Хозяйка фиалковой долины

Глава 5

Даже когда меня как щепку несло из одного мира в другой, я все время прижимала к груди сумку с самыми красивыми сортами своей коллекции.

У меня и мысли не возникало выпустить из рук ценную поклажу. Хотя любой другой на моем месте бросил бы к черту эту сумку и прикрыл руками голову. Или же предпринял что-нибудь еще ради своей безопасности.

А когда я наконец почувствовала под ногами твердую почву, то первым делом я запустила руку в сумку и успокоилась лишь после того, как дотронулась до бархатных листочков…

Так я очутилась в Золотой Эловене. В мире, где богатство и роскошь соседствовали с нищетой, и между ними была непреодолимая пропасть.

Так мне казалось до недавнего времени. Ровно до того момента, как в один не прекрасный день из благополучной графской дочери я не превратилась в проклятую отцом дочь и беглянку без гроша за душой.

Но тогда я радовалась лишь тому, что осталась жива, и что этот проклятый подземный переход наконец-то закончился.

Как сейчас помню свое удивление, когда я из него вышла…

Еще бы! Ведь под землю я спускалась днем, а вышла почему-то ночью!

Ретро-фонари освещали мощенную булыжником улицу. Теплый ночной ветерок небрежно колыхал зеленые кроны деревьев и путал мои распущенные волосы. Хотя еще совсем недавно я собирала их в пучок и закрепляла надежной заколкой.

Странно, но я тогда всем этим непонятностям даже не удивилась.

До меня уже дошло, что если меня занесло в такое загадочное место, то не стоит удивляться тому, что глубокая осень вдруг превратилась в разгар лета.

Я ступала по гладким камням и крутила головой во все стороны. Рассматривала незнакомые мне старинные здания, и в свете газовых фонарей они казались мне волшебными и таинственными…

Звук моих шагов гулким эхом раздавался в безлюдном ночном городе, и меня это порядком напрягало. Поэтому я старалась ступать как можно мягче. Но мои туфли со странно изогнутыми каблуками издавали такой стук, словно по мостовой шла лошадь!

Сама не помню как, но вскоре я оказалась перед огромным домом, который показался мне знакомым.

Удивляясь самой себе, я уверенно схватилась за железное кольцо на входной двери, и потянула его на себя.

Очутившись в просторном холле, я бегло осмотрелась. Но все здесь показалось мне настолько знакомым, что я тут же успокоилась.

На цыпочках, чтобы никого не разбудить, я проскользнула к центральной лестнице и как угорелая бросилась наверх.

Запыхавшаяся, я влетела в свою комнату и первым делом аккуратно расставила на просторном подоконнике все фиалки.

Меня даже не удивил тот факт, что вместо дорожной переноски цветы почему-то оказались в квадратной корзине с откидывающейся крышкой. И то, что в зеркале я увидела не свое, но очень знакомое лицо, меня совсем не смутило. О премиленьком воздушном платье а-ля мадам Помпадур и говорить нечего, его я лишь окинула взглядом и тут же отвернулась от зеркала.

Привычным движением я расстегнула какое-то невероятное количество крючков на лифе и выскользнула из платья. С огромным облегчением я бросила его на ближайший стул. Вскоре туда же отправился и корсет.

После чего я неожиданно почувствовала себя такой разбитой и уставшей, что с трудом добралась до кровати.

Я даже не стала надевать на себя ночную рубашку, упала на перины прямо так, в тонкой сорочке и панталонах. Что было непозволительно для знатной ровейны.

А утром я уже просыпалась под звуки большого города. С улицы доносилось звонкое цоканье копыт, громыхание каретных колес и звонкие голоса уличных торговцев.

Я же лежала на кровати с открытыми глазами и не могла понять, как можно быть одновременно и Екатериной Переверзевой, и Элизой Альтомир?!

Так что ничего удивительного, что даже в таком ужасном положении как сейчас, я не собиралась расставаться со своими любимыми фиалками.

Мне не хотелось оставлять их на верную погибель в доме графа Альтомира…

Когда я вбежала в свою каморку, в которую меня определила «добрая» и такая «заботливая» Найла, я тут же бросилась к цветам. И начала быстро ставить горшочки с фиалками в ту самую квадратную корзину, в которой я их сюда и принесла больше года назад.

Теперь оставалось лишь побросать свои вещи в дорожную сумку с платьями.

Их я сложила заранее, тщательно и очень аккуратно.

Ведь для меня эти платья были сейчас не просто нарядами, а моим спасением. Так что я уже прикидывала в уме, сколько смогу выручить за каждое из них, и как долго у меня получится прожить на эти деньги.

Я открыла дорожную сумку с платьями и… замерла от ужаса.

В ней было пусто, не считая какой-то белой тряпки.

Я машинально её схватила...

Господи, что же делать?! Все платья пропали, осталась лишь одна нижняя сорочка! Да и ту наверняка оставили словно бы в насмешку.

«Ушла из дома в одной сорочке…»

Эта фраза заиграла для меня новыми красками.

Но как же так?! Отец ведь разрешил мне их забрать!