, вслед за ним — Сильвер, и только после них — близкие родственники, друзья и сослуживцы.

Нить связи с лесом натянулась, когда на кладбище появились аккуратные холмики с именными табличками. Я с тревогой прислушалась к тому, что происходило на моих землях, сжимая локоть мужа, чтобы привлечь его внимание.

— Что такое? — он хмурился и выглядел таким же измученным как утром.

Глаза Эдвина покраснели. Мужчины не плачут, но это не значит, что они не хотят. Я погладила его по щеке. Было бы разумнее ничего ему не говорить, просто сослаться на усталость и тихо уйти в лес. Ему действительно нужен отдых.

— В Чернолесье неспокойно, — всё же ответила честно я. — Мне нужно вернуться и всё проверить. Не думаю, что там что-то серьёзное. Но тревога леса дотянулась аж до столицы. Не хочу рисковать, там только всё стало крепнуть и возрождаться.

— Я пойду с тобой, — кивнул он.

— Тебе нужно остаться на поминках, — я покачала головой и поправила ворот камзола мужа. — Там достаточно защитников. К тому же, в Чернолесье я практически неуязвима. Просто отведи меня подальше отсюда и проследи, чтобы не было хвоста. Я открою проход в Чёрный лес, чтобы не лететь на метле через полкоролевства.

Эдвин сомневался, но в конце концов согласился, что бояться на собственной территории мне нечего. К тому же, часть воинов из Змеиного гнезда всё ещё оставалась там. В случае реальной опасности они смогли бы меня защитить (будто я нуждалась в заступниках, честное слово!)

Сложно представить, как я ошибалась, когда недооценивала степень угрозы…