Хозяйка острова Грёз

Глава 26. Эмин и Маргарет спешат на помощь

Уже через пару минут мы с мадам, которая, несмотря на возраст, держалась весьма бодро, углублялись в сторону джунглей. Дороги я, разумеется, не знал, и, как выяснилось, бабушка принцессы — а представилась она мне как Маргарет — тоже ориентировалась здесь не лучше. Мы двигались почти вслепую, наугад, держась единственной более-менее заметной тропинки. Магией никто из нас не владел, поисковых амулетов при себе не оказалось, так что оставалось положиться на интуицию и рассудок. Ну не станут же похитители продираться сквозь самые густые заросли, оставляя после себя хаос? К тому же ни одной внятной проломленной чащи по пути мы не заметили. И, между прочим, Лия — не перышко. Унести её куда-нибудь без следа, не оставив ни одного обломанного кустика, вряд ли возможно.

Так и шагали мы неспешно вглубь леса, с напряжением вглядываясь по сторонам, прислушиваясь ко всякому подозрительному шороху. Я надеялся, что король и его маги не так уж и бесполезны, как мне казалось — ведь не могли же они держать при дворе одних только шарлатанов?

Но, как водится, надейся на других — сам не зевай. Мы с Маргарет, та ещё боевая парочка, не теряли надежды и продолжали поиски. Где-то на повороте я заметил примятые кусты и следы, ведущие вниз по склону — кто-то спускался торопливо и неосторожно. Не раздумывая, мы двинулись за ними. Всё указывало на то, что это не просто местные жители, и уж точно не любители прогулок — скорее, кто-то спешил, не заботясь о скрытности. Мы осторожно пробирались вперёд, а я уже чувствовал, как внутри нарастает тревога.

И вот — впереди показались тёмные громоздкие каменные глыбы, сложенные природой в нечто вроде пещер. Прекрасное место, чтобы спрятать пленника. Мы с Маргарет сбавили шаг, теперь каждый звук казался подозрительным, каждый лист шуршал громче, чем хотелось бы. И правильно — у входа в одну из пещер дежурили те самые головорезы, прихлебатели громилы, с которым у Мелкого был конфликт. Спрятавшись за деревьями, мы переглянулись. План был прост: подкрасться и вырубить их, пока не подняли тревогу.

Но не судьба. Спокойный подход к пещере закончился в ту же секунду, когда изнутри донёсся глухой хлопок — будто удар плетью — и сдавленный, но узнаваемый крик. Лия.

Всё. Конспирации конец. Мгновение — и я уже на ногах. Руки сами вытаскивают из ножен мои любимые парные мечи. Тело рвётся вперёд, разум кипит. Я несусь к охранникам, не в силах больше сдерживаться, только одна мысль в голове: тронули Лию — за это они поплатятся.

Лия

Очнулась я резко — словно кто-то ударил по голове изнутри. Боль пульсировала в висках, отдаваясь глухим гулом в ушах. Всё было черным, бесформенным, пугающим… Ах да, мешок. Меня держали с закрытым лицом. Я замерла, стараясь не выдать своего пробуждения. Вдруг подумают, что я всё ещё без сознания. Но, видно, моё дыхание или малейшее движение выдало меня. Кто-то грубо схватил за плечи и рывком поднял вверх — я вскрикнула от боли, но быстро прикусила губу. Меня усадили на что-то холодное и неровное — то ли камень, то ли деревянную скамью.

Мешок сдернули, и я зажмурилась от внезапного ощущения свободы, будто кожа на лице стала дышать. Сначала видеть я не могла — глаза отказывались воспринимать свет, даже тусклый. Мир был лишь пятнами и расплывчатыми силуэтами, но через пару мгновений зрение восстановилось, и передо мной предстала мерзкая компания. Он. Тот самый громила. А рядом — его верные прихвостни. Узнаваемые, хотя и не слишком приметные рожи. Похоже, жизнь ничему их не научила.

Я сделала глубокий вдох и, пока моё лицо не успело исказиться от ужаса, заставила себя заговорить. Голос, к счастью, тоже вернулся.

— Что вам от меня нужно? — выдавила я, стараясь, чтобы не дрожало ни одно слово.

Громила прищурился, усмехнулся зло и процедил сквозь зубы:

— А ты даже не догадываешься?

Я растерянно качнула головой.

— Я думала, мы уже закрыли с вами тот инцидент...

— Закрыли? — его голос поднялся на полтона, стал резким, словно плеть. — Ты посмотри, каких словечек набрался этот оборванец. Исчерпали! Ха! Вот всегда ненавидел таких выскочек! Ни рода, ни имени, а лезет, как будто весь свет ему должен! Сначала учиться, потом рассуждать, глядишь — и к престолу руки потянет! — он смачно сплюнул на пол пещеры и продолжил, уже с ядом в голосе: — Наш король слишком мягкотел. Даёт вам, черни, право учиться, право говорить. Я бы вас всех гнал на рудники, и то честь была бы.

Я почувствовала, как меня захлестнуло. Внутри будто вспыхнуло.

— А кто будет лечить вас, когда вы ползать начнёте от той самой рудничной болезни? Кто детей ваших учить станет? Вы серьёзно думаете, что аристократы возьмутся за такую "работу? — сорвалось с моих губ, прежде чем я успела остановить себя.

Мужчина побагровел. Его глаза налились ненавистью, кулаки сжались.

— Сопляк, — прошипел он. — Вздумал мне, герцогу по крови, возражать? Да я, может, стану следующим королём!

О, только не это... Такую гниль нельзя подпускать к трону даже близко. Но мне не дали вставить ни слова. Громила махнул рукой, обращаясь к своим людям:

— Помогите-ка мне. Чернь не понимает слов — значит, поймёт боль.

Руки схватили меня с обеих сторон, рванули вверх. Я взвизгнула, не успев ничего понять. Всё произошло быстро, словно во сне. Меня перекинули через чью-то коленку — я была вверх спиной, беззащитна, словно ребёнок.

Боковым зрением я увидела, как громила стягивает ремень с пояса. Ужас подкатил к горлу. Неужели он... будет бить меня? Ремнём? Как животное?

И прежде чем я смогла закричать, воздух рассёк острый хлопок, и вся нижняя часть тела вспыхнула огнём. Боль была нестерпимой, резкой, будто удар ножом. Глаза сами собой наполнились слезами, и из горла вырвался крик — пронзительный, живой, от которого, казалось, задрожали каменные стены пещеры.