Хозяйка фабрики "Щелкунчик"

Глава 2

Муж у меня уже был — и не какой-то мифический, а самый настоящий. Вот только глагол к нему подходил именно в прошедшем времени. Потому что как раз накануне наш брак канул в лету.

А ведь день начинался так хорошо!

Я поставила в духовку противень с ягодными и творожными пирожками и ждала в гости свою лучшую подругу Лидию, с которой мы дружили еще с первого класса. Мой муж Андрей как раз на все выходные уехал с коллегами на рыбалку, так что мы с Лидой могли наговориться и посплетничать без помех.

Но когда раздался звонок, и я открыла дверь, на пороге почему-то стояли они оба — и Андрей, и Лида.

— Привет, дорогая! — улыбнулась я, а потом с удивлением посмотрела на мужа. — Андрюша, а ты почему так быстро вернулся? Вы, вроде, до завтра на островах собирались быть. Что-то случилось?

— Да, случилось, — вместо него отчего-то ответила Лида. — Ты извини, мы не хотели тебе этого говорить. Но так уж вышло, что придется.

Мы прошли в зал, и, хотя я всё еще ничего не понимала, сердце, уже почувствовав неладное, застучало тревожно и громко.

— В общем, Алиса, прости, так получилось. Я знаю, что мы не правы, и что это несправедливо по отношению к тебе, и ты будешь считать нас предателями, но сейчас уже ничего не поделать.

— Лида, о чём ты говоришь???

Я посмотрела на мужа, который сидел на диване и не решался посмотреть мне в глаза. А в страшную догадку, которая меня уже осенила, верить мне не хотелось.

— Алиса, тут такое дело… В общем, Лида беременна. От меня.

Ну, вот и всё. Я знала, что однажды это случится. Пыталась убедить себя, что нет, что Андрей не такой. Что он любит меня и никогда мне не изменит.

Я пошатнулась, и муж тут же вскочил и подхватил меня под руку.

— Алиса, вот только давай без истерик! — повысила голос подруга. — Ты сама виновата, что не смогла родить ему ребенка! А он нормальный мужик, ему нужно продолжение рода.

«Сама виновата». Если бы эти слова сказал мне посторонний человек, я бы, наверно, не удивилась. Но Лида! Интересно, это она о чём? О моих бесконечных обследованиях в клиниках? О постоянных мотаниях по санаториям с соответствующим лечебным уклоном? О нескольких неудавшихся попытках ЭКО?

— Лида, ну зачем ты так? — в моих висках стучит так, что я едва слышу голос Андрея. — Ты же знаешь, что у Лисы больное сердце. Ей нельзя волноваться.

— Убирайтесь оба! — шепчу я.

Мне сейчас противны его прикосновения. Он еще пытается что-то сказать, но я высвобождаю локоть из его ладоней и только мотаю головой. Прочь! Подите прочь!

И только когда я закрываю за ними дверь, я вспоминаю о пирогах в духовке. И когда я достаю противень и вижу там изрядно подгоревшие корочки, я опускаюсь на стул и начинаю рыдать.

А потом я выкидываю пироги в мусорку и иду спать. А просыпаюсь уже тут, в странном доме. И теперь оказывается, что здесь у меня есть еще какой-то муж!

Но поскольку о мужьях мне не хочется даже думать, я предпочитаю проигнорировать замечание «швабры».

— Тогда нам следует поставить мышеловку на пол, прежде чем его освободить, — я улыбнулась малышке, — Боюсь, от страха он может упасть со стола.

Я перевела взгляд на мужчину с кочергой. Интересно, кем был тут он? Лакеем? Нет, вряд ли. Слишком вычурный для простого слуги наряд. Скорее, кем-то вроде дворецкого.

— Если вам будет угодно это, миледи, — тут же откликнулся он, — то я сделаю это немедленно.

Похоже, его уже тоже утомила эта сцена. И всем нам уже хочется выпустить бедняжку-мыша на свободу и отправиться спать. А мне так еще и о многом нужно подумать.

И пока я не передумала, мужчина взял мышеловку, поставил ее на пол поближе к плинтусу, в котором зияла дыра, и приподнял пленивший зверушку механизм. Мышонок дернул хвостом, потом еще раз посмотрел на нас своими бусинками-глазами и юркнул в норку. Мне показалось, что через секунду его мордочка снова чуть высунулась наружу, а темный носик дернулся в сторону оставшегося в мышеловке сыра. Но я всё-таки понадеялась, что ему хватит ума не вляпаться в ту же ловушку снова.

— И всё-таки милорд будет недоволен, — не отступала «швабра». — И если он уже проснулся и сейчас придет сюда и поймет, что вы сделали, Бэрримор, то будет сильно разочарован.

Бэрримор? Ну, надо же! Нарочно не придумаешь. Тогда он просто обязан быть именно дворецким!

— Его светлости еще нет дома, мисс Коннорс! — ответил тот с печальным видом.

Нет дома? Ночью? Ох, неужели, мне изменяет еще и этот муж? Ну, это уж было бы как-то слишком.