Хозяйка острова Грёз

Глава 18. А стоит ли бороться с чувствами?

Все оставшиеся дни я жила, словно добровольная затворница. Старалась не попадаться на глаза принцу, избегала людных мест, и на улицу выходила только при острой необходимости. Да, возможно, это выглядело глупо, но я никогда прежде не оказывалась в такой ситуации. И, честно говоря, совершенно не знала, как себя вести.

Мысли об Эмине не только не исчезли — напротив, они стали навязчивее и настойчивее. Словно пытались выбить дверь в мою голову, отвлекая от всех дел, которыми я пыталась заглушить внутреннюю бурю. Милли, похоже, замечала, что со мной что-то не так, но делала вид, будто всё в порядке. Лишь изредка она спрашивала, осторожно:

— Ваше Высочество, и сегодня не пойдете смотреть на претендентов? Приехали… любопытные экземпляры.

Я в ответ лишь молча мотала головой, а она, не настаивая, тут же замолкала. Возможно, она что-то и подозревала, но была достаточно деликатна, чтобы не лезть в душу.

А сны… они тоже никуда не исчезли. Ночью я всё так же встречалась с тем незнакомцем у пруда, и хотя наши ласки не заходили слишком далеко, мне с каждой ночью всё сильнее хотелось продолжения. Я корила себя по утрам, стыдливо прятала глаза даже от Милли, но, как только за окном сгущались сумерки, я вновь и вновь отдавалась ЕГО прикосновениям, пусть и только во сне.

Со временем стало только хуже. Мне начало казаться, что это не просто мужчина из снов — это он, принц. Что это именно его руки гладят мою кожу, его губы скользят по моей шее, его голос шепчет всякую нежную чушь на ухо, заставляя сердце биться быстрее. Что же это творится со мной? Как бороться с тем, что невозможно объяснить?

Воскресенье началось как раз с такого сна — сладкого, обволакивающего, слишком реального. Я проснулась с дрожью в теле, с прерывистым дыханием и горячими щеками. Сердце бешено колотилось, как будто я и впрямь побывала в чьих-то объятиях. Осторожно огляделась по сторонам — никого. Одна. Облегчение, да. Но почему тогда так горько на душе, почему ощущение одиночества только усилилось? Всё это казалось… странным.

Но не успела я погрузиться в очередной виток самоанализа, как в дверь постучались. И почти сразу же на пороге возникла Милли, взволнованная до предела, будто её сам дух острова напугал.

— Ваше Высочество! Магистр Лондрин прибыл! Он уже здесь! Пойдете его встречать?

Слова девушки долетали до меня с запозданием, как будто кто-то включил их на замедленной перемотке. Магистр? Здесь? Он же должен был прибыть вместе с отцом, ближе к финалу турнира…

— А отец? Он с ним? — я наконец нашла в себе силы спросить, уже вскакивая на ноги. Паника внутри накатывала всё сильнее.

— Нет, его пока нет, — отчиталась Милли, поспешно помогая мне одеться.

Я облегчённо выдохнула. Отец пока не приехал — значит, есть немного времени. Уже через пару минут я сбежала вниз по лестнице, торопливо поправляя наряд. Но стоило выйти на крыльцо, как я тут же будто надела маску — превратилась в настоящую принцессу. Без личины я должна выглядеть идеально, держаться с достоинством и холодной уверенностью. Так учил меня отец, и его наставления плотно отпечатались в моей голове.

Сегодня, перед магистром, мне предстояло сыграть не вымышленную принцессу, а саму себя. Придется соответствовать.

Как только я спустилась, взгляд скользнул по небольшой процессии, что уже подходила к дому. Все мои помощники собрались, чтобы продемонстрировать гостеприимство. Похоже, отправили даже казначея — и, о чудо, кто-то догадался приставить к магистру женщину-компаньонку. Я мысленно поаплодировала смекалке тренера и, улыбаясь, направилась к Лондрину.

Но не успела сделать и пары шагов, как дорогу мне преградил принц. Его появление было столь неожиданным, что я едва не вздрогнула. Эмин выглядел… ужасно. Под глазами залегли тени, волосы заплетены кое-как, одежда помята, взгляд — тревожный и усталый. Что с ним произошло за эти несколько дней?

— Ваше Высочество, нам нужно поговорить, — произнёс он хрипловато, но с отчётливой настойчивостью.

— Простите, Эмин, у меня сейчас очень важный гость. Пожалуйста, давайте позже? — я пыталась говорить мягко, но уверенно, при этом взглядом умоляла его подождать.

— Это срочно. Прошу вас, — голос мужчины стал тише, но в глазах появилась такая искренняя мольба, что сердце дрогнуло.

Что же такого произошло? Почему он в таком состоянии?

— Хорошо. Но дайте мне пару минут. Это архимагистр моего отца, я обязана его встретить. Буквально две-три минуты — и я вернусь к вам, договорились?

Мой собеседник на миг заколебался, но всё же кивнул. Сделал шаг в сторону, уступая дорогу. Я благодарно улыбнулась и поспешила к Лондрину, ощущая на себе пристальный, напряжённый взгляд принца, от которого внутри всё горело, будто я шагала сквозь пламя.

Эмин

Я сбежал от Мелкого, потому что начал происходить какой-то чертовски странный бред. Всё начиналось с ерунды — то задену его волосы и удивляюсь, какие они мягкие, то подшучу, просто чтобы услышать, как он смеётся. Безобидно, правда? Только вот с каждым днём меня всё сильнее тянуло к нему. Не как к другу. Не как к брату. А это уже ни в какие ворота. Потому что, чёрт возьми, он парень. А я — ну, я всегда думал, что мне нравятся женщины. Пышные формы, длинные волосы, нежная кожа. Вот и всё, что мне нужно. Или… нужно было?

Я твердил себе как мантру: «Я нормальный. Меня тянет к женскому полу. Всё остальное — это перегруз, стресс, воображение разыгралось.» Только вот объясни мне тогда, почему при одной только мысли о Мелком у меня сердце начинало колотиться так, будто я на тренировочном поле против пятерых сразу? Почему его взгляд — всегда слишком внимательный, слишком тёплый — буквально выбивал из-под ног землю?

Но самое паршивое даже не это. Сперва мне снилась девушка. Неясная, размытая, но явно женская фигура, стройная, манящая. Я был уверен: это она, та самая. Моя. Только вот последние пару ночей — нет, не подряд, а через одну, как назло — всё пошло наперекосяк. Фигура осталась той же, движения — те же, ласки — даже ещё теплее. Но волосы вдруг стали короче. Цвет… узнаваемо рыжеватый. Голос… тише, но до боли знакомый. И лицо… оно расплывалось, но черты — я не идиот — я узнавал. Это был он. Мелкий.