Хозяйка магической оранжереи (ii)

Глава 2

Еще на подъезде к дому, в сердце появилось теплое чувство. Цветочные поля, знакомые живые изгороди, разбитые у заборов палисадники. Мне казалось, что я уже знала каждую ямку и выбоину на этой дороге.

Вдалеке замаячила крыша моего дома. Я будто бы позабыла про конкурс, жюри, выигранный приз, приглашение из Академии. Еще несколько минут, и я окажусь в любимом саду среди цветов и кустарников. Розы, наверное, уже взошли. Мысль о цветах вызвала внутри трепет. Интересно, каким получился новый сорт?

— Сколько вмятин на ваших боках, графиня? – услышала я недовольное кряхтение из корзины.

— Еще одна яма, и будет двенадцать, — отозвалась Габриэлла нарочито громко.

— Не придумывайте, я объезжаю каждую неровность, — пробурчала я и затормозила у калитки. Получилось резко даже для меня, а из корзины моментально последовали восклицания и вздохи.

Я отперла замок, толкнула дверь и пощекотала потянувшийся ко мне ядовитый плющ. Вдохнула сладкий от цветочных ароматов, густой воздух. Деревья и кустарники отозвались на мое появление едва уловимым шелестом листвы. Где-то в глубине сада раздалось внушительное «кар», а со стороны источника ко мне слетелись пушистые лиловые комочки. Я улыбнулась и зажмурилась от того, что светлячок сел мне прямо на нос. Не удержалась и чихнула.

Несмотря на усталость и насыщенный на впечатления день, спать мне не хотелось. Я разожгла печь, села у огня и уставилась на потрескивающие дрова. Провела пальцем по столу. Пыль! Хороша же хозяйка. За всеми делами и волнениями, совершенно забросила дом. Завтра встану пораньше и устрою генеральную уборку.

Достала из корзины статуэтку (ее поставлю в кабинете отца) и письмо. При виде приглашения в глубине души шевельнулся червячок.

Приняв решение никуда не ехать, не упускаю ли я действительно редкую возможность еще лучше узнать этот мир? Сейчас я не думала про лавры самого искусного садовода, заказы и расширение цветочного хозяйства. У меня уже было многое из этого, и я могла бы долго и счастливо жить во Флауверберге, ни в чем не нуждаясь. Работать, совершенствовать свое мастерство, со временем даже встретить кого-то и завести семью…

В мою идеальную картину будущей жизни одна за одной полетели услышанные сегодня фразы: «лучшие садоводы мира», «мечта всех садоводов», «никому ранее не выпадала такая честь, «твой отец бы одобрил» … Так, стоп!

— Я приняла решение, — проговорила я, обращаясь к невидимому собеседнику и, разозлившись на кого-то воображаемого, отложила письмо, потушила огонь и отправилась спать.

Правда, быстро уснуть мне не удалось. Лежала и пялилась в потолок, разглядывая на нем причудливые тени: «Магистр Тенебрис…он великий маг», «все дороги будут для тебя открыты», «Флорариум – единственная академия в стране» …

— Не надо меня уговаривать, — пробурчала я своим навязчивым мыслям, — не нужен мне никакой Флорариум.

Я закуталась в одеяло с головой и отвернулась к стене. Начну лучше считать овец! Толку будет больше, чем переливать из пустого в порожнее. С этим решением я не прогадала – когда мимо меня проплыла сто пятая овца, я погрузилась в глубокий сон.

Утро я по традиции начала с медитации у источника. Уж не знаю, была ли это мнительность, или мое настроение передавалось и саду, но я не ощутила того спокойствия, которое обычно испытывала у озерца. Не могла как следует сосредоточиться, отпустить все мысли и полностью открыть свое сердце. Мне мешала непонятно откуда появившаяся тревога. В итоге я провела полчаса не в медитации, а в обдумывании приглашения. И, естественно, не пришла ни к какому решению.

Говорят же, что первый импульс самый правильный. Как только я получила письмо, я сказала, что не поеду. На этот факт и нужно опираться!

Я вскочила, набрала воды и отправилась поливать сад. С радостью посмотрела на засаженные цветами грядки. Погладила нежные лепестки роз. Шепнула приветствие тюльпанам. Положила руки на землю и послала энергию любви и внимания ирисам. Вот мои красавцы-пионы! А вы, госпожа гортензия, какие сны сегодня видели?

Я могла бы заниматься цветами целыми днями. Зачем мне в непонятную Академию, когда я видела, чувствовала, отзывалась на вибрацию каждого бутона и листика? Умела выращивать новые сорта. Даже с орхидеями справилась.

— Я не говорю, что я все умею, — вновь сказала я вслух, — чем больше буду работать, тем лучшим садоводом я стану. Нет, я не думаю, что это бегство от трудностей. Уж в чем, в чем, а в этом меня сложно упрекнуть.

Этот диалог мне снова не понравился. А ведь внутренний голос был прав. Я вновь шла по пути наименьшего сопротивления. Так я поступала всегда, и поэтому за сорок с лишним лет ничего особо не добилась. Даже работу не меняла последние лет пятнадцать из-за страха, что на новом месте будет хуже. А ведь могла бы обучиться той же флористике и открыть свой цветочный магазин.

— Но здесь же… здесь же все не так. Я уже сделала так много, — растерянно проговорила я, — не сдалась, не отступила…

Только почему же внутри было чувство, что все же сдалась? И спасовала перед новой жизнью, которую мне вновь предложили?

Хотя бы не нужно было менять тело, и на том спасибо. Я уже как-то привыкла к своей внешности.

Постаралась отбросить мысли, которые выводили меня из равновесия, и занялась уборкой. Теперь я понимала старушку Элизабет, которая прибегала к уборке каждый раз, когда была не в духе. И, пожалуй, сегодня обойдусь без заклинаний.