Хозяйка дома монстров. Призраки не платят коммуналку

Глава 8.2

При упоминании имени банкира я вздрогнула и сбилась со счета шагов. Но тема была слишком важна и интересна, чтобы я не воспользовалась шансом узнать больше.

– Как же так? Разве он не мог просто выкупить землю?

– Он бы мог выкупить весь город, – продолжала усмехаться старушка, словно ей этот разговор доставлял не просто удовольствие посплетничать, а было что-то еще кроме этого… – Но есть вещи, которые нельзя просто так купить.

– Все равно не понимаю, – пробормотала я, оглядываясь по сторонам. – Все, что нельзя купить за деньги, можно купить за большие деньги…

Мы как раз дошли до угла очередной улицы, и я пыталась сообразить, куда нам дальше.

– Шестьдесят семь шагов налево, – словно читая мои мысли, подсказала собеседница. – Даже за большие деньги нельзя купить много вещей. Например, хороший вкус, счастье, любовь, душу…

Я поджала губы. Создавалось впечатление, что старушка в курсе долговых обязательств, которые на меня повесил Аурелиан, и теперь намеками пытается мне что-то сказать.

Вот только откуда такое всеведение у слепой старушки из сквера? Или о том, что я идиотка, купившая дом в долгах, уже знал весь город?

– Душа и любовь – это, конечно, изумительно, но мой дом-то здесь причем? Если вы что-то знаете, может, просто скажете, как есть. Зачем говорить загадками?

Старушка пожала плечами.

– Я и сама порой не знаю, зачем говорю те или иные вещи. Просто говорю. Старость – не радость, а скорее поток сознания с перебоями.

Прозвучало так, будто я встретила на улице городскую сумасшедшую, и теперь пытаюсь найти в ее словах логику.

А может, так оно и есть? С чего я вообще начала верить старухе, даже чье имя не знала.

Еще несколько десятков метров мы миновали в полном молчании, пока по истечении указанного количества шагов мы не оказались напротив входа в высокий трехэтажный каменный дом.

Ровно напротив резной двери из темного дерева.

– Пришли! – торжественно возвестила старушка.

А я потянулась к дверному кольцу в зубах кованого льва. Стукнула им три раза о полотно, пока изнутри дома не раздались голоса.

Дверь распахнулась, на пороге стоял мужчина средних лет в ливрее дворецкого. Едва взглянув на меня, он уставился на старушку.

Несколько мгновений на его лице царило непонимание, сменившееся испугом.

– Госпожа! – только и выдохнул он. – Вы покидали дом?!! Одна? В вашем состоянии?

Было похоже, что никто из домочадцев не был в курсе, что старушка-то оказывается сбежала и гуляла по городу.

– О, Гаред, – тяжело вздохнула леди, протягивая ему руку и трость. – Ты слишком обо мне печешься, я ходила дышать воздухом. А эта милая особа помогла мне добраться обратно!