Хозяйка тьмы или владелица тысячи мёртвых душ.

Пролог.

Шестой день пути неумолимо клонился к закату, но для нас, затерянных в лесной чаще, время словно остановилось. Казалось, мы блуждаем здесь уже целую вечность, хотя на самом деле лишь вторые сутки кружили по одному и тому же проклятому месту. Лес не желал отпускать нас. В голове стучала лишь одна мысль: завтра. Завтра должны начаться вступительные испытания в Академию, и если мы не выберемся из этого зелёного лабиринта, все мои мечты обратятся в прах.

— Долго ли ещё нам блуждать по этим чащобам? — мой голос прозвучал глухо и устало. Мы в третий раз за день выехали к тому самому поваленному дубу, чьи узловатые корни напоминали застывших змей. — Мы ходим по кругу!

Дядюшка, мой спутник и наставник, лишь тяжело вздохнул и остановил повозку. Он окинул взглядом плотную стену деревьев, смыкающуюся над нашими головами, и в его глазах я прочла то, чего боялась больше всего.

— Боюсь, Лия, мы заблудились окончательно, — произнёс он тихо, почти шёпотом. — И если удача не улыбнётся нам, то это «надолго» рискует превратиться в «навсегда».

Я с досадой прикусила губу. — Ты умеешь подбодрить, — фыркнула я. — Ты же укротитель зверей! Призови какого-нибудь зверя, пусть он выведет нас отсюда! — И как только эта простая мысль не пришла мне в голову раньше?

Дядюшка лишь грустно усмехнулся и покачал головой. — Я бы призвал, но ты видишь здесь хоть кого-нибудь, кроме нас? — Он развёл руками.

И тут я осознала весь ужас нашего положения. За всё время пути по этому лесу мы не встретили ни единой живой души. Ни пения птиц, ни шороха мелких зверьков в траве. Тишина здесь была мёртвой.

— Лес этот странный... — задумчиво протянул дядюшка, словно читая мои мысли. — Слишком тихий. Будто кто-то или что-то выгнало отсюда всю живность. Возможно, здесь обитает существо пострашнее обычных хищников.

От этих слов мне стало не по себе. Холодок пробежал по спине. Кто знает, какие древние тайны хранит эта чаща и какие твари могут скрываться в её непроглядной тьме?

Солнце уже коснулось горизонта, окрашивая небо в багровые тона. — Темнеет, — констатировал дядюшка, спрыгивая с седла прямо на мягкую траву небольшой поляны у берега реки. — Остановимся здесь на ночь.

Пока он рассёдлывал лошадей и отправлялся в чащу за хворостом для костра, я достала из походной сумки свёрток с вяленым мясом и сыр. Вскоре пламя весело затрещало, разгоняя сгущающиеся сумерки и бросая причудливые тени на стволы деревьев. Мы сидели у огня, и тепло костра согревало не только тело, но и душу.

Мы говорили о прошлом, вспоминая былые дни. Мне вспомнилась моя родная деревня — тихий уголок на краю света, где я прожила уже семнадцать лет своей жизни. Там остались все мои самые светлые воспоминания.

Я смотрела на пляшущие языки пламени и думала о том, что где-то там, за этими бесконечными деревьями, меня ждёт новая жизнь. Но сначала нужно выбраться отсюда живыми.