Хозяйка северных земель

12

Эрик сын Харвальда

Просыпаюсь резко, словно кто-то толкнул меня в бок. По привычке хватаюсь за нож, но его нет на месте. С запозданием осознаю, что я всё ещё в своей комнате. Мрачный свет из окна, падает на стены, освещает висящие на них щит и меч.

Пытаюсь вдохнуть глубже, но выходит плохо. Шея ноет, будто в неё вбили крюк и теперь медленно тянут вниз. Кажется, во сне я слышал голоса, а потом тихий, сдавленный плач Арины.

Что-то случилось?

Я хочу позвать её, но из груди вырывается лишь сиплый выдох. Злюсь на себя. Бесполезный кусок мяса, лежащий на кровати. Не могу ни подняться, ни понять, что происходит вокруг.

Память подкидывает обрывки: её руки, отвар, которым она поила меня, боль, а потом темнота. Её сосредоточенное лицо и то, как она смахивает выбившуюся прядь волос. Нет, Арина не из тех, кто плачет просто так. Я должен увидеть её, понять, что случилось, пока я спал.

Соберись, Эрик! Хватит лежать неподвижным бревном!

Переворачиваюсь на бок и приподнимаюсь, опираясь на локоть. Шея тянет, но двигаться я могу.

Мысленно взываю к Одину:

– Ты не дал мне умереть, так дай же сил, чтобы подняться!

Стискиваю зубы и сажусь, опуская ноги на пол. Мышцы ноют от внезапной нагрузки. Перед глазами плывут разноцветные круги. Моргаю несколько раз, чтобы зрение восстановилось.

Арина спит на полу, недалеко от моей кровати. Рыжие волосы разметались, будто она ворочалась во сне. Лицо бледное, осунувшееся. Медвежья шкура сползла, обнажив стройное плечо. Даже во сне она дрожит от холода.

Что-то болезненно сжимается внутри. Ведь она здесь из-за меня.

Собираю силы в кулак. Поднимаю шкуру, накрываю её плечи. Рука дрожит, мышцы отзываются болью, но я терплю. Двигаюсь медленно и осторожно, чтобы не разбудить её.

Арина крепко спит.

Делаю ещё один шаг и понимаю, что переоценил себя. Тело дрожит, будто после долгого боя. Шея ноет, напоминая, что я ещё не готов ходить.

Возвращаюсь в постель. Сминаю подушку и, подкладывая её под голову, откидываюсь на спинку кровати. Боль усиливается, но я терплю.

Медленно разминаю затёкшие конечности. Без движения они совсем ослабли. Даже от небольшой нагрузки устаю так, будто бежал по полю в полном боевом снаряжении.

Арина просыпается не сразу. Сначала ворочается, потом медленно поднимает голову. Рыжие волосы падают ей на лицо. Она сонно моргает, заправляя их за ухо.

Поднимает голову и вздрагивает, когда наши взгляды пересекаются. Её зелёные глаза распахиваются от удивления. Я смотрю прямо на неё, не отводя взгляда.

– Эрик… Ты уже не спишь? – зачем-то спрашивает она, хотя ответ очевиден.

Медленно мотаю головой. Потом, спохватившись, моргаю два раза, как она учила.

Нет.

Она устало улыбается краешком губ. Но тревога в её глазах никуда не делась.

– Прости, глупый вопрос, – смущённо говорит она и тут же оказывается рядом. Проверяет меня привычными движениями. Трогает лоб, считает удары сердца. Хмурится, поправляя повязку. – Я боялась, что ты снова…

Она не договаривает, но я сразу понимаю.

Хочу ответить ей. Спросить, что произошло, почему она плакала. Но всё общение между нами сводится к её догадкам. Я могу лишь моргать ей в ответ.

Я Эрик сын Харвальда. Меня с малых лет готовили к тому, чтобы стать конунгом. Но как вести воинов за собой, если даже не можешь крикнуть в бою? Как отдавать приказы, как судить, как договариваться?

Кому нужен немой конунг?

Чувствую, как внутри поднимается глухая ярость. На себя. На эту проклятую стрелу.

Арина что-то говорит про отвар, про еду. Я слушаю, но мысли уходят дальше. Что будет, если я не смогу говорить?

Осторожно шевелю губами.

Она замечает сразу. Прислушивается.

– Не понимаю, – вздыхая, разводит руками.

Я медленно поднимаю руку. Указываю на себя, потом на горло. Шевелю губами и смотрю ей в глаза не моргая.

– Ты боишься, что не сможешь говорить? – догадывается она.

Я моргаю один раз.

Да.

– Тяжёлые раны не заживают так быстро, – честно говорит она.

Я сжимаю зубы. Арина замирает, глядя на меня.

– Эрик… – она словно подбирает слова, – Ты жив. Это главное. Остальное мы будем лечить.

Я рад, что она не теряет надежды. Ловлю её взгляд и не отпускаю. Мне нужно узнать ответ ещё на один вопрос.

– Что случилось? – спрашиваю одними губами.

Арина вдруг отводит взгляд, сжимая подол руками.

Не хочет отвечать?

Осторожно тянусь к ней. Движение даётся тяжело, шея ноет, но я терплю. Легонько касаюсь её руки. Сжимаю маленькие пальчики. Не сильно. Просто чтобы она не уходила от разговора.