Хозяйка северных земель

16

Арина

Двери зала заседаний с тихим скрипом закрываются за нашими спинами. Эрик идёт впереди, я послушно следую за ним. Мысли в голове не дают покоя.

Простая рабыня не может выступать на совете, не может спорить с ярлами, ставить под сомнение слова конунга. А я сделала всё сразу.

Моё выступление однозначно удивило Харвальда. Однако окончательное решение он примет только через месяц. Викинги жаждут крови, хотят растоптать англосаксов, сравнять их столицу с землёй.

А теперь ещё и Эрик смотрит на меня с недоумением. Ведь он просил озвучить его слова, а не выдвигать собственные идеи. Надо как-то с ним объясниться, но что я скажу?

Кутаюсь в медвежью шкуру, когда мы выходим во двор. Ветер стих, и словно по волшебству с неба хлопьями падает первый снег. Он дарит мне надежду на будущее. На то, что уже через месяц река будет скована льдом.

Вряд ли море замёрзнет за столь короткий срок, поэтому викинги смогут воспользоваться моей идеей. Иначе им придётся отложить сражение до весны.

Подумать только, сама природа помогает мне!

Радуясь первому снегу, захожу в комнату Эрика. Здесь всё так, как мы оставили уходя. На столе стоит холодный бульон. Угли догорают в камине. В воздухе витают запахи лекарственных трав.

Однако Эрик не спешит ложиться в постель. Он закрывает за нами дверь и поворачивается ко мне. Сверлит пристальным взглядом своих серых глаз.

– Почему? – одними губами спрашивает он.

Всего одно слово, но вопросов слишком много.

Почему я взяла на себя смелость советовать конунгу? Почему вместо того, чтобы согласиться, выдвинула свою безумную идею? Почему посмела ослушаться? Почему?

– Эрик, я должна подогреть бульон, – собираюсь уйти от ответа.

Машинально пячусь назад, ищу глазами спасительный поднос с тарелками. Но он не даёт мне этого сделать. Эрик осторожно берёт меня за руку и притягивает к себе.

– Я хочу узнать то, что знаешь ты, – читаю по губам.

Он смотрит прямо на меня. От этого взгляда моё сердце колотится так, будто у крохотной птички, которую загнали в клетку.

Да, Арина, натворила ты дел, – вздыхаю, но не сдаюсь.

– Эрик, тебе лучше лечь в постель, – мягко забираю свою руку из его широкой ладони. Мне нужно время, чтобы всё обдумать, – Позже я расскажу, обещаю.

– Говори сейчас, – читаю по губам.

– Но…

За окном что-то звякает, и я, пользуясь заминкой Эрика, хватаю поднос со стола и выскальзываю в коридор.

Прислоняюсь к стене, стараясь унять бешено колотящееся сердце, и перевожу дыхание. Нужно срочно что-то придумать, ведь я не могу убегать от ответа вечно. Не могу выдержать его строгий взгляд. Когда он сердится, я чувствую себя виноватой. Гоню это чувство прочь, но оно не уходит.

За дверью раздаётся звук шагов. И глухой стук словно по столу кулаком. Мне хочется всё бросить и бежать к нему. Но я вовремя вспоминаю про обед и про обещание, данное конунгу.

Спокойно, Арина, твоя главная задача – вылечить Эрика. Со всем остальным разберусь позже. Тяжело вздыхаю и, наконец, отправляюсь на кухню.

Когда я мешаю ложкой закипающий бульон, в дверном проёме появляется Мэри.

– А ты шустрая, как я погляжу, – усмехается она, подходя ближе, – Самому конунгу советы раздаёшь!

– Всё не так, – качаю головой, – Ярл Эрик велел говорить за него, вот я и сказала.

Не хочу тратить время на пустой разговор. Торопливо наливаю в тарелки бульон, хватаю их прямо без подноса и спешу к двери.

– Поглядите-ка на неё, – слышу недовольное себе в спину.

Края тарелки обжигают, но я продолжаю идти. Если остановлюсь, будет только хуже. Наконец, добираюсь до двери Эрика и с усилием толкаю дверь плечом. Бульон едва не выплёскивается мне на руку.

Подумать мне так и не дали. Придётся тянуть время, пока не найду правильные слова. Эрик уже сидит на постели, но его взгляд пристальный и хмурый, как небо перед бурей. Он явно недоволен моим побегом.

– Прости, я делаю свою работу, ведь я обещала вылечить тебя, – вздыхаю, подходя ближе.

Эрик вдруг забирает ложку из моих рук, и сам пытается поесть. Ему больно, он морщится, но терпит.

– Швы не так крепки, как ты думаешь. – объясняю ему, – Нельзя слишком нагружать шею.

Снова ловлю на себе его взгляд. Упрямый, решительный, невыносимый.

– Позволь мне покормить тебя, – тянусь к ложке и едва заметно улыбаюсь, когда он соглашается.

Как сказать ему слова, которых нельзя произносить? Что я пришла из будущего, которое наступит через тысячу лет. Что я всего лишь листала страницы учебника, а викинги ожили. Теперь один из них сидит передо мной и требует ответа...

– Мне сложно объяснить, – начинаю несмело, – Но я чувствую большую угрозу.

Эрик хмурится. Читаю в его взгляде немой укор. Сердце снова пускается вскачь. Понимаю, он мне не верит, но следом приходит другая мысль. Почему мне так важно, чтобы он поверил?