Хозяйка пельменной: накормить дракона!

Глава 5. Дом на утесе

Смеркалось. Городской староста проводил меня узкими улочками вдоль палисадников вверх по склону. Так, немного нервно и запыхавшись, я и оказалась на утесе, в самой высокой точке городка Кантилевер.

Надо признаться, вид с горы открывался чудесный: серебристое озеро в долине у подножия, далекие пики, укрытые снежными шапками даже поздней весной.

А вот мое жилище…

– Да ты влипла, звезда моя, – прошептала я, стоя перед полуразвалившейся лачугой, которая когда-то служила домом ведьме Надине.

Домишко прирастал одним боком к скале и стоял кривовато, как будто был еще не пьян, но уже навеселе.

Местами каменная кладка разрушилась. Из некоторых трещин выглядывали скромные белые колокольчики ясколки и розовые вкрапления мелких цветочков эрики. Окна были заколочены. А к обрыву арками выходила широкая открытая терраса с летней кухней, поросшей паутиной.

– Мы случайно не заплутали? – проговорила я практически по слогам. – Это точно мой дом?

Я обернулась к поселковому старосте, седовласому ушлому мужичку, который лично сопроводил меня к месту моего нового проживания.

– Дорога к дому ведьмы одна. Не ошибешься, – прокряхтел он и уже развернулся, собираясь спуститься в город.

Но я снова окликнула:

– А стекольщик в селении есть?

– Только каменщик, – бросил староста через плечо.

Заколоченные окна от наличия каменщика прозрачнее не станут… Но целые стены — тоже хорошо!

– Пришлете его завтра?

Мне было страшно представить, что придется ночевать в доме с рассыпающейся крышей и щелями в стенах, так что вопрос требовалось решать срочно.

– Он не работает за обед, – выдал староста.

Выдал-то он себя, к тому же, с потрохами.

Я картинно всплеснула руками и заметила:

– Вот и я о том же!

Как бы я ни намекала на ремонт дороги, герцог четко велел отдать деньги девушке. То есть мне.

А мне как раз придется разобраться, как все устроено в новом мире, а без денег это будет сделать сложно!..

Но вот беда.

Технически: деньги мои. Практически: лежат не у меня.

Староста громко сглотнул, но быстро собрался и притворно заломил бровь, словно не понимал, о чем шла речь.

Понимал, подлюка, еще как!

– Твоя почившая наставница Надина задолжала городу налог, – издалека начал он и сально ухмыльнулся. – Сто золотых. Подачка герцога едва ли покроет долг.

– Долг Надины умер вместе с ней, – тут же нашлась я.

– Э-э-э, нет, милая, – протянул Гена и, развернувшись на пятках, подвинул ко мне свою физиономию. – Ты ее наследница. Как ни крути, и долг унаследовала.

И что это он такой довольный?..

— Но есть быстрый способ избавиться от него. У нас в городе работает специальный дом утех…

— А у меня — специальное чувство собственного достоинства, — отрезала я. — За кого вы меня принимаете?!

Староста развел руками: мол, я предложил — ты подумай.

— Деньги я заработаю честным путем. И, так и быть, все отдам.

Гена рассмеялся и будто по доброте душевной разрешил:

– К осени.

– Только денежки герцога…

– Мои, – припечатал Гена.

Но тут воздух вдруг зазвенел, сгустился у наших ног. А потом послышался резкий хлопок, второй, третий. Волосы разметались по лицу, обжигая щеки. Я с трудом вдохнула и разлепила сомкнутые от неожиданных перемен веки.

На утес, прямо около запущенной открытой кухни приземлился дракон!

Тот самый, красный с зеленым отливом, в лапы которого я недавно угодила с перепугу или по дурости… пока не разобралась, но на досуге обязательно выясню.

Староста тоже сделался с зеленым отливом. Он подавился воздухом, закашлялся, вынул из внутреннего кармана плаща плотно набитый кошель и подбросил его мне под ноги. Будто бы тот всегда там и валялся, а противный мужик, собирающийся нажиться на чужой беде, пальцем его не трогал.

Избавившись от тяжкой ноши, староста припустил вниз по склону с завидной скоростью. Больше ему не мешали ни возраст, ни брюшко, ни грунтовая дорога, промытая весенними селями.

– Про каменщика не забудьте! – напомнила я в удаляющуюся спину и поежилась, снова представив, как войду в негодный для проживания дом. Теперь мой дом.

В смятении я подобрала кошель, обернулась и встретилась глазами с желтыми радужками, расчерченными вертикальными зрачками.

– А про тебя-то я и забыла!..

Так обрадовалась, что не осталась в новом мире без гроша в кармане.

Я машинально отступила, споткнулась о кочку, оступилась. По грунтовой дороге посыпалась каменная крошка. А я плюхнулась на очень жесткое место, так что зубы стукнули друг о друга, а изо рта вырвалось грудное:

– О-о-о-а-а-э-э-э!

Как же больно и страшно!

– Кыш! Это дом ведьмы, – заверещала я, в надежде отпугнуть приставучего ящера.

Проклинать я не умела, но фантазировать – сколько угодно. Горожане боялись ведьму. Может, и дракон испугается?

С бешено колотящимся сердцем, на диком адреналине я выдала очередную лабуду:

– Про́клятый дом! Кто к нему без приглашения подступит – тот живым не уйдет!

Сказал бы мне кто-то еще днем, во что превратится моя жизнь к вечеру – подняла бы на смех и заблокировала бы во всех соцсетях!

Дракон фыркнул, выпустив из ноздрей облачка пара, будто засмеялся. Он хлестнул длинным хвостом по краю, отчего с обрыва посыпались комья земли, и опасно приблизил ко мне морду.

Я сидела на жесткой дороге около обветшалого крыльца, и только поэтому не упала от страха. Зато по спине пробежал озноб.

Дракон втянул воздух рядом с моим ухом и снова фыркнул.

– Ой, мама! – не выдержала я и подскочила, задев носом чешуйчатую морду. На удивление теплую и будто даже бархатистую. – Не съедобная я. Кожа да кости. – Растопырила руки, продемонстрировав худобу нового тела, покрутилась волчком и торопливо взбежала по ступеням на крыльцо, спряталась за деревянную подпорку. – Прилетай через пару недель, когда я чуточку откормлюсь.