Хозяйка гостевого дома

Глава 8. Имя без фамилии

Я смотрела на неё молча, раскрыв рот, совершенно не понимая, как реагировать и что ей ответить. Знала только то, что не могу рисковать дочерью, а это значит, лучше не пускать на ночь незнакомцев, путь это и безобидная на вид молодая женщина.

Я почувствовала, как Лиза крепче вцепилась сзади в мою юбку и выглянула посмотреть на незваную гостью.

— Мамочка, а у нас есть, где положить спать эту даму? — спросила она, дёргая меня за подол.

— Я много места не займу, — еле слышно прошептала незнакомка, — А потом я могу быть полезной в быту, — неуверенно продолжила она. — Вот, я принесла булочки.

Она протянула руку и показала связку, которая всё это время висела у неё на запястье. Оттого что хлеб пах тёплым маслом и корицей, у меня невольно потеплело в груди.

Ветер, что до этого момента бесцеремонно врывался в переднюю, вдруг громко захлопнул двери. Все мы хором вскрикнули и замерли в темноте.

Я про себя выругалась на дом. Значит, мне пришлось ломать замок, чтобы попасть внутрь. А эту женщину он и впустил сам, и дверь прикрыл, чтобы не прогнали?

— Позвольте только переночевать, — снова обратилась она. — Я не найду сегодня другого приюта.

Я, не сдерживаясь, громко вздохнула и взяла Лизу за руку.

— Пойдёмте, — я подошла к ней, помогла снять холодное пальто и повесила его на неприметную стойку возле двери. — Посмотрим, что можно сегодня для вас сделать.

Я вошла в покрытую сумерками кухню. Усадила Лизу возле окна на высокий стул и повернулась к гостье, что в нерешительности застыла в дверях, протягивая мне свёрток.

Женщина оказалась ещё моложе, чем мне привиделось в темноте передней. Чуть больше двадцати лет. Румяная и хорошенькая. Невысокая, стройная фигурка в новеньком платье с чуть попорченным в пути дорогим кашемировым подолом.

— Проходите, — я показала ей на один из стульев, тихо усмехнувшись, уверенная, что та не захочет садиться за кухонный стол, где принято не есть, а готовить.

Но гостья, на моё удивление и на радость Лизе, прошла, протиснув широкие юбки в узкую кухонную дверь, развернула перед ней вкусно пахнущие булочки и, расплываясь в улыбке, села.

Лиза захихикала, взяла булочку и, не сдерживая радости, укусила.

— Спасибо, что приютили.

— И вам спасибо, — тихо сказала я, стараясь скрыть усталость. — Вы спасли нас от ужина кашей.

Лиза снова захихикала в ладошку, я погладила её по непослушным волосам.

— Анна, — поспешно представилась гостья, будто боялась, что я передумаю пустить её. Я посмотрела, ожидая продолжения, но та покачала головой, — Просто Анна.

— Мария, — ответила я, — а это Лиза.

— Очень рада знакомству, — Анна улыбнулась девочке. — У вас здесь так… по-домашнему.

Она посмотрела на маленькую кастрюлю с кашей на плите и, уже не улыбаясь, обратилась ко мне.

— Совсем плохо, да?

Я немного опешила, но не успела даже придумать, что ей ответить, как та стала что-то искать в маленькой поясной сумочке.

— Вот, — радостно объявила она, и кожаный кошелёк со звоном упал на стол между нами. — Нам хватит надолго, ну… если не на широкую ногу.

— Нам? — переспросила я, приподняв бровь.

Она подняла глаза, явно испугавшись, что сказала лишнее.

— Ну да, я же не стану жить за ваш счёт.

— Но вы хотели помогать в быту? — переспросила я, не скрывая улыбки от этой нелепой ситуации.

Сидим на кухне, которая ещё утром была покрыта пылью. А неожиданная гостья, одетая как в лучших домах столицы, предлагает деньги за приют на тюфяке и помощь в уборке. За это ещё и деньги даёт!

Я же знала, что наших с Лизой сбережений хватит, дай бог, быть сытыми, но никак не содержать в порядке такой большой дом. А он требовал рук, и мне предстояло много работы, чтобы привести его в приличный вид.

— Берите, — Анна высыпала из кошелька новенькие монеты, да столько, что на них мы втроём, действительно, могли бы прожить, не думая о тратах, полгода не меньше. — Если мало, возьмите и это, — она сняла с запястья тонкие золотые часики и протянула их мне.

— Что вы делаете? — прошептала я в недоумении. — Вы хотите меня оскорбить?

Я почувствовала, как внутри меня борются гордость и жалость.

Анна сжала в кулаке часы и прижала их к себе.

— Нет, что вы, и в мыслях не было. Просто, сейчас они мне ни к чему, а вот крыша над головой очень нужна, — ответила она, и в подтверждение её слов от сильного порыва ветра захлопнулась одна из ставней, снова заставив нас всех вздрогнуть.

— Ну что ж, оставайтесь. Только, как вы видите, мы ещё не обустроились. Поэтому поужинаем и вместе организуем вам ночлег в гостиной. Если вы не против.

Анна торопливо покивала и сама подорвалась к плите, ставить чайник. Вот только ни как развести огонь, ни где найти воду она не разобралась. Поэтому извинилась и села обратно за стол.

Как поели, я уложила Лизу в нашей комнатушке. А с Анной мы пошли в гостиную. В этот раз у меня сразу получилось затопить печь. Когда я уходила, обернулась, прежде чем закрыть дверь. До этого момента улыбчивая и румяная Анна, сидела на диванчике, сжав в руках просушенное с утречка одеяло, и потерянным взглядом смотрела в пустоту перед собой.

Я поняла, что ни завтра, ни когда-то позже не отправлю её прочь, и не потому, что дом потребовал этого, а потому что в нём теперь поселилась ещё одна история, которую я не могла оставить без крова.