Хозяйка сгоревшего замка, или Волчата ищут маму

Глава 7. Нападение

Если Эдит старалась забыть о новом знакомом, то он, напротив, старался с ней сблизиться. Однажды утром она, как обычно, собиралась в Тинтагель: взяла шерстяную накидку, предвкушая день, полный хлопот среди каменных стен, и отворила дверь. На пороге стоял тот самый красавец-охотник, который приставал к ней в переулке.

Эдит отшатнулась, прижав руку к груди – сердце заколотилось, как птица в клетке. Она попыталась захлопнуть дверь, но мужчина протиснулся внутрь, оттолкнув её вглубь комнаты.

— Ну здравствуй, моя госпожа, – произнёс он, оглядывая Эдит с головы до ног. – Скучала по мне?

— Что… что вам надо? – пролепетала она, запинаясь. – За птицу я заплатила!

Браконьер усмехнулся.

— Это был скромный взнос в счёт тех маленьких услуг, которые я вам предоставил, – в его глазах плясали опасные огоньки. Он сделал шаг вперёд, и спина Эдит прижалась к тёплому камину. – Настоящая плата ещё впереди.

— Какие услуги? Мы ни о чём не договаривались!

— Я решил помочь вам, моя дорогая, — сказал браконьер и словно невзначай провёл пальцем по её щеке. — Без моей подсказки нашей очаровательной госпоже никто не хотел продавать товар.

От его прикосновения её передёрнуло. Воздух в комнате мгновенно пропитался можжевеловой смолой. Он поглядел на её губы, лаская их взглядом. Эдит вспомнила о кинжале, но прошлая попытка использовать оружие закончилась неудачей. Что делать?

— Вам лучше уйти, – сказала она, храбро глядя прямо в его наглые серые глаза. – Иначе пожалеете.

— Может да, а может и нет, – промурлыкал браконьер, приближаясь вплотную. От него пахло хмельным пойлом и специями.

— Да вы пьяны! – воскликнула Эдит. – Уходите!

— О, я уйду, – прошептал он с кривой ухмылкой и решительно обнял её. – Но сначала познакомлюсь со своей госпожой поближе.

Эдит попыталась оттолкнуть его и закричать, но он прижал ладонь к её губам.

— Потише, куколка. Всё равно тебя никто не услышит.

Вместо ответа Эдит укусила его за руку. Браконьер взвыл от боли и отпрянул. Эдит бросилась к двери, но мужчина оказался быстрее. Он схватил её за волосы и притянул обратно.

— Глупенькая, – произнёс он со смешком. – Твои титулы здесь ничего не значат. У нас правит сила, госпожа.

Он наклонился, чтобы поцеловать её, но Эдит отвернулась. В глазах мужчины вспыхнула ярость.

— Ты всё равно будешь моей, – прорычал он, стискивая её запястье.

— Пусти, – пробормотала она срывающимся голосом. – Муж тебя убьёт.

Тонкие красные губы охотника растянулись в уверенную ухмылку.

— А мы ему не скажем. Ты ведь не хочешь, чтобы он узнал, что мы встречаемся? Так ведь, моя красавица?

Эдит пыталась вывернуться; в глазах блестели слёзы. Вдруг её взгляд наткнулся на кочергу, стоявшую возле камина. Вот и помощница нашлась! Она с трудом заставила себя изобразить испуганную покорность. Сердце бешено билось.

— Да, так, умница, – забормотал мужчина, лапая её. Дождавшись, когда он ослабит хватку, Эдит потянулась к камину. Пальцы коснулись холодного металла. Она ухватила кочергу и, вложив в удар всю свою ненависть и страх, ударила его по лбу.

Он пошатнулся, с рычанием схватившись за лицо. Эдит отшвырнула кочергу, оттолкнула ошалевшего мужчину от себя, бросилась к двери, дрожащими руками поправляя одежду, и выскочила из дома.

***

Эдит бежала, не разбирая дороги. Слёзы застилали глаза, в ушах звенело от страха. Ей казалось, что браконьер преследует её по пятам. Любой камушек, любая ветка пугали своими прикосновениями.

Добравшись до Тинтагеля, она без сил рухнула на кухонную скамью. Нужно было как‑то отвлечься от пережитого, спрятаться за привычными заботами. Но её преследовали сверкающие глаза браконьера, его грязные руки и тошнотворный запах смолы. Ей хотелось принять ванну или просто нырнуть с головой в море.

Эдит больше не могла притворяться сильной и независимой. Ей нужен был мужчина, который защитил бы её от этого мира, полного опасностей и жестокости. Где Тристан?

Как назло, мужа нигде не было видно – он словно провалился сквозь землю. Эдит в отчаянии спрашивала слуг, но те лишь разводили руками. Наконец она наткнулась на Артура: мальчик шёл по тропинке и тащил полное ведро для полива. Он удивлённо посмотрел на взъерошенную Эдит, но только указал в сторону моря:

— Господин Тристан на берегу.

Берег — это то, что надо! Эдит торопливо поправила растрёпанные волосы и направилась к морю. Сырой ветер, пахнущий водорослями, бил в лицо, пытаясь сдуть с неё следы нападения.

Спустившись по каменистой тропе, ведущей к пляжу, она увидела Тристана: он стоял у самой кромки воды, спиной к ней – величественный и ранимый одновременно. Его чёрные волосы развевались на ветру, плечи были напряжены, пальцы сжимали рукоять меча. Казалось, он собирается воевать с волнами.

— Тристан, – тихо позвала она, стараясь, чтобы в голосе не слышались страх и отчаяние. Он обернулся, и в его глазах она увидела ту же тревогу, что и у неё.

— Что случилось? – спросил он и быстро подошёл к ней, взяв её руки в свои. Его прикосновение было тёплым и надёжным, и ей стало легче. Она рассказала ему о нападении, о страхе, который испытала. Он слушал молча, обнимая её всё крепче.