Хозяйка Северных гор

Глава 1.

Я открыла глаза. Ощущения были непривычными.

Сделала вдох и поняла, что… проспала. Резко вскочила и увидела, что вокруг не моя квартира, а какое-то большое помещение, на стенах то ли ковры, то ли… гобелены, откуда-то всплыло название. Да и сама я накрыта не мягким одеялом в белоснежном пододеяльнике, а непонятной тряпкой серого цвета. Правда, судя по фактуре, тряпка была шерстяной.

С молодости ещё мне нравилось именно белое постельное бельё, а не цветное. А уж после девяностых, как стали появляться комплекты сатиновые, так я только такими и пользовалась.

Пощупала рукой шерстяную тряпку и вдруг поняла, что рука-то не моя. У меня руки были хоть и ухоженные, а всё же возраст брал своё: и пятнышки пигментные, и кожа уже не упругая. А здесь ручка изящная, хоть и без маникюра, белая, кожа молодая.

Осторожно поднялась с кровати. Всю себя я не видела, но ощупала лицо, волосы длинные. У меня тоже были не короткие, всю жизнь делала одну и ту же причёску — большой пучок на затылке. Удобно. А в салон ходила редко, только когда седина вылезала.

Лицо узкое, судя по форме — сердечком, уши аккуратные. Нос не большой, но и не маленький, шея длинная, грудь есть — небольшая, но упругая. Подтянула рубашку — живот плоский. Похоже, нерожавшая. Ноги стройные, стопы маленькие.

«Значит, роста небольшого, — сделала я вывод и подумала: — Странно, вроде не бедная, вон ковёр на полу, гобелены, кровать большая, а что-то никого нет».

Внезапно вспомнила про резкую боль в груди, как задыхалась, как вдруг сильно-сильно, просто невыносимо захотела жить. Вспомнила, как мелькнуло в голове: «Где угодно, кем угодно, как угодно — только бы жить».

Подошла к узкому окну. Снова откуда-то появилась мысль: «В замках делали узкие окна, чтобы сохранить тепло».

Выглянуть далеко не удалось — настолько узким оно было, но мне хватило.

И увидела я совсем не то, что обычно видела из окна своей квартиры.

То здание, в котором я находилась, явно стояло на холме, потому что видимость была отличной. Видно было лес, реку, в реке отражалось солнце. Здесь было лето, а не осень. А вот что под окном, расположенном, кстати, не ниже четвёртого этажа по высоте, разглядеть не удалось.

Иногда вечерами я позволяла себе почитать книгу. Телевизор не любила, а вот книжечки читать мне нравилось. Очень мне нравились авторы-женщины и то, как они расписывают сказочные приключения. Никому не признавалась в этом своём хобби, неловко было. Такая вся из себя деловая «колбасная королева», а сказки читает.

А что делать, если личная жизнь не очень сложилась. Второй раз замуж я не вышла, из-за сына приводить мужчину в дом не захотела. Так, было несколько романов, а потом я эту тему для себя закрыла. Но в книгах любила почитать про то, как в другом мире женщина устраивается, находит любовь и своего мужчину.

— Да не может быть! — не удержалась я и произнесла это вслух.

Голос оказался мелодичным, хотя и несколько хрипловатым ото сна, и пить очень хотелось. Акустика в помещении была шикарной: потолки высокие, сводчатые, и звук от них отражался очень хорошо.

«…быть… быть», — прозвучало в ответ, и в этот момент я услышала, что кто-то подошёл к двери.

Быстро запрыгнула обратно на кровать и прилегла, накрывшись серым пледом и прикрыв глаза.

Судя по шагам, в комнату вошли двое или даже трое, а по шелесту ткани — скорее всего, женщины.

— Спит? — раздался женский голос.

— Да померла она. Не дышала, я и зеркальце подносила, оно не помутнело даже, — ответил ей другой, попроще, с подобострастными нотками.

— Ну, если померла, — немного передразнивая вторую, как мне показалось, сказала первая женщина, — то всем будет легче. Ушла вслед за мужем, и всё тут.

Я подумала:

«Значит, всё-таки двое. Ещё и обрадовались, что я померла. А я и не померла вовсе».

Хотела ещё полежать и послушать, но тут, как назло, в носу зачесалось, и я чихнула.

Пришлось открывать глаза и подниматься.

Ничего не говоря, посмотрела на женщин, которые с изумлённым выражением на лицах застыли неподалёку от кровати.

Одна была повыше, одета в богатое, из яркой ткани, синее, вышитое каким-то совершенно фантастическим узором платье, на голове — голубая, в тон платью, полупрозрачная накидка, закреплённая обручем, на шее — колье из крупных камней. Вторая женщина была в скучного серого цвета платье, без украшений и в белом чепце на голове.

На лице женщины, одетой победнее, изумление смешалось с ужасом, она будто пыталась спрятаться за госпожу.

Богато одетая женщина быстро справилась с эмоциями и, улыбнувшись, спросила:

— Как вы себя чувствуете, леди Маргарет?

И заметно пнула вторую:

— Сенди, приветствуй леди.

Как я и думала, вторая оказалось служанкой, она вышла из-за спины госпожи и поклонилась.

— Пить хочу, — сказала я, только что узнав, как меня зовут.

Сенди сразу же метнулась и принесла кувшин, который, оказывается, стоял здесь же, на столике у окна, а я его, видимо, не заметила. Налила мне какой-то мутной жидкости в металлический бокал.