Хозяйка кафе "Золотой Цыпленок", или Жаркое из дракона

Глава 11.1

Следующие несколько дней пролетели в знакомом, сумасшедшем ритме «Золотого цыпленка». Утренняя подготовка, наплыв посетителей за завтраком, короткая передышка перед обеденным часом, а потом снова суета, звон посуды и аппетитные запахи, плывущие из кухни. Я сознательно погрузилась в эту рутину с головой, как в целебный источник. Каждый довольный клиент, каждая полная монетница кассы были напоминанием: вот она, моя реальность. То, что я построила сама.

Но тень из «Логова Дракона» не исчезала. Она витала в воздухе, ощутимая, как запах грозы перед дождем. Я ловила себя на том, что бросаю взгляды на его таверну через улицу, высматривая в окнах движение. Ничего. Ни Ториана с его бесстрастным лицом, ни самого Каэлена. Казалось, он дал мне передышку. Или, что более вероятно, наблюдал издалека, изучая мои привычки, как настоящий охотник изучает повадки дичи перед решающим броском.

Это ожидание действовало на нервы. Я стала более резкой с поставщиками, заставив их снизить цены до копеек, и ввела новое блюдо – пирог с дичью и лесными грибами, который стал хитом. Это была не просто бизнес-инициатива. Это была потребность двигаться вперед, укреплять свои позиции, доказывать в первую очередь себе самой, что я не просто пешка в его игре.

На четвертый день пришел Ториан.

Он вошел бесшумно, как призрак, в разгар послеобеденного затишья. Сора, вытиравшая столы, вздрогнула и чуть не уронила тряпку. Финн, чистивший картофель у раковины, замедлил движения, его мощные плечи напряглись.

– Мисс Лейн, – клевентник склонил голову ровно настолько, насколько этого требовала вежливость. – Лорд Каэлен просил передать вам это.

Он протянул мне небольшой, тщательно упакованный сверток и плотный конверт из дорогой, желтоватой бумаги.

Сердце ушло в пятки, но я взяла сверток с таким видом, будто ежедневно получаю послания от драконов.

– Благодарю, Ториан. Не угодно ли чего-нибудь освежиться? Эль? Чай?

– Благодарю, нет. Я жду вашего ответа, – он остался стоять у входа, сложив руки за спиной, превратившись в статую.

Развернув сверток, я ахнула. Внутри, на мягкой бархатной подушечке, лежали образцы специй. Но таких я не видела ни разу. Зерна перца, отливающие настоящим золотом. Палочки корицы такого темного, почти черного оттенка, что они казались обугленными, но источали невероятно сложный, сладкий и одновременно дымный аромат. Сушеные бутоны цветов, похожие на крошечные рубины.

Это был не просто набор ингредиентов. Это был вызов. И демонстрация ресурсов, о которых я могла только мечтать.

Дрожащими от волнения пальцами я вскрыла конверт. Почерк был размашистым, уверенным, с резкими росчерками, которые казались следами когтей на бумаге.

«Мисс Лейн.

Надеюсь, вы пребываете в добром здравии и ваш «Цыпленок» продолжает свое победоносное шествие по гастрономическим предпочтениям Аэриндела.

Прилагаю образцы товара, который в скором времени ожидаю на своих складах. Ваше экспертное мнение, как и оговоренная десятая часть партии, будут ждать меня в «Логове» к концу недели. Я буду рад обсудить детали за ужином. Скажем, в седьмом часу вечера в пятницу.

Что касается нашего последнего разговора, то мои изыскания, признаюсь, пока не увенчались успехом. «Сгоревшие книги», увы, оставляют весьма скудную пепельную тропу. Возможно, у вас найдутся новые идеи, чем можно было бы разжечь мой интерес.

С наилучшими пожеланиями,
К.»

Я перечитала письмо дважды. Каждая фраза была многозначной. «Ужин» – не деловая встреча. «Изыскания» – охота. «Разжечь интерес» – прямая отсылка к нашей игре. И деловой партнер, и охотник в одном лице. Искусный ход.

Я подошла к стойке, взяла перо и чернила. Сора и Финн смотрели на меня, затаив дыхание.

«Лорд Каэлен,

Благодарю за предоставленные образцы. Они действительно впечатляют. Золотой перец с плантаций Южного Эш-Таара, черная корица из Пещер Туманов – редкость, которую не каждый поставщик может достать. Я с нетерпением жду возможности изучить их потенциал.

Что касается вашего приглашения… я полагаю, ужин в седьмом часу будет приемлем. Мой «Цыпленок», к счастью, к тому времени уже засыпает.

Насчет идей по разжиганию интереса… боюсь, пепел – малопродуктивная почва. Возможно, вам стоит обратить внимание на то, что произрастает из него. Иногда на выжженной земле расцветают самые неожиданные цветы.

Искренне ваша,
Э. Л.»

Перечитав написанное, сложила ее и протянула Ториану. – Передайте вашему господину.

Он взял письмо, снова кивнул и так же бесшумно исчез за дверью.

В кафе повисла тишина.

– Элли? – тихо позвала Сора. – Все… все в порядке?

Я разжала ладонь. На ней остались красные следы от ногтей. Я сделала глубокий вдох, выдох, и повернулась к ним с улыбкой, которая на этот раз была почти настоящей.

– Все более чем в порядке, Сора. Кажется, у нас появился новый, очень эксклюзивный контракт. Финн, – я повернулась к полуорку, – сегодня вечером, после закрытия, нам нужно обсудить расширение погреба. И, возможно, присмотреть для тебя еще один хороший нож.

Взгляд Финна стал осмысленным и твердым. Он понял. Речь шла не только о погребе. Он молча кивнул, и в его глазах я прочитала безоговорочную поддержку. Он был моим вышибалой, моим завхозом, моей опорой. И, если понадобится, моим щитом.

Я посмотрела на образцы специй, лежавшие на столе. Они сверкали на заходящем солнце, словно драгоценности. Тактика ясна. Если Каэлен хочет видеть загадку, я подарю ему самую изощренную головоломку, какую он только сможет вообразить. Я буду непредсказуемой, компетентной, неуловимой. Я буду тем «неожиданным цветком» на его выжженной скукой земле.

Охота началась. Но кто в ней станет добычей, а кто охотником – это еще большой вопрос. И я была намерена сделать все, чтобы последнее слово осталось за мной.