Хозяйка из Уаятчепела

Пролог. Кристофер Стамер, герцог Файф

Она была совсем не в моём вкусе. Худая, при том мускулистая с ярко выраженными скулами, что сейчас стали популярны из-за того, что аналогичные были у королевы. У неё большие глаза и длинные, но плохие волосы коричневого цвета. Она высокая, как мужчина, у неё грубые руки и очень бледные вид. В её серых глазах бесконечная усталость, но при том внутренняя сила женщины, которая привыкла всё тянуть на себе. И она пришла ко мне на собеседование, по моему требованию.

-Итак, вы хотели предложить мне работу? – спросила она, при том довольно мелодичным голосом.

-Да, но я пока думаю над тем, подойдёте ли вы мне вообще, - я почесал лоб.

-Давайте начнём с того, что вы поясните мне, что за работу вы предлагаете? – потребовала она. Я удивлённо поднял брови. Мне вообще не часто хамили, особенно простолюдины. Хотя её сложно прямо назвать простолюдинкой, но тем не менее.

-В том и вся сложность, леди Рэйн, сначала мне нужно узнать вашу историю, а затем предложить работу. Впрочем, я всё равно заплачу вам за нашу встречу сейчас. Скажем, два шиллинга?

Разговор о деньгах вдохновил её. В её серых глазах появился интерес к происходящему.

-Я родилась в семье рыбака по имени Джек Ричардсон в Пейнтоне, это рыбацкий город на юге Англии, тридцать три года назад. Моя мать Джейн приходилась супругу троюродной сестрой и обладала слабым здоровьем, потому я первый и единственный их ребёнок. Он любил её, и её смерть была для него горем, которое он топил в вине, сбросив меня на любую женщину, которую мог найти. Через несколько лет после смерти матери, её брат-близнец привычно вместе с отцом и другими мужчинами вышел в море, где их застал шторм. Поскольку мой отец был пьян, в шторме ему показалось, что Джон и есть его мёртвая Джейн, и он полез её «спасать», в результате, чего сам утоп.

Я нервно кашлянул, чтобы не рассмеяться, что она заметила.

-Вы можете смеяться, милорд. Я ненавижу отца и его смерть не вызывает в моей душе боли.

-Спасибо, - невольно сказал я.

-Дальше я попала на попечение жены этого самого Джона. Иронично, ведь тогда мне было пять, а ей пятнадцать, не такая уж и большая разница. Своих детей у неё не было, но, разумеется, очень хотелось, так что я легко стала первым её ребёнком.

-Но не единственным, как я понимаю?

-Марта родила восемь раз, в живых осталось четыре моей сестры.

-Тяжёлая жизнь, - отметил я.

-Не лёгкая. Знаете, у нас в семье есть шутка – что самое тяжёлое в жизни жены рыбака?

-Я не знаю. Не ненавидеть рыбу?

-Поймать мужа между рынком и кабаком. Когда деньги у него за рыбу появились, но он не спустил их ещё на спиртное.

-Это крайне грустная шутка, - отметил я.

-Но очень реалистичная. Мой дядька умер, когда мне было тринадцать и это стало для нас ударом. Не то, что вы думаете, что мы лишились кормильца. А то, сколько он по итогу денег проносил мимо семьи в кабак. Поскольку я женщина крупная, я решила, что займу его место ещё в свои восемь лет, и потребовала меня учить. Выходило моё обучение неплохо, так что я смогла заменить Джона, это не особо нравилось рыбакам-мужчинам, они желали меня приспособить для других работ, но я быстро освоила владение гарпуном, и нападки прекратились. Я годами была рыбаком и при том одним из лучших. Это выработало во мне некое презрение к мужчинам, понимаете? Не ко всем, а лишь к тем, кто срывался и пропивал всё отловленное. Собственно, потому я не желала очень долго иметь с ними никаких дел, в том числе и не хотела выходить замуж. Но случилось несколько обстоятельств, что заставили меня передумать.

-Я слушаю, - попросил я, когда она замолчала, задумавшись.

-Первое, это то, что я не желала судьбы моей матери моим сёстрам. Огромное количество работы при дерьмовых мужьях, что может быть хуже? Я мечтала накопить для них прилично приданого и выдать их за зажиточных ремесленников, понимаете?

-Похвальное и разумное желание.

-Да. И я не жалею об этом. Было позднее лето, и я, как обычно, вышла с утра пораньше с сетями в море и достала одного джентльмена в дорогом, но заштопанном костюме.

-Это был лорд Альберт Рэйн.

-Да, милорд, это был он самый. И он был так рад и так впечатлён, что я спасла его, что предложил сделать всё, что я пожелаю. Он являлся виконтом Нерком, что вы знаете, и я загорелась от таких слов и предложила брак. Тогда у меня и в мыслях не было, что виконты могут быть беднее и глупее церковной мыши. Он согласился, перевёз меня в Лондон, бросил на меня своих дочь и сына, а сам отправился кутить на остаток денег со своего наследства.

-Вы жалеете о том, что тогда предложили ему брак?

-Вы знаете, нет. Лондон пусть и дорогое место для проживания, но тут и возможностей больше. Я снимаю квартирку с туалетом и душем на этаже, летом он даже тёплый. И работаю мясником в Уаятчепеле и убираю комнаты у одной женщины после выезда постояльцев. Это намного лучше, чем выходить в море!

-Не сомневаюсь, - заявил я, рассматривая её.

-Но я к вам, кстати, явилась не из-за работы, - внезапно сказала она. – У меня просьба. Все знают, что именно вы владеете большинством игорных домов Лондона, верно? Я могу вас попросить не пускать моего мужа в них?

Я поднял левую бровь.

-От него всё равно толку нет, - продолжила женщина. – У него ничего нет, он постоянно просрочивает выплаты по долговым распискам из-за того, что их оплачиваю я. А у меня в приоритетах еда и аренда квартиры, сами понимаете.

-Понимаю. Я прощу долг вашего мужа за то зрелище, что вы устроили посетителям вчера. Когда схватили его за шиворот и выволокли как шелудивого щенка из помещения. Мне сказали, это вы делаете не первый раз?

-Не первый, - согласилась женщина. – Так я могу договориться с вами?

-Думаю, да. И знаете, я, пожалуй, соглашусь вас взять на работу. Только она особенная.

-Что вы имеете в виду?

-Я желаю, чтобы вы стали любовницей моего сына. Вы несколько раз упомянули, что не любите мужчин, а для меня это важно. Вы же не больны срамными болезнями?