Хозяйка дома монстров. Призраки не платят коммуналку

Глава 10

Последний луч солнца уполз с заваренного железом портала, словно живой, оставив после себя лишь багровую полоску на горизонте.

В башенке стало сумеречно и прохладно.

Я, Наталья Вейланд, бывшая лучшая выпускница, а ныне — хранительница портала, на чью роль даже не просилась, стояла у роковой двери и готовилась разваривать швы, которые так тщательно заваривала.

«Кто бы мог подумать, что я начну думать, что делаю свою работу слишком хорошо!..»

Сердце колотилось где-то в районе горла, настойчиво напоминая, что я идиотка. Но долг в банке был более настойчивым аргументом.

— Я готова, Люциан! — крикнула в дверь, ударяя магией по каленым петлям.

Металл зашипел, и сваренные швы поползли, как тающий лед, с тихим скрежетом давая понять, что двери снова открыты. Стоило только толкнуть.

Что я и сделала.

Другой мир дышал холодным утренним туманом и… дорогим мужским парфюмом, который свежий ветер буквально втолкнул мне в ноздри.

В проеме возникла высокая, мощная тень, закутанная в черный плащ, который скрывал гостя от рассветного солнца его мира.

Люциан переступил порог.

Он был… пугающе прекрасен.

Его лицо с резкими чертами казалось высеченным из мрамора.

А глаза — два бездонных омута, в которых плескалась тьма, — обожгли меня изучающим взглядом. Он медленно выдохнул и, стоя вровень со мной, пока я забывала, как дышать, осмотрелся.

Сердце пропустило еще один удар.

«Дура! Ой, дура!» — в голове билась единственная мысль, потому что если я поступила неверно, а так твердили все монстры в доме, — то сейчас я стану трупом.

— Наталья Вейланд, — Люциан медленно произнес мое имя, растягивая звуки, будто пробуя на вкус новый сорт кофе. Не знаю, понравился ли ему этот вкус, посчитал ли он его кислым, дорогим или вообще достойным его общества, — лицо вампира осталось непроницаемым.

А я ощутила себя неловко.

Мое платье было простым, пыльным, лицо не накрашенным, на руках все еще плясали искры плавильной магии, как у работяг в шахтах по добыче руды…

Самое время потеряться и начать мямлить, но я была бы не я, позволь себе расплыться перед мужчиной безвольной лужей. Прикусив щеку с обратной стороны до крови, я выпалила на ходу, решая скрасить обстановку шуткой:

— Проходим, не стесняемся! Ноги можно не вытирать.

Люциан вздрогнул, его ноздри хищно раздулись, а я тут же ощутила, что кусать губы, щеки и другие части своего тела перед этим опасным типом — огромная стратегическая ошибка.

— Никогда больше так не делай, мышка, — медленно выдохнул он, удерживая свой хищный порыв. — И помни, я всегда стараюсь держать свое слово!

— Я же просила не называть меня мышкой, — буркнула я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Где деньги, Люциан?