Хозяйка лавандовой долины

Глава 1

Попала в чужой мир, в одночасье став вдовой с маленькими детьми на руках, пустой казной и кучей проблем – нет времени унывать. Хозяйство поднимем, детей вырастим, с внезапно появившимися женихами – разберёмся. Только отчего сердце так сладко томится возле случайно попавшего в мой замок солдатика?

***

Экскурсионный автобус плавно притормозил и остановился, дорогу ему перекрыло огромное стадо овец. Я выглянула из окна, глядя на овечьи спины. Казалось, там, на дороге, перекатываются грязно-серые морские волны.

— Остановка полчаса! — объявила молоденькая девушка-экскурсовод.

Туристы радостно загалдели, вываливаясь из автобуса. Поездка по горному серпантину всех немного утомила. Многие тут же поспешили к выставленным неподалеку лоткам с сувенирами, оттуда же тянуло легким дымком и ароматом свежего шашлычка. Но все это меня не интересовало, я увлеченно принялась фотографировать раскинувшуюся чуть ниже долину. Жаль, ракурс перекрывают камни и какие-то лачуги, больше похожие на хозяйственные постройки.

А если подняться вон туда? Я задрала голову на ближайший уступ, в сторону которого вела узенькая натоптанная тропинка. Правда, через несколько шагов наткнулась на протянутую поперек тропки бечевку, на которой болталась выцветшая картонка с надписью «Проход закрыт».

Я воровато обернулась и, перешагнув через табличку, пошла дальше. Чуть выше находилась площадка, огороженная старенькими деревянными перилами. Рядом стояло несколько лавочек и чуть покосившийся столик.

Странно, почему туристов сюда не пускают, вид отсюда открывается просто волшебный! Горное ущелье, изумрудно-зеленая с лиловыми вкраплениями долина и силуэт прекрасного замка вдалеке. Я принялась щелкать кнопкой фотоаппарата, пытаясь запечатлеть всю эту красоту. Подошла к самому ограждению, не замечая открывающегося сразу за ним обрыва.

В кадр никак не хотел попадать белоснежный пик далекой горы, я потянулась, опираясь о деревянные перила ограды. Вот, получилось! Отличное фото выйдет!

Внезапно послышавшийся сухой треск стал для меня полной неожиданностью. Хлипкие, прогнившие от времени перила поддались под тяжестью моего тела, и я со всего маха рухнула с утеса вниз, прямо на камни.

Говорят, за минуту до смерти перед глазами человека проносится вся его жизнь.

А какая она была у меня?

Счастливое детство в Стране Советов, правда, советы больше любили давать бабушки у подъезда. Я родилась в середине семидесятых, когда каждый житель страны был уверен в своем будущем, это будущее расписывали на годы вперед: себе, своим детям, внукам. Мои родители не стали исключением.

Папа преподавал на кафедре прикладной геологии, имел ученую степень и огромную любовь к родным просторам. Мама была учителем биологии в школе. Каждое лето они отправлялись в экспедиции и частенько брали меня с собой.

С детства я привыкла к обществу взрослых, говорящих «заумными» словами. Ничего удивительного, что в шесть лет я с легкостью могла определить, чем отличается полевой шпат от кварца, отлично читала и знала больше сотни названий дикорастущих растений.

Не стоит и говорить, что в школе я была почти круглой отличницей. Единственное, что мне никак не давалось, — это пение и иностранные языки. Но благодаря моим остальным успехам учителя смотрели на это сквозь пальцы. Впрочем, как говорила мама, и без этих навыков можно неплохо прожить, зато она сама прекрасно пела. Я всегда любила слушать, как она, возясь на кухне, заводила: «Лаванда, горная лаванда!» Эта песня для меня навсегда слилась с образом мамули, ароматом яблочных пирогов, крепкими объятиями чуть пахнувшего табаком отца. Чудесное было время!

Несмотря на успехи в учебе, я не была классической заучкой и отлично ладила со сверстниками. Хотя, признаться, мне порой становилось с ними скучновато, и я каждое лето с нетерпением ждала очередной поездки с отцом куда-нибудь в Уральские горы или степи Казахстана. Там, рядом со взрослыми, я чувствовала себя среди своих, с упоением таская в лагерь найденные камни или собирая очередной гербарий.

Ничего удивительного, что, получив школьный аттестат, я поступила в институт отца. Там меня по-прежнему окружали знакомые лица.

А страну уже потряхивало, вокруг происходили стремительные перемены, которые поначалу почти не затронули мою семью. Родители были вполне обеспеченными людьми с обширными связями, им ничего не стоило подарить дочери-первокурснице однокомнатную квартиру в довольно престижном районе.

Мама привила мне хороший вкус в одежде, да и сама я считалась довольно симпатичной — неудивительно, что на меня обращали внимание не только мальчики-однокурсники, которых на моем факультете было большинство, но и мужчины постарше.

Мы познакомились с Николаем случайно, он привез на кафедру свою научную работу, а так как города он почти не знал, меня попросили на время стать его экскурсоводом. Он так трогательно за мной ухаживал: цветы, конфеты, прогулки по парку. А еще он был на восемь лет старше меня и уже дважды женат. Правда, о последнем я даже не догадывалась.

Через неделю он сделал мне предложение, и я с горящими глазами все рассказала родителям. Мама категорически возражала: парень из глубинки, не такого зятя она себе представляла! Отец был не столь категоричен и, увидев слезы любимой дочери, согласился с моим выбором. Единственное, на чем родители настояли, — это не прописывать Николая в мою однушку, за это впоследствии я была им очень благодарна.

Родители организовали нам шикарную свадьбу и, поднатужившись, в качестве свадебного подарка преподнесли автомобиль.

Говорят, каждый учится на своих ошибках, чужие советы тут мало помогут. Вот и я не сразу поняла, что моему уже мужу нужно было лишь зацепиться в институте на хорошей должности. Не оставит же профессор своего зятя без работы!