Хозяйка дома монстров. Призраки не платят коммуналку

Глава 19.1

— За вампира? — гриб всплеснул одним из щупалец, обдав мои руки и халат прохладной чайной жижей. — Да что с ним-то может станется? Не ребенок!

— Вот и я думаю. А что если станется? Я же ничего о вампирах не знаю, только сказки из своего мира. А на самом деле, кто они вообще такие? Грибочек, миленький, ну расскажи, пожалуйста… ты же наверняка в курсе.

— Ну, конечно, — саркастично буркнул он, и его светящиеся глаза сузились в полоски. — Я же круглосуточный справочник «Всезнайка».

Но я сложила руки и смотрела на него так моляще и жалобно, что медуза в банке не выдержала и сдалась.

— Ладно, ладно, хватит строить глазки! — проворчал он. — Поставь меня на стол и слушай, да не перебивай!

Я опустила банку на столешницу, и он, приняв важный вид, начал:

— В твоем мире полно существ, питающихся кровью. Комары, некоторые виды летучих мышей, пиявки… наверняка еще кто-то есть. Вы называете их гематофагами.

— Это что, курс биологии для особо одаренных? — на всякий случай уточнила я, чувствуя, как нарастает разочарование.

Гриб гневно зыркнул на меня, и его щупальца затрепетали.

— Мне замолчать?

Я сжала губы и послушно замолчала, а он, фыркнув, продолжил.

— В моем мире вампиров называли «проклятыми». Целые рода, кланы… Иногда это случалось внезапно — в самой обычной семье рос человек, взрослел, а потом — хоба! — в одночасье становился вампиром. Но чаще всего это родовая червоточина, проклятье. Едва человеку исполнялось тридцать лет, иногда чуть старше, с ним происходила Перемена. Солнечный свет становился ему невыносим, обжигая кожу как раскаленным железом, организм застывал во времени, переставал стареть, утрачивал способность к размножению. Были и плюсы: нечеловеческая сила, животное обоняние, острое зрение…Человек мог есть обычную пищу, но она не насыщала его — только кровь приносила желанное облегчение и силы.

— А если… если долго не пить кровь? — робко, почти шепотом, уточнила я, боясь услышать ответ.

— Иссыхал, — без обиняков и с легким отвращением ответил гриб. — Сморщивался, как изюминка из сочной виноградинки. Жуткое зрелище, надо сказать.

— То есть… новый вампир появлялся не после укуса? — ошарашено переспросила я. Все сказки моего мира рушились в один миг.

— Нет же! — раздраженно буркнул гриб. — Хоть обкусайся до посинения твоего бледного друга. Знаешь, сколько бы иначе в моем мире развелось вампиров? Толпы легкомысленных девиц так и бегали бы за ними по пятам, в поисках вечной молодости и романтики. Говорю же, это либо случайный проклятый дар, либо семейное проклятье.

— Звучит… как какое-то наследственное заболевание, — медленно, обдумывая каждое слово, произнесла я. — А как-то от этого… “дара”, удавалось избавиться?

Гриб развел щупальца в стороны, выразительно вскинув парочку из них.

— Говорю тебе, я не всеведущая энциклопедия! Понятия не имею. Спросила бы у своего постояльца. Он уж наверняка в курсе всех своих проклятых делишек.

— Только его и нет, если ты не заметил! — воскликнула я, и в голосе прозвучала отчаянная нотка. — Пропал! Ушел искать брата и не вернулся. К слову о его брате… Может, ты припоминаешь? Не проходил ли через врата некий Вильгельм? Может, брал тело на прокат?

Гриб призадумался, его студенистое тело колыхалось в воде, а потом он громко и демонстративно зевнул.

— Может, проходил. А может, и не проходил. Я у Бауэлов секретарем не работал. Может, будь у нас его изображение — я бы и вспомнил. А так, по одному лишь имени — дело бесполезное. Даже если и был тут какой-нибудь Вильгельм — он мог представляться кем угодно, уж тем более если что-то замышлял.

Я вспомнила слова самого Люциана. Вампир и сам говорил, что у его брата могло быть множество имен и личин. И тут меня осенило, будто молнией ударило!

— Изображение, говоришь?! — выпалила я, и сердце забилось с новой, бешеной силой.

Мне показалось, или гриб в банке нахмурил свои медузистые складки, и в его светящихся глазах мелькнуло неподдельное беспокойство? Он явно жалел, что вообще ляпнул об этом.

— Ты что такое задумала? — осторожно, с подозрением спросил он.

— Как что? — я усмехнулась, и сама эта идея, дикая и опасная, зажгла внутри меня огонек азарта. — Разумеется, пойти туда, где наверняка есть семейные портреты всех родственников Люциана, включая его загадочного брата!

Сказала это, и у самой похолодело внутри. Мысль о проникновении в его логово, в его замок, без его присутствия, была одновременно и пугающей, и невероятно заманчивой.

— Только не говори мне, что ты собралась туда одна… — простонал гриб, безнадежно пытаясь остановить неизбежное.

— У меня будет надежный и умный спутник! — перебила я его, подхватывая банку с столола. — Ты со мной. Мы отправимся в замок Люциана вместе. В конце концов, разрешение топтать его полянку у нас есть, а где полянка — там, глядишь, и сам замок недалеко. Отнесу-ка я пустой сундучок от золота на место, так, сказать! И заодно кое-что разузнаем.