Хозяйка острова Грёз

Глава 47. Так похожа на мать…

В комнате меня уже поджидали Милли и бабушка Маргарет. Обе были полны решимости, сосредоточены и, пожалуй, даже немного воинственны, словно они собирались на святую миссию: сделать из меня совершенство. Красотку. Богиню бала. А я лишь обречённо вздохнула, махнув рукой и почуствовав себя жертвой перед алтарем, прошептала:

— Надо — так надо… — И отдала себя им в полное распоряжение. Бедная я бедная…

Кажется, даже на свой дебютный бал я не подвергалась столь жестокой атаке. На меня перепробовали весь арсенал средств по уходу: маски, скрабы, эликсиры, волшебные масла… Я даже не уверена, что узнала половину названий того, что они щедро наносили мне на кожу и волосы. Для макияжа принесли целый саквояж, с которым можно было ехать в экспедицию. При этом макияж должен был быть максимально натуральным — то есть выглядеть так, будто я проснулась вот такой, сияющей. Эх, женщинам бы премию вручить за такой труд.

А ещё хорошо, что платье было всего одно — иначе бы примерки растянулись на неделю, и в итоге я бы опоздала на бал, увитая лентами и с бигудями на голове. Всё-таки быть мужчиной проще: встал, умылся, причёску рукой пригладил — и уже готов блистать. А нам, бедняжкам, пока всю красоту наведёшь — можно и состариться.

Кажется, меня всё-таки пожалели. Потому что я не только пережила пытку, но и даже никого не прокляла. А когда меня наконец развернули к зеркалу, то невольно задержала дыхание. На меня смотрела не я. То есть — я, конечно, но… и не совсем. В зеркале отражалась невероятно красивая девушка с сияющей кожей, изящными чертами, лёгким румянцем и блеском в глазах.

Нет, меня, конечно, не раз наряжали и красили. Но сейчас… сейчас Милли и бабушка превзошли самих себя. Я будто вышла со страниц сказки. Хоть сейчас под венец. Нет, стоп. Эти мысли лучше убрать подальше, мне пока туда рано. Ведь я ещё жить не начала по-настоящему.

— Это… просто невероятно. Будто и не я вовсе, — выдохнула, не отводя взгляда от зеркала.

— Мы старались, — Милли светилась от счастья, а бабушка незаметно смахнула слезинку. Эх вы…

— Ну вы чего, всё же хорошо, — попыталась я приободрить своих кудесниц и себя заодно. — Вот как выйду, как сражу всех наповал — чтоб неповадно было.

Словно храбрилась, а внутри всё сжималось от волнения. Да, выходов в свет у меня было немало, но ещё ни разу мне не хотелось выглядеть великолепно ради кого-то одного. Видимо, мои волшебницы уловили это без слов и вложили в каждое движение свою заботу. Именно за это я была им бесконечно благодарна.

Мы успели как раз вовремя: в дверь раздался стук, и после разрешения, к нам вошел отец. Он застыл на пороге и на долгую секунду просто смотрел на меня без слов.

— Неужели всё так плохо? — пошутила, хотя сердце сжалось. Его мнение было важнее любого зеркала.

— Нет… Ты… Ты прекрасна, дочь, — произнёс он, чуть охрипшим голосом. А потом, после паузы, добавил: — Ты так похожа на свою мать.

А вот это уже удар. Я метнулась к нему, больше не заботясь о платье или причёске. Просто прижалась, уткнулась в грудь, и правитель сжал меня крепко, бережно, как в детстве. Его ладонь ласково провела по моей спине.

— Моя доченька совсем выросла, — прошептал он. — А я и не заметил... Обещай мне быть счастливой, хорошо?

Я осторожно кивнула в ответ, увидев как в глазах напротив отражалась любовь, тревога и что-то невыразимо тёплое.

— Обещаю, — тихо ответила.

Этого мгновения хватило. Потом он словно перещёлкнул тумблер — и вот передо мной снова монарх: величественный, спокойный и собранный. А я так быстро переключаться не умела. Пока папа уже о чём-то говорил с бабушкой, я старательно промакивала глаза платком и делала глубокие вдохи.

Наконец мы вместе вышли из поместья. Рука в руке, шаг за шагом, плавно и размеренно — будто мы на торжественном приёме. Король есть король, даже если вокруг не мраморные залы, а островная площадь. Его уверенный взгляд, ровная осанка и непререкаемое достоинство заставляли толпу расступаться с поклонами.

Я же тайком всматривалась в лица, ведь где-то там, среди гостей, был Эмин. И когда наши взгляды наконец встретились, я почувствовала, как весь мир замирает. В его глазах отразились радость, узнавание и... восхищение.

Как бы я ни выглядела, в каком бы образе ни явилась — мой принц всегда знал, что это я. Может быть, именно за это я и полюбила его.