Хозяйка цветочного острова

Глава 10

Почувствовав внезапную слабость, я прижала руку к груди, не понимая, что со мной происходит. Отвернувшись от меня, барон уверенным шагом удалялся все дальше и дальше, а я не могла ни о чем другом думать кроме как о его словах и о предложении, которое он собирался мне сделать.

Что же это могло быть? Мало вероятно, что брак, ведь барон не слишком жаловал женщин.

Внезапный порыв ветра пронесся по поляне развивая мои волосы на ветру. Упавшую шляпку приподняло вверх и понесло вниз по склону зеленого холма. Я не стала ее ловить и пошла к поместью погруженная в свои мысли.

Поднимаясь по каменным резным ступеням, я невольно вспомнила волевые черты лица барона фон Штольца. Его нельзя было назвать красивым в обычном понимании этого слова, но была в нем некая изюминка, которая невольно приковывала взгляд к его мужественному лицу. Аристократический длинный нос, русые волосы, которые непослушной копной вились, немного прикрывая уши. Глядя на них так и хотелось поправить выбившуюся прядь и прикоснувшись пальцами к русым кудрям ощутить их витиеватую мягкость. Пробирающий до дрожи взгляд синих глаз, который казалось, видел меня на сквозь и внутренняя сила, которую я чувствовала всем своим естеством заставляли сердце биться чаще и выворачивали все нутро наружу, потому как ничего нельзя было скрыть. Я не знала насколько серьезное увечье получил барон на Тихсонской битве, но надеялась, что в действительности не все так было страшно как судачили досужие сплетники. Возможно, трагедия барона заключалась не только в физическом увечье, но там была замешана и душевная боль? Кто знает какие демоны мучали его душу?

В холле меня встретила гувернантка и надменно фыркнув глядя на мой растрепанный вид смерила меня презрительным взглядом.

- Не удивлюсь, если, увидев Вас в таком виде, барон фон Блох откажется от свадьбы. А виноваты будете только Вы! Ведь я Вас всегда предупреждала, что выходить на улицу без шляпки и перчаток – это дурной тон, - произнесла она уничижительным тоном, гордо вздернув свой крючковатый нос.

Если она решила воззвать к моей совести своими речами, то сильно просчиталась. Меня мало волновал этикет и замуж за старика я не собиралась.

- А Вы напишите ему письмо о моем недостойном поведении, - предложила с ухмылкой я. – Возможно он действительно передумает, и меня наконец-то оставят в покое, - выпалила я едва не смеясь глядя на ошалевшее выражение ее лица.

Словно курица она замахала руками и затопала ногами, то и дело надувая щеки и подбирая слова для дальнейшей тирады, но видя мой расслабленный вид она сузила глаза и сквозь зубы произнесла:

- Я Вас совсем не узнаю, юная фрау. Откуда взялась такая дерзость и желание сделать все по своему умыслу?

- Оттуда, что я устала, что все, кому не лень, помыкают мною. Вы думаете это большое счастье выходить замуж за старика, для юной девицы вроде меня?

Мадам Флопшток насупилась и утихомирила свой пыл. Подбирая осторожно слова, она посмотрела на меня снисходительно и произнесла сухим тоном:

- Конечно радость. Думаете лучше оставаться старой девой? – при этом она невольно сжала свои кулаки, и я поняла, что этот разговор задел ее за живое.

Она стояла в тени возле куста раскидистой пальмы в цветочном горшке, но я увидела живой блеск в ее глазах. Говоря все это, она имела в виду себя?

- Я думаю, что замуж нужно выходить по любви, а если нет, то лучше быть одной чем терпеть долгие годы того, кого ты ненавидишь всей душой и не желаешь видеть подле себя, - ответила я с жаром, поправляя выбившуюся прядь волос из растрепанной прически.

Сверкнув глазами, она вцепилась в меня своим пронзительным взглядом и пару минут в холле поместья стояла полная тишина. Спина гувернантки была натянута как струна, но в мыслях у нее творился самый настоящий шквал.

- Странные речи у вас юная фрау, - произнесла она задумчиво. - Так размышляют только умудренные опытом и жизнью женщины вроде меня, - заявила она мне, и я заметила на ее лице некоторое подобие улыбки, и невольно сама улыбнулась в ответ.

- Что ж, привыкайте. Такой я теперь буду всегда, - ответила я, и оставив мадам Флопшток в раздумьях отправилась в свою комнату, в которой меня уже ждала взволнованная Гризельда,

- Госпожа! Слава Пресветлому! Вы вернулись, а я уж было хотела бежать за конюхом чтобы разыскивать Вас, - пролепетала служанка и увидев мое помятое платье и довольно усталый вид снова запричитала и стала носиться надо мной словно наседка, охая и ахая в своей привычной манере.

- Гризельда, ты не знаешь, как зовут барона фон Штольца? – спросила я решив направить ее внимание в другое русло.

Служанка резко остановилась и посмотрела на меня с подозрением.

- На сколько помню, еще будучи ребенком его называли Дамианом. Я с его няней в ту пору была дружна. А зачем Вам это? – непонимающе уставилась она на меня, а у меня от смущения заалели щеки.

- Да так, просто поинтересовалась, - ответила я и резко повернулась к столу, стоящему возле окна.

«Какое красивое имя!» - подумала я и пытаясь скрыть свое смятение стала рассматривать стол внимательнее как будто там что-то было.

Неожиданно я заметила с внутренней стороны отверстие и нагнувшись вниз обнаружила скрытый потайной ящик. Надавив на него с левой стороны, я услышала глухой щелчок и ящик со скрипом открылся. Удивленно уставившись на лежащий внутри него дневник, который ранее писала прежняя хозяйка этого тела, я коснулась его пальцами и резко отдернула руку. В памяти что-то всплыло, и я поняла, что Мирриэль именно в нем хранила свои секреты.