Хозяйка Рюда

Глава 2

Пир продолжался целую неделю. Всё это время Рюд бурлил: мужчины ездили на охоту, женщины рукодельничали и сплетничали. Было съедено несколько туш баранов, без счёта кур и рыбы, и Турдис уже всерьёз начала волноваться, что после такого нашествия ей будет нечем прокормить челядь.

Посреди недели Рагнар вдруг снова увёз её в лесную сторожку, и два дня они провели там вдвоём, наедине друг с другом. Турдис была рада отдохнуть от толпы, да и Рагнар, как оказалось, хотел перевести дух. Им хотелось насладиться своим счастьем без посторонних, тем более что Рагнар обмолвился: скоро ему снова предстоит поход.

— Что? — Турдис показалось, что она ослышалась.

— После середины лета мы с Бьёрном Белым пойдём на гетов, — повторил Рагнар, грызя травинку. Он лежал на мягкой апрельской траве, глядя в синее весеннее небо. — Надо отомстить за Ревинге.

— Так вот о чём вы с Бьёрном шептались на пиру? Всё вам неймётся, — Турдис не смогла скрыть недовольства.

— Пойми, — примирительно сказал Рагнар, — нужно отбить у них охоту надолго. Ульв сказал, что готов присоединиться к нам. Их надо наказать за то, что они сделали, иначе скоро они придут снова.

— А одного раза щёлкнуть по носу им было недостаточно? Поражения в Ревинге им мало?

— Нет, — Рагнар повернулся и положил голову на колени Турдис, сидевшей рядом. — Я знаю Орма: он упрям, как бык, и пока не получит как следует, не успокоится.

Турдис погрустнела. Это означало, что какое-то время она не увидит Рагнара и снова будет переживать за него. Золотое Кольцо почувствовал перемену её настроения и поспешил успокоить:

— Но это будет не сразу — только после середины лета. И ненадолго: месяц, не больше.

Он ошибался. Набег на гетов занял не месяц, а целых два. Последние три недели Турдис вовсе не получала от Рагнара вестей. Зато у неё самой появилась новость, которой ей хотелось и поделиться с ним, и которая одновременно вызывала удивление и смущение.

Турдис забеременела.

Она была уверена, что почти вышла из детородного возраста, поэтому, когда поняла, что понесла, была поражена. Осознала она это, как и в прошлый раз, очень быстро: дни не пришли, внизу живота появилась тяжесть. Когда и во второй раз всё повторилось, Турдис решила посоветоваться с Гюдой.

Гюда подтвердила её догадку. У Турдис появлялись лёгкие головокружения, аппетит вырос, а тошноты пока не было. Вскоре и Фрейдис согласилась: сомнений не оставалось — Турдис ждала ребёнка.

— Я не ожидала, что это случится так быстро, — ошарашенно говорила Турдис. — Я вообще боялась, что этого не случится вовсе.

— Значит, ваш брак благословлён богами, — спокойно сказала Гюда. — Недаром им принесли такие жертвы. Но мужу пока не говори: пусть пройдёт немного времени, чтобы всё было наверняка.

Рагнар вернулся в конце лета вместе с Бьёрном и Ульвом. Турдис к тому времени уже не сомневалась в своём положении, но всё же промолчала, не желая отвлекать мужа. Золотое Кольцо и без того был погружён в делёж добычи — а добыча у гетов оказалась богатой, — обсуждение похода и отдых от ратных дел.

Лишь когда Ульв Меченый, Бьёрн Белый и их дружины покинули Рюд, Турдис решилась сообщить Рагнару свою новость.

Однажды вечером, после ужина, она наконец собралась с духом и спросила:

— Рагнар, ты очень занят?

Золотое Кольцо, размышлявший о том, с кого из пленников потребовать выкуп, а кого продать работорговцам, внимательно посмотрел на неё. Турдис стояла перед ним с серьёзным лицом, заметно нервничая.

— Что случилось? — встревожился он.

— Да, в общем-то, ничего… — замялась она. — Но… я должна тебе сказать…

— Что? — он начал пугаться.

— Нет-нет, это… скорее приятная новость…

— Да говори уже! Что стряслось? — Рагнар вскочил.

— Я… тебе придётся стать отцом! — выпалила Турдис.

Он смотрел на неё, будто не понимая сказанного. Турдис окончательно смешалась и, чуть не плача, повторила:

— Я беременна. У меня будет ребёнок.

Она надеялась, что он обрадуется, но то, что произошло дальше, превзошло её ожидания. Золотое Кольцо шумно выдохнул.

— Это правда? — переспросил он.

— Да. Я и Гюда уверены. Уже больше двух месяцев…

Он не дал ей договорить: опустился перед ней на колени и уткнулся лицом в её лоно.

— Ты рад? — тихо спросила Турдис.

— Ты ещё спрашиваешь? Конечно, рад, — он поднял к ней лицо, и она увидела улыбку. — Я даже не смел надеяться, что это случится так скоро. Что ты подаришь мне наследника. Ты уверена?

— Да, — у Турдис отлегло от сердца. — Наш ребёнок должен родиться в начале следующего года. Ты получишь своего наследника.

Золотое Кольцо рассмеялся:

— А ты боялась, что у нас с тобой ничего не получится. Видишь, получилось сразу, с первого раза. — Он поцеловал её в живот. — Теперь тебе надо быть осторожной и беречь себя.

Что такое значит «беречь себя», Турдис поняла почти сразу. Ей запретили ездить верхом, поднимать тяжёлые вещи; за ней постоянно ходила служанка, а так как её и без того почти всегда сопровождала Гида, то этот эскорт довольно скоро начал её утомлять.

Как ни странно, беременность протекала относительно легко. Тошнота мучила её всего пару недель — и то слабая, особых прихотей не появилось, разве что она стала подвержена частым сменам настроения. С утра Турдис могла быть радостной и весёлой, а к обеду её начинали одолевать страхи: что она не выносит ребёнка, что он умрёт. Успокаивалась она, как ни странно, только рядом с отцом своего ребёнка.

Турдис вообще удивлялась, насколько сильно стала зависеть от Рагнара в этот период. Она жадно прислушивалась к его голосу во дворе; всё в ней замирало, когда она слышала его шаги. Абсолютно спокойной и в полной безопасности она чувствовала себя только рядом с ним. Повитуха, осмотревшая её, сказала, что такое бывает: у беременных много своих причуд.

К очередной её причуде отнесли и то, что она не отставала от Рагнара с просьбой привезти его дочь. Почти сразу после переезда в Рюд Турдис узнала, что у Рагнара есть ребёнок — дочь от наложницы, с которой у него когда-то была связь. Со временем наложницу услали в дальнее поместье, где она и родила. Рагнар признал дочь, иногда даже навещал её, но девочка всё равно жила отдельно от него, а её мать умерла четыре года назад.