Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй"

Глава 20

Эта проныра с внешностью милой старушки явно довольна собой. А вот что делать теперь мне — большой вопрос. Деньги за аренду я уже отдала тем перепуганным беглецам, а теперь выясняется, что ключ от моего нового — и такого отчаянно необходимого — домика мне могут и не вручить.

— Уважаемая нира, — начинаю я, стараясь, чтобы голос не дрожал от нарастающей ярости. — Мы договорились. Деньги у вас, причем даже больше, чем обговаривалось. Я готова заселяться. Какая разница, есть у меня муж или нет?

Старушка, представившаяся Корнеттой, смотрит на меня взглядом, полным сомнения и старческого упрямства. Она на голову ниже меня, а кажется, что все равно глядит на меня свысока.

— Разница, милочка, большая! Одна молодая женщина в доме — это одно. А одна красивая молодая женщина — это совсем другое, — рассуждает она. Вроде комплимент сделала, а вроде бы обвинила. — Будут к тебе тут шастать… всякие. Шуму не оберешься. Мне потом разгребать. Нет уж. Или муж, или ищи себе другое пристанище.

Отличный выбор! Где я ей сейчас мужа-то найду? Посреди чужого города, да еще и под чужой личиной. Не своего же выколупывать, в конце концов.

И как доказать, что я сейчас точно не в настроении ни на мужиков, ни на шастанья!

Мысленно начинаю проклинать себя и свою импульсивность — увидела, в голову взбрело, сразу сделала. Нет бы сначала подумать! Ну ничему меня жизнь не учит.

И тут… Мне даже приходится потереть глаза, чтобы поверить в то, что мне не кажется. Вдоль улицы, не спеша и внимательно осматриваясь, идет Бьерн… с Громом. У них что, какая-то притягивающая магия, что ли? Как так выходит, что второй раз Бьерн находит моего жеребца?

Наемник тоже успел переодеться, и теперь вместо его кожаной куртки и простых штанов приличного вида рубашка и приталенный камзол, подчеркивающий стать мужчины. Мелькает хулиганская мысль, я проверяю, что та юная блондиночка за Бьерном не увязалась и зову его:

— Дорогой!

Получается так громко, что на нас оборачиваются прохожие. Конечно, я не в восторге, что об этом потом будут судачить все соседи — а они будут, ведь что может быть интереснее чужого нижнего белья — но сейчас мне очень нужно.

— Элиз? — Бьерн удивленно поднимает брови, замедляет шаг, а потом едва заметно улыбается. — Прости, милая, задержался.

Конечно, он понимает мою игру. И даже принимает ее, ровно так же, как я сделала в гостинице.

“Два сапога — пара”, — ворчит Гром и ржет. Юморист.

— Я тут нам такой замечательный дом нашла, — как можно более невинно говорю я. — Познакомься, это Корнетта, хозяйка.

Наемник подходит к нам и с легким, почти незаметным кивком обращается к остолбеневшей старушке.

— Бьерн, супруг этой прекрасной ниры, — говорит он. — Рад знакомству. Спасибо, что приглядели за моей женой.

Он произносит это с такой невозмутимой уверенностью, что старушка аж рот раскрывает. А, может, это просто мужское очарование наемника.

— Же… ной? — выдыхает старушка.

— Именно так, — я кладу руку на грудь Бьерна, чувствуя, как напрягаются его мускулы, но миг спустя он приобнимает меня за талию. — Видите, нира? Мой муж здесь. Еще какие-то проблемы?

Корнетта приосанивается, кидает еще один взгляд на Бьерна и, похоже, понимает, что с таким лучше не спорить. Она старается сохранить остатки своего преимущества, что-то бормочет себе под нос и, наконец, с неохотой машет рукой.

— Ладно, ладно... Заселяйтесь. Только смотрите мне, чтобы все было в порядке! — сквозь зубы говорит она на прощание и уходит, оглядываясь на нас.

Только когда она скрывается за поворотом, я позволяю себе расслабленно выдохнуть. Но в этот момент я осознаю другое: все это время мы стояли вот так, в обнимку. Рука, лежащая на его груди, вдруг кажется невероятно горячей. Я резко отдергиваю ее и отхожу на два шага.

— Спасибо, — выдалвиваю из себя я, глядя куда-то поверх его плеча. — И за Грома спасибо. Я… я опять вляпалась в какие-то проблемы.

—Я заметил, — с улыбкой в голосе произнес он. — А конь твой сам меня нашел. Умный.

“Вот! Правду говорит твой др…” — радостно заявляет Гром, а Бьерн громко закашливается.

— Иди в дом, я пока расседлаю Грома, — говорит наемник, развязывая веревки, держащие мой скарб. — И проверю, чтобы на заднем дворе все было хорошо.

Я киваю и иду к дому. Только на крыльце останавливаюсь, чтобы то ли спросить, то ли предложить:

— А потом зайдешь в дом?

Решаю не дожидаться ответа, толкаю тяжелую дверь, и она со скрипом открывается. Внутри все кажется очень обжитым. Даже не так… Кажется, как будто тут жили-жили, а потом резко покинули это место.

На столе кофейная пара с недопитым напитком, на полу утренняя газета, а окно все еще открыто, и в него залетает прохладный ветерок с теневой стороны дома.

И не удивительно, что все так неаккуратно — я же сама видела, как жаждали отсюда уйти предыдущие жильцы. Интересно, что их заставило принять это решение? С чем мне еще предстоит столкнуться в результате моей авантюры?

— Конюшня добротная, — в гостиную, видимо, через заднюю дверь. — Есть летняя кухня и запас дров.

Какое богатство. Но явно же с подвохом.

Я смотрю на Бьерна, и в очередной раз понимаю, что каким бы свободным пространство ни было, он будет заполнять собой все помещение. Просто потому, что от него как будто бы исходит сила, мощь.

Мы стоим друг напротив друга в оставленной в беспорядке гостиной, его золотые глаза изучают меня, мое платье, останавливаются на маске. Я почти тут же стягиваю ее, развязав ленты, и пожимаю плечами.

— Спасибо, что подыграл мне, — говорю я.

— Да… Наверное, мне стоило бы так же возмутиться, как ты это сделала, да? — иронично отвечает он.

— Взаимовыгодный договор? — предлагаю и закусываю губу.

— И в чем моя выгода? — его улыбка становится еще шире.

— Я уверена, что в гостиницу ты не вернешься, а с жильем в городе проблема. Останешься жить здесь?