Хозяйка Счастливой долины

Пролог

3-ий день последнего месяца весны, 5105 год
замок Дормут, Счастливая долина,
провинция Альхау, королевство Ильс

— Графинюшка, не ходите туда, дорогая моя!

Преданная старая Марта попыталась загородить мне дорогу. Только напрасно — я должна посмотреть в глаза мужа, который после тридцати лет брака привёл в дом любовницу.

— Отойди, Марта. Спустись-ка лучше на кухню и скажи повару, чтобы готовил обед из трёх перемен блюд, как мы договаривались. Вот ключ от кладовой.

Я отцепила массивный ключ от связки и передала верной служанке. Утирая слёзы, та понуро побрела к черной лестнице, а я приблизилась к двери, что вела на галерею. Выглянула в щёлочку, и как раз вовремя.

Разминая спину после долгой поездки верхом, в главный зал вошёл мой супруг. Его подкованные сапоги гремели на каменных плитах. Спустя тридцать лет нашего брака, Ойген дей’Ролл, граф Дормут, всё ещё красивый мужчина. Стройный и подтянутый — сказывается первородная драконья кровь. Седина лишь тронула виски. Не знаю, как так вышло, но годы даже добавили моему супругу привлекательности.

К сожалению, обо мне такого не скажешь, и это несправедливо.

Мне не нужно было смотреть в зеркало, чтобы признать, что моя внешность с годами изменилась значительно и не в лучшую сторону. Маленькая и полная. К пятидесяти годам время словно присыпало солью мои густые смоляные волосы. Черты, которые по молодости называли миловидными, заострились. Талия разъехалась от множества беременностей. Глаза давно поблекли от слез, ведь я оплакивала младенцев, умерших один за другим.

Муж оставил меня и почти открыто жил в столице с любовницами. Соседи по Счастливой долине шептались за моей спиной. Но до сих пор, я — дочь благородного семейства — могла высоко держать голову, поскольку надеялась, что муж не решится опозорить наш дом.

Но это все-таки случилось.

Вслед за графом, легко цокая каблучками, впорхнула высокая, стройная девица лет двадцати пяти. Видимо, это и есть та рыжая вдовушка, что грела постель моего мужа последний год. Красавица, что там говорить. Даже неприятное, капризное выражение не портило её. Злые языки утверждали, что вдова барона когда-то блистала в провинциальном театре. Наверное, врали.

«Что мне делать? Ойген крут нравом и не потерпит открытого бунта. Притвориться, что я ничего не знаю? Не выходить? Сказаться больной? Уехать к брату? Нет, я так не могу. Я хозяйка этого замка и не должна отступать!»

Распрямила спину и поправила шёлковую шаль на плечах. Она немного скрывала излишнюю полноту.

— Корд, Марта! Где ваша тхарова хозяйка? — недовольно выкликал граф, стоя у подножья лестницы.

Слуги благоразумно не показывались.

«Нужно выходить. И пусть Светлые девы не оставят меня!»

Я толкнула дверь и стремительно прошла по открытой галерее над залом. Вскоре уже спускалась по лестнице.

Услышав шаги, супруг поднял глаза, и его лицо тут же исказила презрительная гримаса.

— А, вот и ты, Несса. — Он сделал над собой усилие и постарался обрести фальшиво-любезный тон. — Познакомься с нашей гостьей. Это баронесса Стор-Брау, она погостит в замке несколько месяцев. — После чего кивнул рыжеволосой, указывая на меня. — Клодия, это графиня Дормут.

Я сошла с лестницы и встала рядом с мужем. Светский этикет обязывал хозяйку замка проявить гостеприимство, но вежливые слова не шли с языка.

— Весьма наслышана о вас, сьерра, — произнесла я холодно и отчуждённо. Ярость душила. В момент, когда я посмотрела в наглые голубые, чуть навыкате, глаза баронессы, меня словно молния прошила с головы до ног. Кончики пальцев зудели от желания залепить шматком огненной плазмы в грудь этой нахалки. Я сжала руки в кулаки.

Вдовица криво улыбнулась и даже не потрудилась набросить маску фальшивой светскости.

— Так это и есть твоя супруга, дорогой? Ты не говорил, что она такая уродина. Неудивительно, что она не смогла родить тебе нормального ребёнка. И кажется, она чем-то недовольна?

Нет, не лгали сплетники про баронессу. Ни одна благородная сьерра не позволит себе таких речей. А упоминание о ребенке хлестнуло наотмашь, словно плетью.

Я посмотрела на Ойгена, но тот пропустил наглые слова любовницы мимо ушей.

Собственно, дальнейший диалог не имел смысла. Опускаться до открытых оскорблений или площадной брани мне не позволило чувство собственного достоинства.

«Если муж не собирается вступаться за меня, я тут не останусь. Придется сегодня же — сейчас же — ехать к брату. Он и его семья не будут мне рады, но лучше жить приживалкой, чем вот так».

— Я хозяйка замка Дормут, а вы здесь гостья, сьерра. Извольте уважать меня и вести себя, как принято в кругу людей, у которых есть честь!

— Ну-ну, старушка, не нужно так расходиться, а то удар хватит! — рассмеялась рыжая стерва. — Тебе еще нам за столом прислуживать.

Я вновь выразительно взглянула на мужа. Неужели и теперь не одернет вконец обнаглевшую пассию? Тот, кажется, немного устыдился поведения любовницы. Хотя, возможно, я неправильно истолковала его гримасу, и его тяготит лишь мое присутствие?