Хозяйка фабрики "Щелкунчик"

Глава 16

А мистер Харрисон ждал от меня какой-то реакции.

— Простите, что настаиваю, миледи, но завтра мне придется снова что-то говорить рабочим. У большинства из них нет никаких запасов, и если они не получат жалованье, то вынуждены будут голодать.

Это я понимала и сама. Достаточно было вспомнить Сэнди и Микки, и мое сердце содрогнулось.

— Полагаю, сэр, вам нужно будет съездит утром в банк и получить необходимую сумму денег. Разумеется, если лорд Ларкинс не вернется до завтра.

Я не была уверена, что управляющий может снять деньги без документа с подписью хозяина фабрики. Но ведь его светлость наверняка часто отлучался из города, а значит, у мистера Харрисона вполне могли быть достаточно широкие полномочия.

— Боюсь, что это невозможно, миледи, — смутился он.

— Вам нужна подпись лорда Ларкинса на чеке?

— Нет, — еще больше смутился он, — дело в этом. Просто на нашем счете в банке нет необходимой суммы.

Ну, что же, этого следовало ожидать. Если о возможном банкротстве фабрики уже узнали газеты, то положение точно было не самым лучшим. И раз в Таунбридж уже прибыл наш основной кредитор, то он тоже прекрасно это знал.

Я растерянно посмотрела на управляющего. Я понятия не имела о том, что нам следует делать. Уверена, что в такой ситуации растерялась бы и настоящая леди Ларкинс. Хотя она, услышав такое, наверняка просто упала бы в обморок.

— Накануне вечером мой муж сказал, что он намерен встретиться с герцогом Шекли. Не знаете ли вы случайно, о чём именно он собирался с ним говорить?

— Полагаю, миледи, что он намеревался попросить герцога об отсрочке, — предположил мистер Харрисон. Его светлость надеялся, что перед праздниками наши продажи возрастут, ведь игрушки часто покупают в качестве подарков. Это позволило бы нам уплатить герцогу хотя бы проценты.

Я усмехнулась. Учитывая, что Шекли не поленился приехать сюда из самой столицы, он надеялся получить не только проценты. Нет, он явно собирается завладеть нашей фабрикой. И раз так, то никакой отсрочки он не предоставит.

— Но как так получилось, что фабрика перестала приносить прибыль, и вы влезли в долги?

— Это трудно объяснить в двух словах, миледи, — вздохнул мистер Харрисон.

И на этом остановился. Он явно считал, что леди Ларкинс не в состоянии это понять.

— Так объясните не в двух, — нахмурилась я. — Или вы куда-то торопитесь?

— Для этого было много причин, ваша светлость, — забормотал он. — Спрос на наши игрушки сильно упал. Нет-нет, не потому, что они стали хуже. Просто с тех пор, как возобновились дипломатические и торговые связи с Ланцией, в страну стали привозить игрушки из-за границы. В богатых семьях стало модным покупать детям именно их.

— И чем же они лучше наших? — быстро спросила я.

Управляющий развел руками.

— Да, по сути, ничем. Но мода есть мода, миледи.

Вряд ли всё дело было только в этом. Но продолжать столь сложный разговор поздним вечером вряд ли можно было бы назвать хорошей идеей. К тому же, чтобы хотя бы попытаться в этом разобраться, мне нужны были не только слова мистера Харрисона, но и хотя бы какие-то документы. У них же должен вестись хоть какой-то учет. В конце концов, Лука Пачоли придумал двойную запись в бухгалтерии еще в конце пятнадцатого века. Наверняка до чего-то аналогичного додумались и здесь.

— Я хотела бы завтра приехать на фабрику!

— Но зачем, миледи? — непонимающе уставился на меня управляющий. Но быстро понял, что это прозвучало несколько невежливо и торопливо исправился: — Разумеется, если вам так будет угодно… Но хотел бы вас предупредить, ваша светлость, что учитывая факт невыплаты жалованья, наши рабочие будут не в самом лучшем настроении, а те, кто настроен особенно враждебно, могут даже потребовать от вас ответа.

— Я привезу деньги для выплаты жалованья, — сказала я. — Конечно, у меня нет на руках такой суммы, но я думаю, что смогу заложить что-то из своих драгоценностей. А когда лорд Ларкинс вернется, мы просто выкупим их обратно.

Теперь мистер Харрисон смотрел на меня как на сумасшедшую. Наверно, тут было, чему удивиться. Насколько я понимала, прежняя леди Алиса ни за что не согласилась бы пожертвовать своими украшениями для того, чтобы выплатить зарплату каким-то рабочим.

— Вы уверены, ваша светлость, что лорд Ларкинс это одобрит? — осторожно спросил управляющий.

Как я могла быть в этом уверена? Но что еще мне оставалось делать? А если лорд Ларкинс осмелится меня за это критиковать, то я сумею объяснить ему, кто виноват в том, что жене владельца фабрики пришлось пойти на такой шаг. Впрочем, думаю, он и сам это прекрасно понимал.

— Я подожду до завтра, сэр. Но если его светлость не появится, то, боюсь, нам придется на это пойти. Сколько именно нужно денег для того, чтобы рабочие получили всё, что им причитается?

— Почти семьсот крон, миледи, — он произнес эту сумму с придыханием.

Когда управляющий ушел, я вызвала Бэрримора и спросила его, есть ли в городе приличный ломбард, хозяину которого можно было бы доверять. Но едва он понял, в чём именно было дело, то протестующе замотал головой: