Хозяйка древнего погоста

ГЛАВА 4. ЧЕМ ДАЛЬШЕ В ЛЕС, ТЕМ БОЛЬШЕ ДРОВ

Лишь к полуночи Гера оказалась у дверей собственного дома, который пугал и настораживал. Когда они молча ехали в машине хмурого типа, девушка хотела попросить помощи, ведь оставаться одной в большом доме, да еще и с некой сущностью, страшно и опасно, однако от одного взгляда капитана не решилась и слова вымолвить. Тимофей высадил девушку прямо у высокого крыльца с колоннами и увез Данилу, которому явно достанется за то, что вступил в драку с самой охраной Ёси Орлика — сыночка главы города Могильев. И не то чтобы капитан боялся местной элиты, нет. Тим боялся за Данилу, поскольку такие головорезы, как те из бара, злопамятны. Могут жестоко отомстить, а ему сейчас не до разборок с хулиганами, когда трупы блудниц все чаще появляются на древнем погосте. Гера в этом понимала капитана, он волнуется о семье. Сама же девушка была как никогда одинока. Она медленно потянулась к дверной металлической ручке, немного задержала ладонь, а после и вовсе отказалась от этой идеи. Гера резко развернулась и плюхнулась на каменные ступени парадного входа в особняк. Могила подняла глаза вверх, залюбовалась полной луной, такой, что казалось, если захотеть, то можно ощутить прохладность огромного диска. Далее окинула взглядом освещенную фонарями прилегающую к дому территорию, на которой переливалась от тусклых лучей зеленая трава. Подальше стояли плодовые деревья, будто истуканы, а вдоль вымощенных камнем тропинок росли всякого рода цветы и невысокие кустарники. Любил усопший ухаживать за своим садом и растениями. Гера вспоминала, как они вместе с дедом очень давно посадили вон ту яблоню слева и ту грушу справа. Грецкий орех теперь достигал крыши дома, а когда-то деревце было совсем маленьким, впрочем, как и сама Гера. Снова ком горечи подкатил к горлу, больше она никогда не увидит своего строгого и странного деда. Вдруг далеко за кустами мелькнули несколько светящихся огоньков, а затем и вовсе они стали приближаться от кладбища к дому. Гера напряглась и уже было хотела наплевать на домашнего невидимого монстра да мигом залететь в дом, ведь встреча с маньяком будет поопаснее, чем с тем, кто в ее доме спрятался, но тут же успокоилась. Это был полицейский патруль, который несколько раз за ночь обходил вокруг погоста по приказу самого капитана. Могила облегченно выдохнула, поднялась и, набравшись смелости, наконец открыла дверь мрачного особняка рода Могильных.

— Тебе меня не запугать! — произнесла она вслух и щелкнула дверным замком. — Коли мне теперь жить в этом доме, значит, будем привыкать! — После этих слов наверху что-то громко свалилось на пол, Гера невольно подскочила на месте от неожиданности, а затем, взяв себя в руки, двинулась к лестнице. — Ну-ка, покажись!

На втором этаже вновь промелькнула темная тень. В этой части особняка все было скромнее, чем внизу. Светлая лепнина на стенах, на полу коричневая ковровая дорожка, по периметру квадратного коридора висели настенные бра, как раз у дубовых дверей. Тут было четыре комнаты, одна из которых принадлежала Могиле и исполняла функцию спальни. Еще спальня деда. Его кабинет. А четвертая комната выделялась под внушительных размеров библиотеку. Каких там книг только не было! Казалось, и всей жизни не хватит, чтобы прочитать их. Гера же, достигнув второго этажа, с опаской оглянулась и краем глаза увидела, а затем услышала, как громко хлопнула дверь библиотеки. После послышался характерный грохот падающих с полок книг.

— Ну, я тебе сейчас задам! — Гера разозлилась не на шутку и буквально ворвалась в комнату. — Если ты сейчас же не прекратишь и не появишься передо мной, я проведу обряд по устранению духов и отправлю тебя в самый ад!

— Мяу! — наконец Могила услышала кошачий голос. — Ты не посме-еш-шь! — протяжно прошипел призрак.

— Так, значит, ты все еще здесь, одноглазый и облезлый кот! А я-то думала, дед тебя к графине отправил!

— Ты ей не чета, смертная, ой не чета! — ответил призрачный котяра и наконец появился перед Могилой во всей своей рыжей красе и с черной повязкой на одном глазу. Еще в детстве этот неугомонный дух жирного кота напоминал Гере настоящего пирата, такого же беспринципного, зловредного и подлого. Сам же призрачный котяра любил проказничать, травить байки о той жизни, когда была жива графиня Лукерья, по его словам, сама элегантность и женственность. Еще графиня очень увлекалась книгами о пиратах, и когда у нее на пороге появился рыжий котенок без одного глаза, она не раздумывая приютила беднягу в особняке и назвала котейку так, как посчитала нужным.

— Ты на диете сидеть не пробовал, а Пират?

— Она мне не помогает! А ты вобла сушеная, тут долго не задержиш-шься! Я тебе жизни не дам. Отомщу за Ваню. Он ведь при жизни о тебе волновался, переживал, а ты неблагодарная, — прошипел снова Пират. — Я помню, как ты меня святой водой окропила, мне было так больно, что чуть не умер второй раз! Что посеешь, то и пожнеш-шь!

— А разве у котов не девять жизней?

— Так то у живых, тупенькая! — протянул говорящий мурлыка.

«Кому скажи о Пирате — не поверят, а то и в психушке запрут», — подумалось хозяйке погоста.

— Ну, все! — разозлилась Могила. Она знала, что у деда везде стояли бутылочки со святой водой. Протянула руку к полке и мигом открутила крышку. — Хочешь еще святой водички на себе испробовать?

— Сушеная вобла! — обзывался Пират. — Суш-ше-ная, — все дальше слышалось его шипение. — Я тебе… по-ка-жу… вобл…

После наступила такая долгожданная для Могилы тишина. Она понимала, что этот Пират от своего не отступит; как и все коты, он навязчив и всегда добивается своего. Только не сегодня и не сейчас. Валясь с ног, Гера доковыляла до своей кровати и плюхнулась в постель, даже не снимая уличной одежды.

***

Тимофей был взбешен поведением брата. Мало того, что он вязался в очередную драку с головорезами Ёси, так еще в это впутал внучку покойного Ивана Ивановича, которая не должна была оказаться в том месте, в тот час. Гертруде Могильной нужно готовиться к завтрашнему дню, ведь именно утром капитану нужен здравомыслящий человек, а не зомби с погоста Могильных. Молодого мужчину злило еще и то, что он очень долго задерживается в провинции, когда давно должен был выполнить свое профессиональное дело и умыть руки. Конечно, покойный хозяин погоста давал Хмурому серьезные подсказки. Старик видел людей насквозь, был начитан и знал все о своих предках, вплоть до десятого колена. Как раз то, что капитану нужно от столичной выскочки, потому как магические и экстрасенсорные способности у Могильных передаются по крови рода.