Хозяйка таверны. Чужая жена для дракона

Глава 2

Что я, собственно, и делаю.

Но вначале только из чистого любопытства прохожусь по комнате.

Нахожу гардеробную, спокойно выбираю самое красивое платье длины миди.

Почему бы в собственном сне и не походить в роскошном платье?

Даже под кровать заглядываю. Рядом с ночным горшком нахожу резную металлическую шкатулку. Пока кручу ее, режусь об острый угол.

Надо же, боль как настоящая! И капля крови такая... тёмная!

– Да чтоб тебя коты подрали! – ругаюсь с чувством, но шкатулка открывается и выплёвывает два конверта.

Дёргаю бровями и поддеваю аккуратным ногтем, разворачивая лист пергамента. А это, оказывается, документ о владении целой таверной с красивым названием "Драконье Сердце". На имя Оливия фин Уильямс. Ну надо же, как удачно-то! Что ни шаг, то сюрприз.

Но смущают только две вещи: я вообще-то Ольга, а не Оливия. Да и адрес вызывает сомнения – Гиблые земли, улица Туманная.

Хотя у нас в стране что ни земля, то гиблая. За исключением столичных городов.

Впрочем, когда недвижимость есть – уже хорошо. Пускай даже во сне. Хоть и не у меня, а у некоей Оливии фин Уильямс, но зато хоть понимаю теперь, куда можно сбежать.

С восхищением наблюдаю, как проявляются на листе пожелтевшего пергамента строчки алыми чернилами.

"Приложите каплю крови, и ваше вступление в права законного владельца таверной будет завершено", – гласит инструкция, которая проявляется после основного описания владением.

Вот это магия! Жаль, в реальности нет такого.

Что ж, каплю крови мне не жалко. Прикладываю палец к пергаменту и с восхищением наблюдаю, как документ рассыпается золотыми искрами, которые соединяются вновь в новый и свеженький листочек с какими-то печатями и иероглифами.

Я складываю документ и прячу там, где точно никто у меня его не найдет, – в нижнем белье, в корсете.

Так, а вот теперь можно и бежать из этого причудливого места.

Бежать – это, конечно, хорошо. Но надо ведь и документы хоть какие-то взять. От человеческой жадности я бы ещё что прихватила. В качестве моральной компенсации, так сказать.

– Миледи! – окликает меня служанка, входя с подносом и запирая за собой дверь. – Я принесла вам чай.

Она протягивает чашку и улыбается. Улыбка картонная.

Ага, после водички от психопата нет доверия даже вашему чаю.

– Пейте его сами, – мягко говорю, подкрепляя нежной улыбкой.

У королей же тоже были те, кто проверял пищу на яды. А чем я не королева сейчас – в таком-то роскошном платье?

Служанка заметно теряется, сглатывает и мямлит:

– Госпожа, не положено же ведь...

– А где сейчас мой супруг? – между делом интересуюсь, направляясь к дверям.

– Так во дворец отбыл. Вы... Вы собираетесь куда-то? – Она всё-таки замечает, что я уже за ручку двери хватаюсь.

– Конечно, – с лёгкостью отвечаю. – Прямо сейчас оденусь и пойду на развод подавать.

– Но вы не можете, – растерянно произносит женщина.

– Одеться или развестись? – теперь уже мой черёд удивляться.

Продолжаю сжимать второй рукой нераспечатанный конверт.

– Он же... – Служанка бросает боязливый взгляд на дверь и понижает голос до шепота: – Первый Советник Его Величества!

Изгибаю бровь и жду пояснения.

Служанка выразительно и очень широко распахивает глаза, таращась на меня. Я в ответ делаю то же самое. Ее глаза становятся ещё больше, того и гляди выкатятся из орбит. Нет, так рисковать чужими глазами я не стану!

Но, на этом, кажется, всё. Пояснений можно и не ждать.

– Совсем никак не развестись? – вдохнув, спрашиваю.

– Ну, если погибнет кто из супругов или пропадет без вести, то разводят через три месяца...

Так, вряд ли этого тирана что-то заставит добровольно развестись даже во сне. Знаю я свое воображение – ух, какие оно мне задачки сейчас подкидывает.

А убивать человека, пускай и такого отвратительного, мне не позволяют принципы, воспитание и моральный кодекс. А вот исчезнуть – это пожалуйста.

Прекрасно! Мне подходит. Пойду и пропаду без вести.

Должны же быть здесь где-то какие-то заброшенные города, деревни? Леса, горы? А если нет – воображение дорисует, уверена. Я, вообще, и не такое в своих снах выдумывала!

Хотя понятия не имею, что я буду делать в горах.

– Да как вы побежите-то? – всплескивает руками. – Да вы же такая... несамостоятельная! Вы же как цветок, проживший в теплице! Ни приготовить себе, ни одеться самостоятельно не можете!

Это я-то цветок?

Скептически смотрю на служанку.

Да я в деревенском доме, доставшемся мне от бабушки, год жила одна! С печкой, без водопровода и септика! Бегала в ливень ночью в туалет, стоящий в конце огорода. А туалет – дырка в полу!

А как я боролась с мышами, рассказать?

Это она ещё не знает, что я плачу ипотеку, три кредита, пашу как лошадь, так ещё и на лечение деньги нашла. И любвеобильного мужа-алкоголика тянула.

Но у меня есть одна черта характера, которую я ценю в себе больше всего. Я принимаю решения быстро. И так же быстро я воплощаю задуманное. Во сне так это вообще легко даётся.

– Документы мои подай мне, пожалуйста, – прошу служанку.

– Миледи, но... Господин вас обязательно найдет!

Так, я передумала. Я иду убивать!

Делаю вдох и выдыхаю.

Какое убивать, Оля? Мы же цивилизованные люди. Правда, в не очень цивилизованном сне.

– Просто скажи, где они, я сама возьму. – Так даже будет надёжнее.

Служанка роется в большом шкафу и возвращается ко мне с небольшой карточкой с зеркальной поверхностью.

– Вот ваши документы, госпожа Оливия. Все здесь. И отпечаток магии, и магический слепок крови, родовое дерево по девичьей фамилии и родовое дерево по фамилии супруга.

Опять это их "Оливия".

– Я Ольга, – поправляю деликатно женщину.

Служанка растерянно моргает и так же кивает.

Я прячу документ тут же в декольте платья, даже не взглянув.