Хозяйка магической оранжереи

Глава 4

Я почувствовала тепло, идущее от существа. Пригляделась и поняла, что никакая это была не бабочка – золотистый шарик сплошь состоящий и тонких, почти прозрачных ворсинок. Медленно потянулась к нему рукой, чтобы потрогать трепещущее тельце, но «светлячок» тут же снялся с места и отлетел в противоположный угол. «Понятно, ты у нас самостоятельный», — пробормотала я.

Тут позади коляски послышался шум. Грохотало так, словно там ехала целая конница (по моим представлениям, основанным исключительно на фильмах). Еще мгновение, и я услышала крики кучера, понукающего лошадей. Свист кнута в воздухе, топот копыт и стук колес.

— С дороги! – прокричал хриплый мужской голос. — С дороги!

Парень, который меня вез, направил лошадь в сторону. Коляска затряслась, съезжая на ухабистую обочину.

Я выглянула в окно и тут же закашлялась от поднятой лошадьми пыли. Мимо промчалась богатая карета, запряженная четверкой гнедых коней. Я уж не знаю, как в этом мире было принято друг с другом разъезжаться, но в последний момент кучер, стоявший на козлах кареты, повернулся и щелкнул кнутом по нашей пегой.

Это неожиданно взбодрило старушку и вместо того, чтобы остановиться, она вдруг вспомнила былую прыть и со всей дури припустила по полю. Я запрыгала на сиденье и уцепилась за его край, чтобы не свалиться на пол.

Мамочки! Не успела очнуться в новом теле так сейчас снова расшибусь? Только теперь от того, что старая кобыла решила вспомнить молодость. Может, надо было слушаться Вику и ходить с ней на все тренинги по очистке кармы? А то мне в последнее время что-то не очень везет.

Мы неслись вперед, как мне казалось, с бешеной скоростью. Я слышала крики парня в адрес лошади. Так, Катерина, тьфу, то есть Адель. Вспоминай, что в таких случаях нужно делать? Не выпрыгивать же на полном ходу из коляски? А если глубокая яма? А если колесо отвалится?

В следующий момент я услышала ржание лошади. Кажется справа. Нас кто-то догонял. Минута, и тряска стала стихать, и вскоре пегая перешла на рысь, а потом и вовсе остановилась.

Я тут же распахнула дверь и выбралась наружу. Нужно было перевести дух.

Ого! А этот мир начинал мне нравится. Прямо передо мной с коня спрыгнул молодой мужчина. Высокий, плечистый, с зачесанными назад русыми волосами. Простая одежда — светлая рубашка, дорожные брюки, сапоги — эффектно подчеркивала его стать. В общем я таких красавчиков только в кино видела. А эта улыбка! Так, Катерина, соберись, ты теперь двадцатилетняя, неопытная девица, а не видавшая всякое в жизни женщина на пятом десятке. Так уж откровенно лучше не пялится.

— Испугалась, красавица? — обратился ко мне мужчина, слезая с коня, — кобыла-то у тебя оказалась резвая, а?

Я лишь кивнула и почувствовала, как краска залила лицо.

— Как тебя зовут? — продолжил незнакомец. — Я Джонас.

— Адель, — ответила я.

— Куда ты направляешься?

Я и сама хотела бы знать куда, но тут на помощь неожиданно пришел парнишка-кучер.

— В плохой дом, что за Флаувербергом, — сказал он пыхтя. Лицо его было пунцовым. Дыхание тяжелым. Видно было, что тоже испугался не на шутку.

— А что ты будешь делать в этой глуши? — не унимался мой спаситель.

— Приводить его в порядок, — сказала я первое, что пришло мне в голову. В каком бы состоянии не было мое имение, а женская рука ему все равно помешает. Так что тут не соврала.

Мужчина усмехнулся и окинул меня оценивающим взглядом. Задержался на квадратном неглубоком вырезе, перешел на талию.

— Благодарю… ну что остановили лошадь, — сказала я, чтобы прервать этот процесс разглядывания, от которого мне уже становилось неловко.

— Здесь принято благодарить поцелуями, — весело отозвался мой собеседник. С этими словами он подошел ближе и поцеловал мне руку. Я почувствовала, что еще больше покраснела, — смотри, больше не попадай в неприятности. Если снова понадобится помощь, спроси Джонаса в таверне, что на центральной площади Флауверберга. Там меня все знают.

Уж почему-то в этом я не сомневалась. Наверняка, главный повеса и бабник. Не дождавшись моего ответа, Джонас сорвал с поля красивый, фиолетовый цветок и вручил его мне. Кивнул, парнишке. Вскочил на своего коня и поскакал прочь, одарив меня на прощание беспечной улыбкой.

Я стояла в задумчивости, перебирая пальцами душистые соцветия. Парень-кучер забрался обратно на козлы, я залезла в коляску, и мы стали выбираться на дорогу.

Светлячок никуда не делся. Все так же летал внутри. Я протянула ему подаренный цветок. Он немного покружил как будто бы в нерешительности, а потом спикировал вниз и уселся на вытянутый стебель. С любопытством стала вновь рассматривать золотистые ворсинки и тельце-шарик. Что же ты за существо? Ни крылышек, ни усиков, ни лапок. Просто сгусток энергии, который я почему-то вижу?

Я прикрыла глаза, пытаясь переварить все то, что со мной произошло. Но улыбка Джонаса все никак не хотела выходить из головы. Во мне всколыхнулось какое-то давно забытое чувство, когда ты молода, привлекательна, и впереди тебя ждет целая, интересная жизнь.

Прошло еще часа три в дороге. Постепенно стемнело.

На огромном черном небе высыпали звезды. Здесь они были настолько яркими, что казалось, висели прямо над головой. Как ни старалась, не могла узнать ни одного созвездия. Даже ковш, который я могла найти при любых обстоятельствах, отсутствовал.

Прохладный ветерок гулял в кронах деревьев, растущих у обочины. В воздухе разливался незнакомый мне аромат — нежный и сладкий одновременно.

Я уселась поудобнее и приготовилась было задремать, как в памяти всплыло выражение кучера. «Плохой дом, что за Флаувербергом». Хм, надо будет разузнать, чем же он так плох. Мне как никак предстояло там жить.