Хозяйка старой библиотеки

Глава 14

– Итак, – принц, пройдя к дивану, оседлал рядом стоящий стул, – я слушаю вас, Элира Левьен.

Даже спрашивать не хочу, откуда он знает моё имя. С его-то возможностями...

Словно прочитав мои мысли, синеглазый добавил:

– Ваш кот сказал.

– Что сказал? – глупо спрашиваю, прекрасно понимая, что он имеет в виду.

– Ваше имя сказал.

Киваю и зябко обхватываю плечи, упорно продолжая отводить взгляд.

Эти пронзительные синие глаза пугают. Он весь меня пугает. До дрожи. И язык заплетается, когда я пытаюсь выдавить из себя слова.

Ещё бы! У сидящего напротив мужчины практически безграничная власть. А я взяла и... укусила его. И не просто укусила, а до крови укусила.

Начало потряхивать от нахлынувшей паники, и ничего умнее не придумываю, как нахохлиться и отвести взгляд.

– Ну, – протянул он, и мне показалось, что в его голосе проскользнула насмешка. – Так и будете молчать?

– А что говорить? – прошептала я. – Я... я до сих пор не понимаю, зачем я здесь.

– Ах, не понимаете...

– Нет, – отрицательно качаю головой.

– Хорошо, тогда я буду задавать вопросы, а вы на них отвечать.

Если он сейчас спросит, почему я его укусила, я сгорю от стыда. Просто вспыхну и исчезну пеплом на ветру. Сомнений точно нет.

Я неуверенно киваю, продолжая вдавливать голову в плечи.

– Как так получилось, что у вас в спутниках кот, способный разговаривать?

Вроде бы безобидный вопрос, а у меня начинают дрожать ладони.

– Я его подобрала на улице, – бормочу я, нервно затеребив правый рукав.

– На улице? – с насмешкой переспрашивает.

– Да.

– Элира, вы хоть понимаете, кто он? – спросил принц, придвинувшись ближе.

Настолько близко, что я ощутила его. Пахнет как в лесу на рассвете: хвоя, мох и прохлада. Очень приятный аромат.

– Кот, – моргнула я, пытаясь взять себя в руки.

– Нет, – на красивых губах появляется улыбка. – Это древнее существо.

Знала ли я, что Гаврентий древний?

Да. Как иначе-то? Он ведь знал мою прапрабабушку.

Изобразив удивление, перевожу взгляд на кота.

Гаврентий, поймав мой взгляд, закатил глаза.

– Древнее существо? – сипло переспрашиваю, облизав губы.

– Да, – произнёс Его Высочество, продолжая скользить по мне пристальным взглядом. – Существо, обладающее магией. Редкое. Опасное. Могущественное.

– Опасное? – вычленила я самое главное.

Ринвар Астеллар усмехнулся, обнажая идеально ровные, белоснежные зубы. А я вдруг задалась вопросом о том, почему наследник престола занимается столь тривиальными вещами, как допрос нищенки и её пухлого кота.

– Существо, находящееся вне закона.

Я гулко сглотнула.

– Это не просто фамильяр, – со вздохом продолжал принц, забарабанив пальцами по спинке стула, – а моргут. Такие сеют хаос везде, где селятся.

– Неправда, – выпалила я. – Гаврентий мой фамильяр, и всё.

– Вы не ведьма. У вас не может быть фамильяра, – отрезал он, поддавшись вперёд.

Почему он всё время пытается сократить между нами расстояние? Чтобы что? Чтобы я снова грохнулась в обморок?

– Как долго вы находитесь в столице, Элира?

– К чему вопрос? – я скрестила на груди руки.

– По странному совпадению, магический фон в районе столицы начал меняться, и мы не понимаем, почему. Словно пробудилось что-то древнее, дышащее, втягивающее энергию мироздания.

Прозвучало... жутко.

Я заморгала, пытаясь отогнать липкий страх.

– А давайте... – шепчу я, – спросим об этом у самого Гаврентия?

Не дождавшись, что ответит принц, повернулась к коту и выдавила:

– Гаврентий, ты злодей?

Тут же последовал лаконичный ответ:

– Нет.

– Вот видите, – я развела руками, борясь с диким желанием отодвинуться. – Мы не злодеи, мы честные граждане. А вы... – я запнулась. Левая бровь венценосной особы вопросительно выгнулась. – Почему вы всем этим интересуетесь? Вы ведь... вы...

Боги, ну почему я так бессвязно говорю и краснею?! Словно мой мозг перестал работать рядом с этим странным принцем.

– Я, что? – усмехнулся. – Договаривайте.

Я открываю и закрываю рот, ощущая просто дикое, неконтролируемое смущение.

– Элира хочет сказать, что вы, Ваше Высочество, – принц, – лениво протянул Гаврентий. – А потому мы слегка озадачены: чем же заслужили такую честь – быть допрошенными лично столь... высокородной особой?