Хозяйка лавандовой долины

Глава 7

Цветы, словно разноцветные волны, колыхались на ветру. Степь тянулась во все стороны, куда только хватало глаз. Пока Эбби с Груней готовили обед, я решила немного прогуляться, надышаться этой красотой. Так и хотелось нарвать яркий букет, но я одергивала себя: в дороге тюльпаны быстро увянут и потеряют свою красоту, пусть уж лучше они радуют глаз всех проезжающих по тракту.

Кстати, с каждым днем повозок на дороге становилось все меньше, сегодня рядом с нами на стоянке остановилось две телеги. Правда, немного странные: у них было всего по два колеса, а сверху приделаны полукруглые дуги с натянутой на них тканью. Фред пояснил, что такая телега называется «арба».

— Местные часто ими пользуются, на горных дорогах удобнее ехать на двух колесах. Большие экипажи слишком неповоротливы.

После его слов я уже внимательнее присматривалась к этим повозкам. Раз уж мне придется жить в этих краях, любая информация не будет лишней.

Груня расстелила на земле старый плед, служивший нам обеденным столом, на салфетке расставили тарелки с нарезанной колбасой и сыром, а также миску горячей каши. У возницы в запасе нашелся дорожный котелок, который мы позаимствовали у него напрокат, расплачиваясь за это той же кашей, чему он был несказанно рад.

А вот с чаем и другими напитками стало намного сложнее. Чем дальше мы ехали, тем меньше рек и ручьев встречалось на пути. В деревнях, конечно, имелись колодцы, только и самих деревень стало куда меньше. Можно было проехать несколько часов пути и не встретить никакого жилья.

Дорога стала уже. Если раньше у иного города можно было с трудом разъехаться с другими экипажами и мы старались объезжать такое поселение по проселочной дороге, то тут лишь изредка встречалась повозка или арба. И двигаться они старались, сбиваясь в обозы по несколько штук. Вот и эти две арбы, что сейчас отдыхали по соседству, пристроились нам в хвост часа три назад.

Я сначала пугалась такого внимания, но Фред объяснил: делается это часто, случись что в дороге — тебе помогут. Ведь до ближайшего жилья не так-то просто добраться.

Пока я обедала, Груня крутилась рядом — то подавала влажное полотенце, чтобы вытереть руки, то подливала в кружку холодного отвару, который приготовили еще утром. Эбби всерьез взялась за обучение девушки, и та с готовностью выполняла ее наставления. Груня очень гордилась своим званием горничной не абы кого, а настоящей баронессы.

После обеда я еще немного прогулялась, пока мне не приспичило в кустики. Проблема состояла в том, что кустиков на горизонте не наблюдалось. Выручил тот самый плед, и мы, по очереди прикрывая друг друга, с его помощью справились с этой непростой задачей. В дороге быстро учишься приспосабливаться.

Солнышко припекало, стало уже по-летнему жарко. Нагулявшись, я с удовольствием забралась в прохладу дилижанса. Эбби и Груня укладывали наши вещи — пора ехать дальше. Это была наша последняя стоянка под открытым небом, вечером мы должны добраться до последнего крупного города — Лафкарда, там и заночуем.

Утром мне нужно будет посетить мэрию и зарегистрировать свои права на землю, поэтому было бы неплохо привести себя в порядок, все же дорога вышла не из легких, к тому же я уже неделю не мылась.

Вот уже на горизонте показались пики далеких гор. Ближе к вечеру мы проехали сразу несколько деревень, значит, до города совсем близко.

Вдоль дороги паслись многочисленные стада коз и овец. Иногда встречались сбившиеся в кучку кусты солнечно-золотистой акации, а возле самого города мы заметили несколько фруктовых садов и аккуратные прямоугольники полей.

В Лафкарде преобладали два цвета: серый и белый. Все строения, даже самые маленькие, были построены из белого или серого камня. Горожане тоже предпочитали носить одежду этих двух расцветок. Но эту монотонность с лихвой расцвечивали яркие краски цветущих растений, а они тут были повсюду: полосами росли вдоль дорог, благоухали в горшках и кадках, стоящих на ступенях домов, даже на плоских крышах некоторых построек стояли ящики с цветами.

Поспорить с ними в яркости могли только разноцветные шали местных жительниц, многие носили их на плечах как украшение. Да и сами барышни были смуглые, черноглазые и темноволосые, я пока не заметила среди них ни одной блондинки или рыженькой. Правда, и побывали мы только на окраине, народ тут жил победнее. Может, в центре все будет совсем по-другому.

Постоялый двор, на котором мы остановились, представлял собой каменное одноэтажное строение, порадовавшее своей чистотой. Постояльцев тут было немного, да и те, что имелись, вели себя тихо и спокойно. В обеденном зале остро пахло перцем и другими приправами. В этот раз я решила пообедать здесь, вместе со всеми, хотелось наконец сесть за нормальный стол, а не сгибаться в три погибели.

Покормили нас очень вкусными бараньими ребрышками и тонкими пресными лепешками. В кувшине оказался странный белый напиток, похожий на жиденький кефир. Хозяйка объяснила, что напиток называется тан. Мне понравился его кислый, слегка солоноватый вкус, а вот Эбби и Груня не оценили, я видела, как они морщились, допивая свою порцию.

Когда я поинтересовалась, можно ли здесь помыться, мне ответили:

— Конечно! В купальне!

Купальней оказалась отдельная комнатка с печью немного странного вида, сложенной из подобранных по форме камней. Тут стояло несколько деревянных бочек, вдоль стены тянулась широкая каменная скамья. Камень здесь преобладал везде, заменяя даже некоторые элементы мебели.

С каким же наслаждением я забралась в теплую воду! Не удержалась и окунулась в нее с головой. Раздетые до нижних сорочек Груня и Эбби тоже были тут, помогая мне мыться.

Нянюшка достала из сундука кусок светлого душистого мыла, сама намыливала им небольшую тряпочку и передавала ее Груне, а уже девушка терла ею мне спинку, вызывая такое блаженство, что я чуть не стонала от удовольствия. Дольше всего пришлось повозиться с волосами, чтобы промыть их как следует. Мне еще предстоит научиться ухаживать за этими длинными и густыми локонами, в прежней жизни я предпочитала удобную короткую стрижку.