Хозяйка Его Виноградников-2

Глава 3

Глава 3

Как уже упоминалось ранее замок Сангедор-Луссильон располагался на вершине холма, доминируя над живописной долиной. В солнечном свете его величественные увитые клематисом каменные стены и многочисленные окна переливались золотым, красным и янтарным цветами.

Посреди выложенного керамической плиткой цвета раскаленной вулканической лавы двора замка, возвышался белоснежный мраморный фонтан, в центре которого пьяненько, но радушно улыбающийся бог вина Вакх приветствовал гостей наполненным до краев бокалом вина. Его слегка покачивающаяся фигура была выполнена в классическом стиле, с лозами винограда, обвивающими его обнаженное тело.

Замок насчитывал тридцать спален, большую и малую столовые, бальный зал, в котором могли свободно себя чувствовать пятьсот человек, и просторную, размерами почти с бальный зал, гостиную. Кроме того, в замке были комнаты для чтения, музыкальные салоны, мастерские, кабинеты для работы и уже упомянутая ранее картинная галерея.

Многочисленные коридоры и лестницы позволяли хозяевам и гостям не только свободно перемещаться по замку, но и входить, и выходить, не привлекая внимания.

Винодельня и дегустационный зал были пристроены к замку позже, но столь удачно, что их пристройка не только ничуть не портила общее впечатление, но и, наоборот, и замок, и хозяева, и гости от такого соседства только выигрывали. Замок не возражал против такого соседства, поскольку пристройка добавляла ему монументальности, не убавляя при этом его красоты, хозяева же и гости могли, не покидая стен замка посещать обставленный уютной мебелью просторный дегустационный зал, где они всегда могли разжиться бутылочкой любимого вина, запасы которого регулярно пополнялись. Что же касается ассортимента, то Рэй и Дэвид лично следили за тем, чтобы в дегустационном зале были обязательно представлены все вина, которые хранились и выдерживались в глубоких, прохладных погребах, вырытых, как в холме под замком, так и в холмах, расположенных поблизости.

Увидев замок впервые в шестилетнем возрасте, Рэй был так потрясен его размерами, что, находясь внутри него всё время боялся, потеряться и заблудиться. Однако признаться в этом, по его мнению, было бы трусостью, поэтому он пытался убедить Дэвида, что в замке ему не хватает воздуха, потому он предпочел бы жить в сторожке садовника.

Вот и сейчас снова ему хотелось как тогда в детстве подбежать к Дэвиду и пожаловаться на то, что он задыхается и отпроситься… Нет, не в сторожку садовника, а в винодельню или на виноградники. Но… Дэвид не позволил ему тогда, не позволит и сейчас. А потому другого выбора, кроме как сидеть в роскошно обставленной гостиной замка среди разодетой в пух и прах местной аристократии у него не было.

Ему таки пришлось сменить удобную рабочую одежду на фрак и напялить на себя ненавистные лаковые туфли и бабочку. Как там говорят: «не так страшен волк, как его рисуют»? Ага, держи карман шире! Все его страхи не просто оправдались, но и оказались еще страшнее, чем он помнил! Единственное, что хоть немного примеряло его с добровольно натянутыми на себя орудиями пыток, было великолепное бордо, которое он закусывал канапе. Последние, к слову, тоже его раздражали! Он пропустил обед и поэтому одно канапе ему было даже не на один зуб, а на четверть зуба, а класть в рот сразу два или три, а тем более, четыре было неприлично! Вот и приходилось ему клевать, как голодная птичка зернышки. В том смысле, что часто-часто. Что тоже, к слову, тоже было неприлично!

И кое-кто уже даже это отметил и осуждающе на него посматривал. Но будь он проклят если ради приличий будет вести себя как… как его там… ах да, сеньор Маттео Фортескью, который под блюдущим взглядом своей обвешанной драгоценностями как новогодняя ёлка игрушками благоверной, микроскопические канапе не глотал, а откусывал. Рэй даже озадачился тем, как ему это удавалось? И практически мгновенно пришел к выводу, что это выше его понимания. Вслед за чем, в который раз напомнил себе, что к выбору супруги нужно подходить очень и очень тщательно, а то заполучишь себе в жены вот такую вот надзирательницу. Она-то, судя по её весьма и весьма выдающимся корпулентным достоинства, себя ни в чём не ограничивает, а мужа и сама не кормит и в гостях нормально поесть не даёт!

«Как же не ошибиться? – Задумался он. – Вот взять хотя бы Джулию, какая из неё будет жена?.. – продолжил он мысль и вдруг хлопнул себя по лбу, чем вызвал смех у маленького дьяволенка, игравшего у его ног с игрушечными солдатиками. Рэй пока не знал, чьё это чадо, но пообещал себе, что обязательно узнает, как только это исчадие ада ещё раз попытается украдкой вытереть об его брюки или туфли свои измазанные шоколадом пальцы и ладони.

– Джулия! – вспомнил он. – Она просила, и я обещал, что буду к ней внимательней. А я снова о ней забыл.

Джулия была чувственной, сексуально раскрепощенной, дьявольски красивой и столь же дьявольски ревнивой, решительной и настойчивой богатой вдовой, которая наметила себе его в мужья. И шла она к этой цели с грацией слона в посудной лавке, в том смысле, что она растаптывала все препятствия на её пути, даже не замечая их. Рэй, однако, всё ещё сопротивлялся. Хотя и не совсем понимал, почему. Ему было хорошо с ней. Особенно в постели. То же, что она хотела за него замуж, ему скорее льстило, чем раздражало. Он понимал, что такая женщина, как Джулия, даже не будь она богата, не знала бы отбоя в желающих взять её в жены. Она же выбрала его.

Из раздумий Рэя, как ни странно, вырвала установившаяся вдруг в гостиной абсолютная тишина. Казалось, даже воздух замер в ожидании. Гости, прежде гомонившие без умолку, вдруг замолкли, и устремили своих взгляды к дверям. Не остались в стороне также и Рэй, и маленький дьяволенок и практически синхронно повернули головы.

– Тю! – уже через мгновение озвучило своё мнение трехлетнее исчадие ада и потеряло к виновнице всеобщего внимания всякий интерес.

Он думал, наконец-то, торт принесли, а это всего лишь очередная сеньорита. Да красивая, но он их таких красивых сегодня уже сотню штук перевидал! Тогда как торта ни одного! А мама ему обещала торт!