Хозяйка поместья с призраками

Глава 13. Бал теней и позор барона

Прошло две недели. Две недели лихорадочной подготовки, которая превратила Воронову Усадьбу из обители запустения в место, полное таинственного, немного жутковатого очарования. Где-то в глубине души Анна подозревала, что Доннер, уехавший в город с награбленным у барона, просто бросит их, не став заниматься дурацкой затеей обнищавшей наследницы. Но в итоге получила от него письмо со списком тех, кто желал посетить необычный бал. И список этот оказался не маленьким. Похоже, воришка умел интриговать и убеждать не только девчонок из захолустья.

Судя по информации из письма, слух о «Бале Теней» – «таинственном мероприятии в проклятом поместье фон Хольтов», куда можно попасть только по личному приглашению, – разнесся среди столичной знати со скоростью лесного пожара. И внезапно оказалось, что чуть ли не каждый второй аристократ жаждет острых ощущений и готов платить за них бешеные деньги. Когда Анна увидела сумму, а часть Доннер отправил им для оплаты приготовлений – нарочный, доставлявший письмо, наверняка не знал, что в нём, иначе уже сбежал бы с деньгами, – глаза её округлились, а сердце радостно екнуло. На такие дивиденды она даже не рассчитывала.

Расстроилась только Лилия, которая ждала, что Доннер вернется сам. Но он ничего не сообщал о том, собирается ли приехать, и когда. Анна попробовала успокоить подругу, что теперь воришке и самому будет невыгодно их бросать. И раз уж он прислал им деньги и письмо, значит уже не бросил. Хотя сама с искренней грустью сомневалась в своих же словах.

На вырученные от продажи нескольких «приглашений» деньги они с Лилией наконец закупили провизию, свечи, ткани и даже наняли пару музыкантов из городка неподалеку, которые согласились играть в «проклятом месте» только после того, как Анна намекнула, перед какими столичными селебрити им предстоит выступать. Кроме того, наняли и пару лакеев. А супруга Мартина неожиданно сама пришла и предложила встать на один вечер у плиты в Вороновой усадьбе.

Анна с головой ушла в организацию. Она не пыталась скрыть ветхость поместья, хотя самые опасные места или на скорую руку отремонтировали, или закрыли на замок, – наоборот, обыграла ее. Вместо ковров на пол постелили сухие душистые травы, запах которых смешивался с ароматом воска. Пыльные канделябры и подсвечники были отполированы до блеска, а вместо люстры в бальном зале зажгли десятки свечей, дрожащий свет которых создавал причудливую игру теней на стенах с ветхими гобеленами и потрескавшимися фресками. Заброшенность и запустение стали главными декорациями.

Наконец, то, чего так ждали в Вороновой усадьбе, случилось – настал вечер бала. Лакеи и музыканты были готовы, Берта, при помощи Лилии хлопотавшая весь день на кухне, создала шикарные блюда к столу. Анна же подсказала как их украсить в стиле Хэллоуина. Здешние обитатели ничего не знали о таком празднике, но в «призрачной усадьбе» такой декор пришелся кстати. Его тут же подхватил и принялся повторять заинтересованный веселый Мишель в новом камзольчике. Этот камзол девушки смогли выкроить на деньги, присланные Доннером.

Сама юная хозяйка до рези в глазах вглядывалась в наступающие сумерки. Она уже начала бояться, что все это глупый розыгрыш, и Доннер просто прислал им денег, вырученных от продажи награбленного в качестве благодарности. Или что гости передумали, или…

Наконец, на дороге послышался стук копыт и скрип рессор. Кто-то ехал, и вот к воротам усадьбы подкатил первый экипаж.

«Не больно-то дорогой», – про себя усомнилась Анна.

Но в этот момент дверца распахнулась, и оттуда выскочил Доннер, галантно подав руку какой-то девице в бальном платье. За ними вышли еще двое молодых людей – уже немного навеселе, но одетых вполне великосветски. Доннер все время что-то им говорил, и молодые люди смеялись.

Когда Анна вышла навстречу, воришка подмигнул ей и, представив молодым франтам, убежал в сторону кухни. Девушка догадывалась, кого он хочет увидеть, и, улыбнувшись своим мыслям, повела первых, как она надеялась, гостей в зал. Спустя какое-то время, к аллее, ведущей к дому, уже одна за другой подъезжали нарядные кареты. Из них выходили дамы в шелках и кавалеры в камзолах, с любопытством и легкой боязнью оглядывая мрачное, но внезапно ожившее поместье.

Их встречала сама Анна – в своем перешитом платье из портьеры, которое теперь смотрелось не как признак бедности, а как дерзкий артистический жест и в тонких перчатках, скрывавших грубые мозоли от работы в саду. Рядом с ней стоял Мишель, серьезный и молчаливый, он во все глаза разглядывал незнакомую знать.

Кто-то с удивлением и даже восхищением осматривал ветхую усадьбу, а кто-то недоверчиво кривил губы. Например, немолодая одышливая дама, представившаяся леди Гонтверт, вполголоса, но так, что слышали все, кто находился поблизости, сообщила спутнику, плюгавенькому мужичонке во фраке, что ее не слишком обнадеживает этакая развалина. Но все же, таких гостей было меньшинство.

Молодые аристократы, прибывшие на бал без пары откровенно разглядывали хорошенькую Анастасию и вовсю расточали ей комплименты, но Анна только улыбалась про себя их наивным надеждам.

По залу, то и дело направляя лакеев, и присматривая, чтобы все гости были довольны, двигались Лилия и Доннер. Хитрая физиономия воришки заставляла гостей улыбаться – он идеально вписывался в атмосферу карнавала и мистификации. К тому же, как поняла Анна, уже завел здесь немало гостей.

Бал начался. Музыканты заиграли старинный, меланхоличный вальс. Гости, сначала сдержанные, постепенно оживлялись, поддаваясь магии места. И тогда началось самое интересное.