Хозяйка старой усадьбы

Глава 8

Сон уносил меня на мягких волнах от тревог и забот. Снилось что-то светлое и теплое, как пушистый рыжий котенок, о котором я всегда мечтала, но так и не завела. Все что-то мешало.

Но постепенно стало холодать, ощущение теплого и светлого сменилось на серое и льдистое. Это серое постепенно сформировалось в гладкое стекло подслеповатого старого зеркала в деревянной раме с облупившимся от времени лаком.

В зеркале я увидела отражение девушки с длинными каштановыми волосами, крупными локонами рассыпавшимися по плечам. Яркие голубые глаза смотрели в упор. Улыбнулась своему отражению, пока еще непривычному, но уже знакомому. Подняла руку, перекидывая волосы за спину. Рука так и замерла занесенной вверх, потому что девушка в отражении не двигалась. Она грустно улыбалась, глядя на меня, затем протянула руку, словно хотела коснуться меня прямо сквозь стекло, но границы зеркала остались нерушимы.

Девушка провела ладонью по гладкому стеклу, ее губы зашевелились.

— Помоги им…

Ее шепот был подобен шелесту падающего с ветки листа. Затем она слегка повернула голову, словно прислушиваясь. Бросив на меня последний взгляд, прошептала:

— Прощай...

Развернувшись, она медленно пошла вдаль, пока полностью не растворилась в серебристой зеркальной глубине.

Повторяя ее движение, я коснулась рукой холодной глади зеркала, прошептав:

— Прощай.

Теперь я знала, что душа девушки ушла навсегда и больше не будет снов из ее прежней жизни, дальше придется справляться со всем самой. Меня охватила невыносимая грусть и тоска по безвинно ушедшей душе.

Проснулась вся в слезах. За окном занимался серый рассвет. В комнате было невыносимо холодно, мне даже показалось, что пол вокруг кровати покрыт инеем.

Глянула на камин и лежащие в нем стопкой дрова. Они бы согрели комнату, вот только как добыть огонь? Спичек здесь не наблюдалось.

Вздохнув, я сунула ноги в меховые тапочки, накинула на плечи шаль и потопала в уборную, радуясь, что это благо цивилизации примыкает к комнате и мне не нужно бежать на улицу в поисках деревянной кабинки.

Шла чуть ли не ощупью. Сомневаюсь, что здесь есть электрическое освещение, но и никаких свечей я не обнаружила. Выручало окно в ванной комнате, сквозь которое заглядывали первые ранние лучи солнца.

Сделав свои дела, вернулась в комнату, зябко передергивая плечами, и чуть не завизжала от неожиданности. В дальнем углу, у самого шкафа, явственно мелькнула сначала одна тень, затем другая.

Неужели крысы? Не то чтобы я их боялась, но приятного мало. Крадучись подошла к шкафу. Никого!

Может, мне показалось? Может, это птица пролетела за окном и ее тень скользнула по стене?

Успокоив себя таким образом, переоделась в платье, накинула все ту же теплую шаль и пошла проведать папеньку. От его состояния теперь зависело мое будущее, и нужно приложить все усилия, но не дать ему уйти за грань.

В малой гостиной было намного теплее. На диване все так же без сознания лежало тело барона. Рядом, сидя в кресле, дремала нянюшка. Она уже переоделась и привела себя в порядок и сейчас мало напоминала глуповатую старушку, сопровождавшую меня в дороге. Сейчас перед собой я видела женщину в возрасте, в длинном строгом платье темно-коричневого цвета, поверх которого повязан серый фартук. Волосы забраны наверх в большой узел, открывая шею и делая спящую женщину немного моложе.

Не стала ее тревожить, пусть отдохнет.

Склонилась над диваном, пощупала лоб барона, прислушиваясь к его дыханию. Кажется, ему немного лучше. Лоб прохладный, и грудная клетка вздымается ровно, лишь изредка прорываются хрипы, напоминая о сломанных ребрах.

Стараясь не шуметь, я вышла из гостиной и пошла бродить по дому, заглядывая во все двери. Еще несколько комнат, располагавшихся в этом крыле, оказались совершенно пусты. В двух из них окна оказались заколочены деревянными ставнями. И, лишь подойдя ближе, я поняла, что стекла в них полностью отсутствуют. Вот почему дом мне показался подслеповатым. Вместо прозрачных стекол в проемах темнели облезлые деревянные щиты.

Пересекла большую гостиную и направилась в сторону столовой и кухни. Здесь уже вовсю кипела работа, слышался приглушенный шум. Пошла на этот шум, попутно заглянув в большую столовую, оказавшуюся огромной комнатой с длинным столом посередине. Правда, стульев у стола стояло всего несколько штук. Видимо, мародеры или баронская рука добрались и сюда.

На кухне было тепло от пылающей печи, у которой вовсю хлопотала Мина. Увидев меня, она очень удивилась:

— Барышня, что ж вы встали в такую рань? А я вот хлеба поставила.

В кухне явственно чувствовался аромат свежей выпечки. Я жадно втянула его носом.

— Как вкусно пахнет!

— Да что ж это я?! — спохватилась кухарка. — Вы же, барышня, вчера не отужинав легли. Сейчас я вам завтрак накрою!

— Не нужно ничего накрывать, можно я здесь позавтракаю? Здесь теплее.

«И уютнее!» — добавила про себя.

Присела на табурет у чисто отскобленного деревянного стола, наслаждаясь теплом и вкусными ароматами.

Мина захлопотала, выставляя на стол миски. Вскоре передо мной стояла большая глиняная кружка с отваром, кусок свежего хлеба и мисочка ягод в меду. Видимо, местное лакомство.

Пока завтракала, расспрашивала Мину о делах на кухне. Оказалось, дела действительно хуже некуда. Барон уже давно не давал денег на хозяйство, и жители усадьбы перебивались как могли.

— Разбили в саду за домом небольшой огородик, летом выращиваем овощи. В саду много ягод и фруктов. Часть вымениваем на другие продукты, часть закладываем в погреба или сушим, — рассказывала Мина.

— И много продуктов у нас осталось? — поинтересовалась я.

— Полмешка фасоли, мешок пшена. Мешка два муки. Еще немного репы и капусты. Весной всегда голодно. До нового урожая еще нескоро, а старые запасы уже подъели, — грустно вздохнула кухарка. — Касьян на охоту ходит, когда зайца принесет, когда перепела. Проживем, барышня!