Хозяйка старинных часов

Хозяйка старинных часов

— Мистер Крайтон, вы действительно возьмете это ожерелье?

Сэм Лоуренс спускался с второго этажа по винтовой лестнице вместе с приятным на вид джентльменом.

— Да, возьму. Коллекционеры обязательно предложат за него огромные деньги. Все-таки это семейная реликвия.

— Вы правы, но как я уже говорил, это рубиновое ожерелье оно...

— Я скептически отношусь ко всему, что связано с магией, мой дорогой друг. Не стоит меня предостерегать. — Лиам мягко улыбнулся.

Сэм обреченно выдохнул, представляя, до чего его собеседника может довести работа антиквара. Он искренне верил в то, что если этот человек сейчас заберет “проклятое” ожерелье, то обязательно повстречается с нечистью. Однако сам держать подобную гадость в своем доме мистер Лоуренс не хотел.

— Хорошо, как скажете. Может, останетесь у нас на чай? Неловко отпускать вас в такую погоду.

— Дождь в Лондоне — обычное дело. Не стоит из-за этого переживать.

Сэм кивнул соглашаясь.

— Кстати, вам я тоже советую меньше верить в подобную чушь. — Лиам накинул свое черное пальто и снял с вешалки шляпу. — Ваша милая жена из-за этого ни жива, ни мертва. А ведь ей ни в коем случае нельзя волноваться.

— Конечно, я обязательно последую вашему совету. — Он снова закивал, передавая Лиаму шкатулку для украшений.

Выйдя на крыльцо, Сэм закурил сигарету и протянул вторую своему новому знакомому.

— Спасибо, но я не курю.

Убирая сигарету обратно в портсигар, он заговорил:

— Нравится мне то, как вы относитесь ко всему вокруг. Спокойно работаете, не интересуетесь новостями в газетах и часто узнаете их от других, водите много хороших знакомств, но не имеете близких друзей. Всем антикварам присуща скрытность или вы особый случай?

— О, вы не правы, мистер Лоуренс. — проговорил Лиам, натягивая белые перчатки на свои и без того бледные руки. — Это вовсе не скрытность. Просто я предпочитаю не тратить сил на то, чтобы близко с кем-то общаться и узнавать их секреты. Любопытство убивает кошку.

Завидев проезжающий кеб, Лиам распрощался с Сэмом Лоуренсом. Его ждала долгая поездка от поместья до собственной небольшой квартирки на Риджент стрит.

Сегодняшняя погода в Лондоне ничем не отличалась от предыдущих дней: дождь, сырость и непроглядный туман, в котором ничего не видно дальше одного или двух ярдов. Лиам любил этот город, но случаи, когда глядя в окно невозможно разглядеть даже силуэты, наводили на него сильную тоску.

Дорога заняла больше получаса. Когда Лиам вышел из кеба, чтобы расплатиться с кучером то понял: дождь только усилился. Отдав кучеру полтора шиллинга, он поспешил домой. Впрочем, его это не спасло. Несколько футов от кеба до крыльца и Лиам вымок до нитки.

В прихожей его встретил лакей. Он помог своему хозяину снять вымокшее пальто и отдал его прачке.

— Альфред, будь так добр, завари крепкий черный чай и принеси его в мою спальню.

Прихватив с собой шкатулку для украшений Лиам поднялся на второй этаж и прошел в спальню.

Обычно, если люди дополнительно работают дома, то предпочитают выделять для этого отдельный кабинет. У Лиама же был для этого небольшой уголок в его обширной комнате. Стол, в полках которого находились различные инструменты от каталогов до химических реактивов, располагался возле окна. Слева от него находился шкаф, в котором хранилась одежда. В другом конце комнаты находилась кровать, а рядом с ней прикроватная тумба с керосиновой лампой на ней. Рядом был стеллаж, до верху забитый книгами, а на полу лежал большой шерстяной ковер темно-синего цвета.

Переодевшись, Лиам принялся за работу.

Придать этому ожерелью нужный вид не составляло для него никакого труда. Нужно было всего лишь очистить украшение мыльным раствором и щеткой, после пройтись спиртом, чтобы убрать до конца всю грязь и отполировать камни. Да, это займет несколько дней, но оно того стоит.

Через четверть часа с подносом в руках пришел Альфред. Он поставил чай на стол и прочистив горло сказал:

— Вам письмо, сэр.

— От кого? — не отрываясь от работы спросил Лиам.

— Графиня Кэтрин Айвори.

— Графиня Айвори...Ах, это что же, та бедняжка, что недавно потеряла мужа?

— Да, сэр. — Альфред кивнул.

— Хорошо, спасибо. Ты мне больше сегодня не понадобишься, можешь идти отдыхать.

Оставшись наедине с самим собой, Лиам вскрыл письмо.

Уважаемый господин Крайтон.

Надеюсь, это письмо застанет Вас в добром здравии и при делах.

С прискорбием сообщаю Вам, что недавно я понесла тяжелую утрату — скончался мой супруг, граф Айвори. В настоящий момент я занимаюсь приведением в порядок дел нашего поместья и вопросами, оставшимися после ухода моего мужа.

В связи с утратой мною было принято решение расстаться с несколькими ценными предметами из фамильной коллекции ювелирных изделий, представляющими собой как антикварную, так и художественную ценность.

Я была бы признательна, если бы Вы сочли возможным лично посетить мое поместье для проведения профессиональной оценки. Учитывая нынешние обстоятельства, для меня крайне важно, чтобы процесс переговоров прошел конфиденциально и в спокойной обстановке.

Буду ждать Вас в ближайшие дни.

С уважением,

Графиня Айвори

Поместье Эмберли

05.10.1889.

Отложив письмо на край стола, Лиам откинулся на спинку стула.

Путь от его дома на Риджент стрит до поместья графини Айвори занимал не менее двух часов, а это означало, что на дорогу придется потратить около шести шиллингов и минимум двое суток времени.

Но, с другой стороны, если графиня действительно собирается продать украшения из фамильной коллекции, то они сполна окупят эту поездку.

— Придется ехать, раз уж графиня ждет...

Следующим утром Лиам проснулся гораздо раньше обычного. До завтрака оставалось еще больше полутора часа, поэтому он снова вернулся к работе с ожерельем.

За окном стояла все такая же холодная Лондонская осень. Туман не рассеялся, дождь едва ли уменьшился, а ветер, наоборот, казалось, пробирал до костей даже в доме. Лиам недовольно поморщился. Благо, что пока что этот холод его не коснется, благодаря отоплению. Хорошая вещь. Не нужно больше пользоваться камином.