Хозяйка Севера. Отверженная жена дракона

8. Драконьи кланы

Эктор

Зал сверкал.

Свечная люстра, подвешенная к резному потолку из темного дуба, бросала на стены танцующие тени от десятков свечей. Воздух был напоен ароматом восточных масел и дорогих духов. И, как мне чудилось, смешивался с едва уловимыми, но вездесущими нотками человеческих амбиций, честолюбивых устремлений и жажды власти.

Я чувствовал это не своим обонянием, но всей своей кожей.

Вся эта тяжеловесность — массивные портьеры с золотой бахромой, гобелены с астрономическими картами, темное полированное дерево мебели — мне привычно. Но сейчас я предпочел бы находиться где угодно, только не здесь.

В своем саду, старательно взращенным когда-то матерью. В полном настоящих, свежих запахов лесу. Или даже в ледяных пустошах Севера.

Я стоял у камина, в котором горели не дрова, а специальные “стихийные камни” — чистая магия, дающая тепло без дыма. Особое изобретение Клана Звездного Ключа — созвездия, ставшего символом мудрости в Звездном Пределе. Драконы этого клана никогда не воевали, но слыли изумительными изобретателями. Хоть и использовали для своих нововведений преимущественно магию.

Стоит ли говорить, что простым смертным их творения достаться не могли ни при каком раскладе?

Я сжимал в руке бокал с темным вином, но не притрагивался к нему. И без того драконий темперамент рвался наружу, сквозь человеческую оболочку. Нечего его подстегивать.

После отъезда Элоиз меня мучила бессонница. Мне никак не давала покоя мысль, что она сейчас вынуждена выживать на Севере. Да, под защитой каменных стен, но…

Моя нежная, хрупкая жена, истинная леди, не была подготовлена к таким испытаниям.

Я злился на самого себя. Откуда во мне эта мягкосердечность, неподобающая Хозяину Предела — справедливому, но, когда необходимо, суровому повелителю?

Слава Астерии, мне хватало ума держать при себе свои тревоги. И без того случившееся всколыхнуло знать Звездного Предела. Не нужно давать им новых поводов для сомнений в их властителе.

Я не должен выказывать никому свою слабость. А Элоиз определенно была таковой.

Ох, Элоиз… Почти всякий раз, когда я боролся со сном, перед моим внутренним взором появлялись не фрагменты нашего недавнего прошлого — счастливого, полного надежд на будущее, планов о большой, крепкой семье… А день, предшествующий изгнанию Элоиз.

Моя чувствительная и впечатлительная супруга от участи быть сосланной на Север должна была прийти в ужас. Должна была плакать и умолять меня пощадить ее. Должна была взывать к моим чувствам.

Признаться, я страшился этой сцены. Мне пришлось бы оставаться внешне равнодушным к слезам и мольбам собственной жены. Делать вид, что я просто взял и с легкостью вычеркнул ее из своей жизни. И в том виновата она сама.

Однако моя кроткая Элоиз смотрела на меня диким волчонком. И задавала странные вопросы с совершенно искренним лицом. Шок в ее глазах сменялся недоумением, а после — вызовом.

А когда остриженные белесые пряди падали на пол, могу поклясться, я прочитал в ее взгляде чистейшую ненависть.

Это обескураживало меня. Сбивало с толку. Я будто заставил Элоиз заглянуть в зачарованное зеркало. А из отражения на меня посмотрела вовсе не она.

Я нахмурился и тряхнул головой, едва не расплескав вино. Нужно поменьше думать о подобного рода чепухе. И, желательно, меньше думать об Элоиз.

Это все проклятая бессонница. Из-за постоянного недосыпа окружающий мир подернулся мутной пленкой, неимоверно раздражающей меня. Каждый взрыв смеха, каждый слишком громкий или звонкий голос резал слух.

Даже парадный черно-серебристый плащ из тяжелого бархата как-то по-особенному давил на плечи. Плащ символизировал звездное небо, трон Астерии, чьим наместником, проводником и исполнителем воли был я.

Вокруг меня толпилась местная аристократия Астрелоса — столицы Звездного Предела, названной в честь нашей прекрасной божественной покровительницы.

Верные последователи богини звезд едва ли не выстраивались в очередь, торопясь склонить головы и произнести заранее заученные любезности. Графы, бароны, торговые магнаты — все они спешили выказать почести Хозяину Предела.

— Мой господин, Звездный Предел, как всегда, процветает под вашей мудрой дланью, — проворковал советник с масляной улыбкой.

Вот именно, как всегда. Тогда что его удивляет?

— Сияние вашей звезды по-прежнему самое яркое на небосклоне, — певуче проговорила пожилая герцогиня, сверкая бриллиантами на дряблой шее.

Им вторили и другие. Я кивал, отвечал односложно, чувствуя, как холодная маска прирастает к лицу.

Их слова были пусты, как луковая шелуха. Раньше в подобных речах слышалась искренняя, замешанная на страхе почтительность. Теперь… Теперь я улавливал фальшь. Легкую, почти неуловимую, но говорящую о многом.

Куда хуже дело обстояло с носителями драконьей — божественной — крови.

Оглядев зал, я поймал на себе несколько быстрых, оценивающих взглядов. Лорды-драконы из других кланов, с которыми мы сейчас находились в хрупком мире, — Серебряных Когтей и Пепельных Крыльев — стояли небольшими группками. Они не спешили подходить ко мне. Их позы были расслабленными, почти вызывающими.

Когда мой взгляд пересекся с главой Серебряных Когтей, старым Илусом, тот лишь едва заметно приподнял бокал в моего сторону. В его холодных глазах не было ни тени былого боязливого уважения. Он что-то коротко обронил своим приближенным, и на лицах тех появились сдержанные ухмылки.

Я почти ощущал шепотки за моей спиной — колючие, как иглы дикобраза.

Шаткий мир, который я годами поддерживал силой и авторитетом, дал трещину.

Каждому ребенку Звездного Предела известно: сильнейшим драконом считается тот, кто обрел свою истинную пару. Тот, чья душа нашла отражение в другой, отмеченное самими звездами. Только с ней дракон становится цельным, а его звездный огонь — вечным и всепобеждающим.

Я стал Хозяином Предела не просто так. Я прошел Испытания Астерии и отвоевал этот титул в честном — насколько это слово применимо к драконьим поединкам — противостоянии. Но закрепил его, лишь когда в моей жизни появилась Элоиз с меткой на плече.