Хозяйка "Скелета дракона" или Не люблю блондинов

Глава 2

– Мать моя женщина, что за страшилище?! – я смотрелась в воду небольшого озера как в зеркало и вздыхала. На спокойной глади отчётливо была видна распухшая покрасневшая физиономия, на которую без слез не взглянешь, – Как ты говоришь, эта трава называется? – спросила я скелета, который утром принялся отчитывать меня как какого-то ребенка.

– Осота, – буркнул Ламий, так его звали, а недовольный он, потому что я после сна была злая и больная. Мало того что с бодуна так еще и травой какой–то себя исхлестала, что опухла и чесалась. – Советую идти в поместье и привести себя в надлежащий вид. Не дело это, что наследница Ализардов ходит как последняя нищенка.

– Эй, чего это нищенка, – я скривилась от боли, когда тронула несчастное лицо, – я за это платье немало денег отвалила. Кстати, ты вчера тут блондина не видел?

– Не видел, – скелет щелкнул челюстью и отвернулся, прямо на все сто восемьдесят градусов.

– Ну и ладно, хорошего понемногу. Эх, все–таки сон это был, – я вздохнула.

Насмотревшись на свое несчастное лицо, я решительно встала.

Кругом была тишина. Птички не летали, насекомые не стрекотали, ветра и того не было. Странная тишина.

– Ладно веди меня Сусанин, – сказала я скелету.

– Я не Сусанин, – возмущался помощник, – Ламий меня зовут, Ламий.

– Ну хорошо Ламий веди меня к «Скелету Дракона» мне что-то есть охота, там же есть еда.

– Есть, – зашевелил своими босыми костяшками скелет. – Там все есть. Если вас поместье примет. Я сомневаюсь, что ваши предки согласятся на такую наследницу.

– А чем я своим предкам не угодила, – я шла следом за скелетом и почёсывала открытые руки. Платье мое оказалось порванным, туфли грязными со сбитыми носиками. Только карта, как сверкала, так и сверкает, показывая мне местность. Что интересно я в ней отображалась, маленькой зелёной точкой, которая была подписана Римма Ализардова–Мормант. Откуда у меня еще приставка взялась я не знаю, но может, те, кто живет в поместье, расскажут. Ламий мне уже поведал, что я принадлежу славному роду Ализардов, потомки мы драконов, черных драконов, владеющих темной магией. То-то же меня всегда к темным заклинаниям тянуло. Порчи привороты я не делала, так как считала, что закон бумеранга никто не отменял, а перекладывать на других свои беды я не считала правильным. Вот такая честная темная ведьма с принципами. Но когда наказать кого надо, то с превеликим удовольствием. Я за справедливость.

– Скажи мне Ламий, а я домой отсюда смогу вернуться?

– Вы дома госпожа, – скелет все еще дулся, что я его утром пнула, ну ладно была не права, а чего он ко мне со своими претензиями. Я только глаза открыла, а тут он. Бежать я больше не стала, а вот со страху пару раз его хорошенько пнула. Еще и картой сверху приложила по голому черепу, а тубус надо сказать у карты тяжелый.

– Получается не знаешь, — хмыкнула я, отчего Ламий взвился как свечка и повернул свою черепушку со сверкающими глазницами в мою сторону.

– Я все здесь знаю! – сказал он немного визгливо, довела я беднягу. Ну есть, у меня такое, мне человека вывести из себя пару минут нужно. Ламий, конечно, не человек, но очень уж человечный для нежити.

– И пока вы алтарь не возродите, порталы строить не сможете, просто сгорите без поддержки рода.

– Хм–м, понятно, — сказала я, хотя ничего понятного мне не было. Но я отложила вопросы о доме на потом, так как пока мне тут нравилось. Даже с распухшей физиономией, на стертых до крови пятках, мне здесь нравилось. Первая причина, конечно, магия. Для человека, который всю жизнь о ней грезил это как кофеману добраться до кофемашины. Как заядлому рыбаку, прийти к озеру с большущими рыбами… в общем, я тут, наверное, задержусь, даже если меня будут выпроваживать, буду цепляться зубами за все, что можно, лишь бы магию изучить.

Если верить Ламию, то я некромантка, теперь бы проверить столь приятную новость и увидеть ту магию.

А вот вторая причина, почему мне тут нравится, это наследство, если мне тут перепадает наследство грех от него отказываться. Знаю могут быть подводные камни и наследство может оказаться тем еще грузом, но это так будоражит, что, если бы не стертые ноги я бы бежала посмотреть, что там за дом мне достался.

Мы топали по еле видимой дороге, которая на карте называлась трактом. Раньше наверно она была пошире, да и ровнее, но сейчас плиты покосились, а мелкие кустики по обочине превратили ее в узкую тропинку.

– А люди тут есть? – спросила я скелета, — как же мне без людей-то, одичаю.

– Есть в деревне, — кивнул Ламий, — «Нежная кровь» называется.

– О точно, — я заинтересовано уставилась на карту в моих руках, — да есть тут такая деревня, а вторая тогда чья, «Старые кости»

–Нежить там живет, — клацнул Ламий челюстью, надо будет ему сказать, чтобы так не щелкал, зубы потеряет, они и так у него желтые и в зазубринках. – Не советую я вам туда идти, пока алтарь не восстановите. Нежить может вам не подчиниться.

– А они не такие, как ты? – спросила я.

– Нет, конечно, — возмутился Ламий, — я особенный, во мне кусочек души есть.

– Ого, — удавилась я, — тут и так можно делать.

– Ваши предки были могущественными магами, пока их не постигла страшное проклятие.

Я остановилась и смотрела вслед скелету нахмурившись, только проклятия мне не хватало.

– И в чем заключается проклятие? – спросила я скелета.

– Они не находили свою пару, — скорбно сказал Ламий, — ваши предки, драконы передали вам свою кровь и силу, но и свое проклятие, только от избранного будут у вас рождаться сильные дети, некроманты.

– Фух ты, — я махнула рукой, — напугал, я уже думал, чего страшного было.

— Это и есть страшное, ничтожное потомство, которое не может восстановить алтарь и дело семьи, вот ваше проклятие. Мало кто из Ализардов нашел свою пару, а без этого дети пустышки без магии.

– А напомни-ка мне, что там за дело семьи, — спросила я скелета, пропуская мимо ушей слова о потомстве, вот о чем я не думала так это о детях. Но потом замерла, вглядываясь в свой новой дом.