Хозяйка дома монстров. Призраки не платят коммуналку

Глава 25.1

Вечером дом гудел, как улей. Мари вернулась в новом теле — наконец-то безупречном, не в пример прежнему. Кукольник не подвёл: теперь её челюсть двигалась без малейшего скрежета, улыбка сияла фарфоровыми зубами, а походка стала плавной, как у профессиональной танцовщицы.

— Ну как? — спросила она, вертясь перед большим зеркалом в холле. — Я великолепна?

— Ты невыносима, — буркнула я, но в душе порадовалась. Хоть одна проблема решена.

Следом за Мари прибыл и весь остальной заказ. Пять тел. Два женских — под горничных, три мужских — крепкие, широкоплечие, с такими лицами, что хоть сейчас на обложку столичного журнала «Идеальный слуга месяца».

— Так, — я хлопнула в ладоши, привлекая внимание. — Распределение ролей.

Собачка-грелка, которая всё это время с завистью косилась на новые тела, тут же подскочила.

— Я хочу! Я хочу в горничную! Я буду лучшей горничной в мире! Буду постель греть, подушки взбивать, тапки подавать…

— Хорошо, — кивнула я. — Одно женское тело твоё. Второе — Привидению. Хватит уже в простыне летать, пора принять человеческий облик.

Привидение, которое до этого парило под потолком, издало неопределённый звук — то ли радостный, то ли испуганный. Но спорить не стало.

— Мужские тела, — продолжила я, — распределяем так. Джинн, ты у нас теперь швейцар. Будешь встречать гостей, носить чемоданы и создавать солидность. Ковёр, — я перевела взгляд на свернутый рулон, который притворялся обычным напольным покрытием, — садовник. Будешь следить за участком, хотя бы чуточку прибери его.

Недовольно зашуршали пыльные кисти.

— Чайный Гриб… да, я знаю, что ты в банке, но теперь у тебя будет нормальное тело. Ты у нас управляющий. Строгий, деловитый, с чувством собственного достоинства.

Ковёр нехотя развернулся, и в ворсе прорезался рот и будто надбровные морщины.

— А почему я садовник, а он управляющий?

— Потому что он считать умеет, — отрезала я.

— А мы? — спросил Сытень.

— Ты остаёшься в своём теле, — решила я. —. В человеческом облике ты, боюсь, потеряешь весь свой кулинарный талант. Но обещай, что не будешь попадаться на глаза гостье. И вообще никому из посторонних.

Сытень облегчённо выдохнул и умчался обратно на кухню.

— Огнеглаз? В телохранилище есть несколько исправных старых кукол, если хочешь, можешь занять.

Канделябр с достоинством покачал своими свечами.

— Я остаюсь в своём теле. В человеческом облике я не смогу так же эффективно шпионить за городом. И в свечной мастерской мне удобнее в привычном виде. Если что, всегда могу прикинуться обычным подсвечником.

Я кивнула. Логично.

— Напомните мне, — вновь подал голос ковёр, — почему мы вообще выполняем все эти глупые указания и участвуем в этом маскараде? Мы монстры или цирковые артисты?

В холле повисла тишина.

Я медленно повернулась к нему. Усталость, накопившаяся за день, смешалась с раздражением и выплеснулась в голос, который я сама не узнала: ледяной и спокойный.

— Знаешь что, ковёр? Если тебе не нравится, ты можешь вернуться в родной мир. Прямо сейчас. Я никого здесь не держу. Портал открыт.

Ковёр сдулся.

— Я… я просто спросил, — пробормотал он. — Что сразу выгонять-то?

— Вот и спрашивай помягче, — отрезала я. — А теперь все по местам. Впереди много работы.

***