Хозяйка "Скелета дракона" или Не люблю блондинов

Глава 3

Я прямо чувствовала вселенское горе червяка, он первым облюбовал эту сливу и теперь чуть не поплатился за это головой.

– Тьфу, – я быстро выплюнула остатки и положила надкусанную сливу на небольшую расколотую колонну.

– Он не опасен, – Ламий увидел нового соседа.

Я осмотрела вторую сливу на предмет дырочек и вздохнула, даже поесть нормально не дадут. Червяк уже вылез из остатков и недовольно полз в сторону дерева. Ламий, не смотря под свои костяные ноги, пошел ко мне:

– Стоит поторопиться госпожа, вам нужно приготовить себе спальню и восстановить алтарь, – и тут это убивец наступил на червяка, который все еще полз к дереву, быстро, надо сказать полз. Чмяк! Костяшкой Ламий передавил толстое тельце и червяк картинно взмахнув головой, и умер...

– Ламий, – я указала на поникшего червяка, — это первое живое существо, хм–м, не считая ворона, которого я тут увидела, и ты его убил. Пусть бы жил себе в сливах.

– В перисах, – тут же исправил Ламий и убрал свою костяшку с тела червяка. Я присела рядом и тронула того пальцем. Тут же с моей руки совался темный сгусток и впитался без остатка в толстенькое тельце. За секунду червяк из белого превратился в черного, а его черные глаза, наоборот, побелели и посмотрели на меня страшным взглядом. Я пискнула и отскочила от восставшего.

– И зачем вам такое мелкое умертвие? – скучно спросил Ламий, – никакого толку.

Червяк быстро зарастил раздавленное место, угрожающе встал торчком словно змея, а потом рыбкой без звука скрылся под землей, оставив тонкую дырочку в песчаной почве.

– Его нужно изловить, а то будет вам гадости подкладывать.

– Это я сделала? А что я сделала?

– Первое умертвие и кто? – Ламий потряс черепушкой и щелкнул челюстью, – Какой-то не стоящий чести быть восставшим червяк.

– Как я это сделала? – Я потрясла пальцем и хорошенько рассмотрела ладонь.

– Как, как, – сказал Ламий, – сила ваша некромантская почуяла, что вы хотите, и сделала. Вам нужно держать себя в руках особенно на кладбищах, так и почивших можно поднять. Предки вам за это спасибо не скажут. А лучше всего алтарь восстановить.

– Да чего ты прицепился, со своим алтарем? – я собрала в подол еще фруктов, они были крупные, так что десяти мне пока хватит. Оглядела сад и поняла, что в эти джунгли без мачете не пройдешь, а лучше всего пила.

– Алтарь — это ваш накопитель. Сила, которая сейчас разлита по всей вашей земле просто так, собирается в нем, а потом пускается на нужды поместья.

– Хорошо, – я вздохнула, — пошли искать спальню и думать, что делать в первую очередь, может, воду по пути найдем.

Мы долго блуждали по поместью, только сейчас я осознала масштаб работ и в то же время гордость, что все это теперь мое. В какой–то момент поняла, что за мной плывет не только сфера света, но и карта порхает рядом. Когда мне надо, она подплывает ближе и показывает, куда свернуть, а в остальное время я ела сливы. Червяков больше не попадалось, я основательно осматривала каждую сливу.

Оказывается, магические предметы слушают желания своих хозяев и подстраиваются, если у хозяев хватает силы. Вот, а он мне тут говорит, что у меня мало силы. Тянущее чувство в солнечном сплетении уже пропало и сейчас я чувствовала себя готовой свернуть горы, особенно когда основательно забила желудок.

Итак, спальня! Она была под стазисом! Сохранённая и целая, тут даже пахло духами. Это просто праздник какой–то. Дверь открылась легко и в тот же миг по комнате, которая осветилась сферой, прокатилась серебристая волна, раздался хлопок.

– Вашим покоям повезло больше, чем кухне, – сказал Ламий, а я с широко открытыми глазами осматривала большую комнату, больше похожую на зал для аудиенций, где вместо трона огромная кровать.

Все выдержано в красно-черном тоне с золотистой отделкой. Красиво и богато. Кроме кровати тут хватало мебели. Стены забраны в деревянные панели темного дерева, на кровати балдахин с парчовыми украшениями. Окна занавешены тяжелыми портьерами. Диванчики, зеркало в полный рост, в котором отражалась я ошарашенная и малость прифигевшая от разительного отличия комнаты от всего поместья. Видимо, провидение не стало доводить меня еще больше и дало маленькую плюшку в большом жбане с дегтем.

Из комнаты вели несколько дверей, которые я тут же обследовала. Одна в ванную комнату, если небольшой бассейн можно назвать ванной. Вторая на балкон, эту дверь я сразу закрыла, так как сплошной стеной висели лианы. Третья дверь вела в гардеробную, заставленную коробками и завешанную вещами.

Я пожирала взглядом разноцветье одежды, прикидывая, можно ли тут подобрать что-нибудь удобное и не такое вычурное.

– Думаю мода сейчас другая, но любая портниха сделает из этих вещей что-нибудь стоящее, – сказал, сунув в проем свою черепушку Ламий, – ткани дорогие, а вышивка и драгоценности стоят дорого.

– Нужно переодеться, – тут же кивнула себе, – и помыться.

Я правда была в земле, в пыли, и платье порвалось в нескольких местах. Я стала перебирать платья, которые тут висели на плечиках или на манекенах. Гардеробная была довольно большой комнатой. В моей прошлой квартире такая комната была залом. Мой взгляд остановился на темном бархатном костюме, где присутствовали штаны. Да, мне–то вы и нужны.

– Костюм наездника, – тут влез Ламий, – но у вас еще нет лошади госпожа.

– Лошади нет и желания ходить в платьях тоже нет, – отрезала я, сдирая рубаху с оборками на груди, с манекена, – Выйди, – строго сказала скелету, ну не могу я при нем трусы искать. Ведь брякнет что-нибудь заумное…

Трусы я не нашла, а вот заменяющие их рейтузы целую полку. Беленькие, из нежного материала, ну хоть что–то.

В бассейне была вода, прозрачная, надеюсь, чистая. Потрогала краны, которые, конечно, были нерабочими и выгнав любопытного Ламия, залезла в бассейн по колено. Вода была приятной, теплой, так что я, откинув подозрительность, села на специальный стульчик и прикрыла глаза. Лучше бы я их не закрывала…