Хозяйка дома монстров. Призраки не платят коммуналку

Глава 19.3

– А меня отсюда выпустят? – внезапно задала вопрос я. – Как думаешь, Люциан своих девиц насухо выпивал? Или отпускал потом?

– Я свечек не держал, – рыкнул Гриб. – Это тебе к Огнеглазу. А Люциана все равно здесь нет, бояться некого. Так что, давай, уже найдем картинную галерею и уберемся отсюда. Ты же за этим меня с собой потащила?

Я еще немного покружила по холлу, а после свернула в один из коридоров, затем в еще один, и еще… пока не вышла к широкой, без окон галерее.

Сквозняки здесь гоняли пыль, а свечи чадили… выхватывая в тенях огромные, в золоченых рамах, портреты. Они смотрели на меня — целая династия незнакомцев

– Кажется, оно, – пробормотала я.

Вот суровый мужчина с острыми чертами лица и пронзительным, ледяным взглядом. Он был облачен в бархат и горностаевую мантию, а его длинные пальцы сжимали рукоять полуторного меча. Похоже, отец.

Рядом с ним — женщина неземной, почти болезненной красоты. Ее лицо было бледным и печальным, светлые волосы убраны в сложную прическу, а в темных глазах читалась бездонная, вековая тоска. Мать.

А вот еще одна девушка – блондинка с белоснежными волосами и глазами цвета льда. Красивая, словно Королева Снега из детских сказок. Даже с портрета она смотрела на меня настолько высокомерно и надменно, что я невольно поежилась.

Интересно, а она кто? Сестра? Тетка? Или бабка Люциана в молодости?

Я прошла дальше, и сердце у меня заколотилось сильнее. На следующем портрете был изображен молодой человек. Он был удивительно похож на Люциана — те же высокие скулы, тот же разрез глаз. Но в его взгляде читалось нечто иное — дерзкое, гневное, вызывающее и одновременно с этим там плескалась скука. Такая темная и терзающая, что страшно представить, на что бы пошел человек – лишь бы ее утолить. На самые страшные поступки, пугающие до дрожи в коленях.

Брат, без сомнений. Вильгельм.

Я поднесла банку с Грибом к портрету, затаив дыхание.

— Ну что? Узнаешь? Бывал он у нас? Брал тело на прокат?

Гриб несколько секунд молча вглядывался в холст своими светящимися лиловыми глазами, а потом его медузистая масса безнадежно взволновалась.

— Не-а. Ничего не знаю, не помню, не видел.

– Уверен? – не поверила я. – Подумай еще. Люциан был уверен, что его брат в нашем мире.

Но Гриб был настойчив:

– На портрете красавчик, безусловно. Художник явно постарался, передавая характер… Я бы такого запомнил.

Я сдержала вздох разочарования. Глупо было надеяться на легкую удачу. Я еще какое-то время стояла перед портретом, вглядываясь в темные глаза Вильгельма, пытаясь уловить какую-то зацепку, тень воспоминания – может, я видела его в городе? Но холст хранил молчание.

Тишина в галерее стала давить на уши. Мне вдруг показалось, что на меня смотрит чей-то взгляд. Я резко обернулась.

В дальнем конце галереи мелькнула тень и бесшумно скользнула за колонну. Один из слуг. Он не приближался, не задавал вопросов. Просто наблюдал. И в этом молчаливом наблюдении было что-то куда более жуткое, чем откровенная враждебность.

— Ладно, — тихо сказала я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. — Картины посмотрели. Пора бы и честь знать. Пока нас тут не приняли за ужин и не отвели на кухню. С этих слуг станется заморозить вкусняшку для хозяина про запас.

Я крепче прижала к себе банку и, стараясь не оглядываться на давящие взгляды с портретов, зашагала обратно к выходу, чувствуя себя самой настоящей грабительницей.

Стараясь считать повороты в коридорах, откуда я пришла, я четко двигалась вроде бы уже знакомым маршрутом, пока не поняла, что вернулась обратно в галерею.

Портрет Вильгельма вновь смотрел на меня насмешливо, будто издевался.

– Только не говори, что мы заблудились, – начал Гриб, но я шикнула на него.

– Ничего подобного, просто я решила еще разок посмотреть на этого типа, – обманула я, и вновь двинулась на выход.

А спустя три поворота и четыре коридора опять вышла к картинам.

На этот раз надо мной издевалась блондинка с картины – ее ледяные глаза буквально сверлили меня ненавистью.

Пожалуй, с таким отвращением и злостью до этого на меня смотрела только Кассандра.

– Брр… – уже серьезно испугавшись, произнесла я. – Кажется, мы все же заблудились.

– Так и знал, – мрачно отозвался Гриб. – Может, позовем на помощь? Ты же видела слугу?

Я заозиралась по сторонам. Но никого не было.

Попыталась позвать, но эхо только разнесло мой голос по коридорам…

Тогда я стала ходить по замку и наугад толкать двери… Все были заперты, пока одна из них не поддалась и со скрипом открылась.

Я хотела быстро осмотреться и сразу же уйти, но замерла на пороге, даже после мимолетного взгляда понимая, где случайно оказалась.

Понял и Гриб.

– Наталья, а вы не пробовали покупать лотерейные билеты? Не может же быть, что тебе так могло повезти…

– Сарказм?

– Еще бы, – хохотнул он мрачно. – Похоже, ты нашла кабинет своего потеряшки-вампира. Да еще и без охраны! Разве это не отличный шанс сунуть нос не в свои дела?

Я попятилась назад.

– Я не такая.

– Неужели? – удивился Гриб. – А разве не за этим ты разбудила меня этой ночью? Пошли уж, заодно может узнаем что-то действительно полезное про твоего друга. Или хотя бы найдем карту замка, чтобы отсюда выйти.